Глава 46

— А разве об изменениях в совете директоров мы не должны узнавать заранее? В повестке ничего нет.

Гурская только сейчас соблаговолила посмотреть на Леру. Ответил за нее Титов.

— Валерия Михайловна, мы ничего не нарушили, не надейтесь. Моя семья — контролирующий акционер…

И вам все можно?!

Присутствие Гурской нервировало, но Лера держала на губах улыбку.

— А если бы знали заранее, то что, Валерия? — спросила продюсерша, снисходительно скрестив руки на груди. — Пришли бы сюда с цветами?

— Скорее с футбольным мячом! — фыркнула Лера. — Вы у нас теперь амбассадор “Спартака”?

По залу пронесся шумный вздох.

— Давайте хотя бы сегодня без балагана! — рявкнула серая мышь из мэрии. — Николай Васильевич, обеспечьте порядок, пожалуйста. И давайте, наконец, послушаем результаты аудита!

Гурская злобно зыркнула, но промолчала, а Лера судорожно думала о том, что теперь делать. Галина — не биг босс, она знает всю кухню изнутри, ее вряд ли удастся загнать в угол вопросами. И главное — Лера не была уверена в том, что между ее мужем и его любовницей все точно закончилось.

Феликс вообще знал, на что он ее сегодня отправил?!

Да, Лера снова ревновала! Глупо и бесполезно, но не могла ничего с собой поделать. Гурская была ее персональной красной тряпкой!

— По аудиту, — откашлявшись начал Титов. — Все штатно, выявленные нарушения, скорее, недоразумения из-за низкой квалификации некоторых наших финансистов, но уже все исправлено, Недостающие средства возвращены на баланс…

Все проглотили. Кроме серой мыши, она как раз взъелась и несколько минут трепала нервы Титову.

— Чтобы подобного не повторилось, я предлагаю рассмотреть вопрос о смене финансового директора холдинга, — рубанула серая мышь. — Он должен работать в интересах всех акционеров.

Лера была готова аплодировать этой суровой бледной женщине.

— Странно, — протянула Гурская на фоне всеобщего молчания. — Это официальная позиция администрации города? Просто я вчера обедала с мэром, он как раз обмолвился, что очень доволен нашим ТВ. Кстати, Николай Васильевич, он передавал вам привет.

Галина кивнула Титову и медленно обвела победным взглядом собравшихся.

Да уж, на небе может быть только одно солнце. Лера бросила взгляд на серую мышь — та сидела пунцовая.

Тут же вспомнилось, как Гурская впечатляюще появилась на свадьбе Султанова под руку с градоначальником. Определенно, он фанат светской львицы.

— Ну так что, Екатерина Александровна, ваша инициатива точно согласована с мэром? — продолжала давить Галина. Она упивалась произведенным эффектом. — Такие важные вопросы необходимо согласовывать с руководством. Я, например, никогда себе такого не позволяю!

— Рада за вас, Галина! — сухо ответила серая мышь. — Я представляю здесь интересы города, поверьте, я знаю свои права и свою ответственность.

Но больше вопрос о смене финансового директора она не поднимала.

Гурской было много. У нее было собственное мнение по каждому вопросу, и она не стеснялась его высказывать. Лера видела как от удивления вытягивалось лицо ее юриста, когда Галина вещала про стратегию медиа-холдинга.

К перерыву у Леры дико разболелась голова, хотелось оказаться подальше от вулкана по имени Галина Гурская.

— Они хотят побить нас нашим же оружием, — вполголоса говорил Дмитрий, когда они вместе пили кофе. — Хотят замкнуть вас на Галине, чтобы вы больше ни на что не могли отвлекаться, хотят, чтобы все силы ушли на противостояние с этой дамой.

Вид у юриста был обеспокоенный, он постукивал пальцами по своему телефону, а поскольку Лера ничего не ответила, он продолжил.

— Я звонил Феликсу Леонидовичу, но он не отвечает. Галина — это черный лебедь для нас всех. Она же…

— Все законно, да? — перебила его Исаева. — Все документы…

— В порядке, как и ваши, Валерия. Доверенность на представление интересов в совете директоров. Но мне кажется она зря настроила против себя Екатерину. Такой тип женщин не прощает унижений.

— Как будто Гурской есть до этого дело! Она всем показала, что на короткой ноге еще и с мэром.

— Галина любит показуху, — заметил Дмитрий. — Ей важно, чтобы о ней говорили, с ней считались и ей завидовали, но несла она сегодня откровенную дичь по финансовым вопросам. Может, позвоните мужу? Вам он наверняка ответит.

— Нет, — улыбнулась Лера. — Сама справлюсь.

Устраивать спектакль в образе развязной искательницы правды было уже опасно. Надо менять амплуа. Исаева выпила с Дмитрием еще по чашке кофе. И когда они возвращались в зал заседаний, план в голове был готов.

Она будет женой. В этой роли она чувствовала себя уже уверенно. А с Феликсом поговорит позже.

Вопрос про смену финансового директора так и остался открытым. Галина после перерыва заметно утратила интерес к происходящему, она откровенно зевала, когда Мартыненко поднял вопрос о стоимости производства программ. Цены росли, расходы увеличивались, а денег на дорогостоящие интересные шоу было не так уж и много. Находить платежеспособных спонсоров тоже было непросто, по сути все они уже и так сотрудничали с медиахолдингом.

— Галина, может, вы нам расскажите свое видение? — дернул Гурскую Мартыненко. — Вы же знаете, что происходит, так сказать, изнутри.

— Мы не может стоять на месте, — вскинулась теледива. — Иначе потеряем аудиторию, интернет и так забирает молодежь, они нас не смотрят! Да, телевидение — это дорогое удовольствие, но сокращать сейчас расходы это никуда не годится…

— А в ответ что? — коротко спросила Лера. — Какова будет отдача для акционеров? Я все слышу про обещанные доходы, но пока их не вижу.

— Наберитесь терпения, Валерия! — Гурская высокомерно улыбнулась. — Не все делается по щелчку пальцев. Телевидение это вам не супчик сварить из консервов.

— Так и я не первый день замужем, Галина, — мгновенно парировала Лера. — И знаю, что такое считать деньги в семье и как разумно их тратить. А сейчас я слышу позицию не жены, а эгоистичной любовницы, которая клянчит деньги на свои хотелки. Лишь бы вытащить из мужика побольше. И совершенно не думает о том, что никакого профита эти вложения не принесут. Так давайте мыслить как жены, а не как содержанки, Галина!

Сердце гулко билось. Лера сама от себя не ожидала такой речи. Да никто не ожидал судя по ошарашенным лицам. Мартыненко опустил голову вниз и прикрыл ее руками. Словно боялся, что сейчас полетят молнии.

И они полетели.