Глава 24. Лада

Просидев несколько минут, глядя в одну точку, все же беру себя в руки и переодеваюсь. День выдался слишком насыщенным на события. Я очень устала, но завтра, слава богу, выходной. Можно будет отдохнуть и набраться сил. Буду лежать пластом весь день, и ничто на свете не заставит меня встать с кровати. Убираю сценическую одежду в рюкзак, закидываю его на плечи и выхожу из гримерки. Надо забрать деньги у бармена и попросить вызвать такси. Его мне оплачивает клуб. Обычно этим занимается Эва, но сегодня я без нее. Из-за своих дел она не смогла пойти со мной. Грустно, но не смертельно. Я снова Лада-невидимка, как и должно быть. Никто не знает о моей двойной игре. Почти никто… Уже почти дохожу до барной стойка, как меня окликают: – Леони? Замираю на мгновение, медленно оборачиваюсь и облегченно выдыхаю. Это владелец бара Леонид Викторович Сталь. Обычно он просто кивает в ответ на «добрый вечер», а сегодня стоит у стойки с чашкой кофе в руке. На нем черные брюки и рубашка в тон, несколько пуговиц на ней расстегнуты, а рукава небрежно закатаны, открывая запястья. Глаза его прищурены, а губы чуть тронуты полуулыбкой. – Да… я… – теряюсь и смотрю по сторонам, ища пути отхода. – Не пугайся. Я просто хотел поговорить, – протягивает конверт с моими деньгами за это выступление. Забираю и нерешительно киваю. – Пройдем в мой кабинет? Не дожидаясь ответа, он ставит чашку на барную стойку и идет к лестнице, мне ничего не остается, как последовать за ним. Мы поднимаемся на второй этаж. Здесь звукоизоляция хороша и почти не слышно музыки. Леонид Викторович останавливается около двери, ключом открывает и пропускает меня вперед. Не спешу входить. – Не бойся, не обижу, – хмыкает он и подталкивает меня в спину. Набираю побольше воздуха и вхожу. В конце концов, он же не маньяк какой-то. – Присаживайся. Выпьешь что-нибудь? – Нет, спасибо, – сажусь на край стула и кладу руки на колени. Леонид присаживается в свое кресло и откидывается на спинку. Смотрит на меня и медленно покачивается. – А ты талантливая. – Уголки его губ тянутся в улыбке. – Признаюсь, не ожидал. Но люди на тебя идут. – Спасибо, – нервно кусаю губы. – И, что немаловажно, красивая. Я молчу. Не знаю, что сказать. Становится не по себе, а щеки предательски нагреваются. – У меня есть для тебя предложение, от которого не отказываются. – Голос Леонида становится ниже. Он вдруг задерживает взгляд на моих глазах. Смотрит долго, внимательно. – Я хочу предложить тебе выступать у меня не раз в неделю, а каждый вечер. Ставка в два раза выше. Еще запишем твой альбом, условия обсудим. Ты мне подходишь, Леони. Очень подходишь. – Каждый вечер?.. – переспрашиваю зачем-то. Голос хрипнет. – Да. Думаю, ты потянешь. Мне бы хотелось видеть тебя чаще. Ты интересная. И умная, видно сразу. Он чуть наклоняет голову набок, рассматривая меня. – У тебя особая энергия. Даже вне сцены. У меня внутри все сжимается. Слишком неожиданно. Слишком лично. И слишком опасно. – Спасибо, – выдавливаю из себя. – Но мне нужно подумать. Он не настаивает. Только кивает, глаза снова становятся серьезными. – Думай, я готов тебя ждать. Но не слишком долго. Это место не будет ждать вечно. Торопливо сбегаю из кабинета. Сердце стучит где-то в горле, а в голове вата. Весь разговор с владельцем клуба перемешался в голове в кашу. Мне кажется, я что-то не так поняла, что-то не уловила, но сил анализировать нет. Добираюсь до такси, откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза. Все, домой. Воскресенье проходит как в тумане. Практически так, как я и хотела. Тишина, покой и немного вкусняшек. Лежу на диване, уткнувшись в подушку, и пытаюсь уложить в сознании события вчерашнего вечера. Разговор с Леонидом Викторовичем не выходит из головы. Его предложение очень интересно тем, что можно заработать, но я не уверена, что физически справлюсь. Да и обманывать придется намного больше. А может, пора рассказать правду? Переворачиваюсь на другой бок, и перед глазами снова лицо Демона. Его губы. Тот украденный им поцелуй. Жадный и напористый, но в то же время нежный и чувственный. Я до сих пор ощущаю его вкус на своих губах и тихо вздыхаю. Демон обещал, что напишет, но не сдержал обещание. Телефон лежит на видном месте, но я все равно постоянно проверяю, не пропустила ли сообщение. Не выдержав, залезаю в черный список, удаляю оттуда его номер и снова жду. За целый день так ничего и не приходит. Он опять исчез. Как тогда. Или не может? Или не хочет? Я этого уже, видимо, не узнаю. Спать ложусь пораньше, ведь завтра вставать в академию. А ночью бабушке становится плохо. Я просыпаюсь от ее стонов. Везде темно, только лунный свет заливает комнату. Бросаюсь к бабушке. Ее ладони холодные, лицо бледное, губы плотно сжаты. От страха чуть не забываю, что нужно сделать, но беру себя в руки и вызываю врача. Скорая приезжает быстро и забирает бабушку в больницу. Я еду с ней. Вся трясусь. В голове крутится одна мысль: «Только не с ней, только не сейчас». Ее забирают в реанимацию, а меня не пускают. Я хожу под дверью и переживаю. Утро встречаю в коридоре отделения. На жестком стуле. В худи, с взъерошенными волосами и пустым взглядом. Бабушку не переводят в палату. Состояние стабильное, но пока тяжелое. Я выдыхаю, но не плачу. Нет слез, только удушающий страх лишиться самого близкого человека. Достаю телефон, чтобы написать, что в академию сегодня не приду. И именно в этот момент он вибрирует. Незнакомый номер. Одно сообщение: «Доброе утро, Мышка-малышка».