Глава 4

Аллекса

Особняк Кэмбэллов

В черной вуали ночи Голден вовсе не выглядел пособием для книг Стивена Кинга. На оживленных улицах, полнившихся гомоном голосов молодежи, запахом осенней листвы и дуновением сдобы из булочных, царила атмосфера праздника.

Мир остался тем же, изменилась только я. Теперь к движущимся навстречу людям приходилось тщательнее приглядываться, ища отблеск ауры, про который упоминала Сьюзан. К слову, подругу после полуночи домой забрала мама – смуглая женщина в кожаной куртке и завязанной под собранными черными кудрями банданой. Миссис Зейна Картер, натянуто улыбаясь, предложила подвезти и меня, но я отказалась, решив проветрить тяжелую от грызущих дум голову.

От центра города до дома семьи Стоун пешее расстояние занимало тридцать минут, так что я мысленно поблагодарила себя за то, что выбор обуви пал на кроссовки, позволяющие комфортно гулять по мостовой.

Я согласилась с тактикой Сьюзан – подождать. Лодка на то и лодка – грести можно, но течение все равно сделает все за капитана, так зачем утруждаться? Тем более, я всегда могла послать расследование убийств к чертям и уехать обратно в Сиэтл, никто не заставит меня играть в Шерлока Холмса против воли.

А пока не пришла пора решать глобальные проблемы, я пыталась наладить насущное. Завернув на центральную улицу с тянувшимися в ряд трехэтажными клубами и барами, музыка из которых заставляла воздух вибрировать, я пролистала страничку объявлений о поиске сотрудников.

Тяжелый выдох вырвался паром изо рта, и я немного сбавила шаг. Все предложения по подработке для студентов сводились к официанткам, барменам в ночную смену и рабочему персоналу на складах магазинов, и только одно объявление заставило взгляд задержаться и не смахивать его с экрана.

Требуется няня для малышки 6 лет.

Работа за городом, транспорт предоставим. Неполный день, оплата договорная.

Недолго думая, нажала светящуюся голубым кнопку «Оставить отклик». Предвкушая собеседование с какой-нибудь щепетильной мамашей, я уже собиралась убрать телефон в рюкзак, как в верхнем углу дисплея всплыло уведомление.

Брэд:

Олененок, прости за все, я – настоящий мудак.

Жаль, я понял это, когда ты уехала. Можешь не отвечать, я бы не ответил. Просто знай, что я ужасно скучаю.

Свет от экрана подсвечивал мое лицо, пока я несколько раз перечитывала сообщение от бывшего. Я все ждала и ждала, когда внутри завозится тот самый жгутик надежды или дрогнет сердце, но последний тяжелый на события год прицельным выстрелом убил во мне все романтическое. Поэтому отклика не последовало.

Фыркнув, я сунула телефон в спортивный рюкзак.

– Правильно, в топку его! Я про твоего тупицу бывшего.

Твою мать!

Я взвизгнула и подпрыгнула на месте. Курящие возле бара парни резко обернулись на меня и удивленно нахмурились. Пришлось изобразить, будто я ладонью отгоняю от лица жука, хотя на самом деле передо мной стоял Райан и непринужденно покачивался на пятках.

– И когда ты собирался сказать, что лично знаком с охотниками за приведениями? – еле слышно прошептала я.

– Рад, что ты не утратила чувство юмора после раскрытия правды обо мне. Мы со Сьюзан вчера поспорили, я ставил десять баксов на то, что ты несколько дней будешь биться в истерике, – пошутил мертвый друг, а я зло хмыкнула и присмотрелась внимательнее. Как и говорила Сью, над головой Райана играл голубоватый перелив. Отражая свет звезд в небе, он растекался тонкой паутинкой по его мертвенно-бледной коже.

– Ты плохо меня знаешь, Каспер. Твоей призрачной задницы мало, чтобы меня сломать. – Словно желая проверить слова подруги, я ткнула в Рея пальцем. Но моя плоть не увязла в склизкой субстанции и не прошла сквозь него, как и в те разы, когда Райан хватал меня за руку перед домом Барбары.

– Почему ты осязаем?

– Я думал, ты задашь более умный вопрос…

Налетевшее раздражение пересилило здравый смысл, и я с силой наступила Райану на ногу, однако тот даже не дернулся.

– Можешь не стараться. Боли я не чувствую. – Пришлось мысленно сосчитать до десяти, чтобы успокоиться. – У фантомной оболочки несколько стадий, пока я не перехожу границу миров и выгляжу… хм… обычно, для медиума я остаюсь вполне человеком, а еще эта особенность помогает призракам двигать предметы.

– Ох, спасибо за откровения. Я, правда, ничего не поняла, так что осмелюсь дать совет: если хочешь, чтобы тебе помогли отправиться в мир иной, добавляй конкретики. – Я закатила глаза и вновь двинулась вдоль улицы, стараясь вести себя непринужденно. Райан поспешил следом.

– Мне нечего больше сказать, Лекса. Единственное, в чем я уверен, что ключ к разгадке убийств – ты. Я умер с этим знанием, а остальное все как в тумане.

– Сьюзан сказала, что ты вел расследование. У тебя есть, ну не знаю, например, дневник или записи в телефоне?

Райан сморщил нос, выискивая в голове ответы.

– Спроси у моей матери. Она до сих пор отказывается верить в мою гибель пока не найдут тело, так что хранит все мои вещи в комнате.

Сердце неприятно обожгло сочувствие за рано ушедшего из жизни парня, но я не стала зацикливаться на том, что уже не исправить.

– Хорошо, а карты? Что еще они говорили?

Райан вдруг расстроенно опустил плечи, избегая моего внимательного взгляда, когда я наоборот пыталась заглянуть ему в лицо.

– У тебя две дороги, Лекса, но на каждой из них твоим попутчиком выступает смерть. – Я поперхнулась воздухом, а Рей, как по мановению волшебной палочки, развеялся дымом. Вот он только что стоял передо мной, и, бац, превратился в полупрозрачное облако, утекающее от меня, как сходящий с полей утренний туман.

Пока глупо моргала, привыкая к творившейся вокруг чертовщине, мимо меня на скорости пронеслась машина – ярко-голубой Lamborghini с тремя выхлопными трубами. Свистя тормозами, автомобиль резко остановился на перекрестке, точно желал сдать назад.

Пожав плечами, я перебежала злосчастную улочку. Ветер подгонял в спину. Развивая полы моего коричневого плаща, он будто уводил меня подальше от неминуемой угрозы. Накинув на голову капюшон, я поспешила успокоить мистера и миссис Стоун.

***

Громкий храп Генри, доносивший из гостиной, точно там жило свирепое животное, похоронил в себе скрип входной двери. Я надеялась, что обойдусь без нотаций от опекунов, но недовольная моим внезапным исчезновением Барбара ждала на кухне.

Извинившись за позднее возвращение и за то, что заставила ее переживать, я съела приготовленный Ба-ба кусочек яблочного пирога и уже собиралась пойти спать, но разговора по душам избежать не удалось.

– Сьюзан Картер помогла мне с рефератом по международной культуре. Потом мы разговорились, и я не заметила, как пролетело время, – оправдывалась я, сидя на барном стуле и покачивая ногой в такт громыхающему в висках пульсу.

Барбара с невозмутимым лицом выслушала мое вранье и, зевнув, уточнила:

– Почему тебя так интересовал Райан?

Пришлось сглотнуть подступившую к горлу желчь вместе со скручивающим живот волнением из-за того, что я нагло лгала в глаза приютившей меня женщине и не краснела.

– Он добавлялся в друзья несколько месяцев назад.

– Хмм, – отрешенно протянула Барбара и поправила ворот своей полосатой пижамы. – Ложись спать, Лекса, завтра тебе рано вставать.

Я не стала возражать. Смахнув с рук сладкие крошки от пирога, еще раз поблагодарила Ба-ба за запоздалый ужин и направилась наверх.

Под негнущимися от стресса ногами противно скрипели ступеньки. Этот звук походил на скрежет плохо смазанной крышки гроба, в котором захоронили последние частички моего спокойствия, когда меня назвали медиумом.

После сумасшедшего дня сон отказывался облегчать переживания, поэтому я облюбовала застеленный пушистым пледом и подушками подоконник.

Ночь всегда влекла меня царившим в темноте умиротворением и возможностью тихо любоваться полной луной и поблескивающими звездами. Единственное, что тревожило после полуночи, – тишина, но иногда только в ней слышались собственные мысли.

Жертвой привычки что-то грызть в момент гнетущего беспокойства стал стилус от планшета, подаренного мне отцом на двадцатилетие. Я думала продать его после банкротства, как и многие другие ценные вещи, но мама настояла на неприкосновенности желанного подарка.

Мне хотелось запечатлеть главные события сегодняшнего непростого дня, выплеснуть на холст эмоции и излить с красками душу. После аварии отца я не притрагивалась к планшету целый год – мой мир померк, став серым, а для художника это равносильно смерти.

Но этой ночью меня тянуло погрузиться в забвение творчества. Теряясь в пучине разума, я делала наброски города с невысокими строениями, рисовала профиль Сьюзан и тень парня с картами Таро, а на последнем эскизе меня настолько поглотил процесс, что, когда очнулась от наваждения, стилус выпал из рук на подушки.

Сине-фиолетовые глаза.

Я будто смотрела на дрейфующий в океане лед, отражающий своими гранями северное сияние. А белые локоны над такими же белыми густыми бровями незнакомца были арктическими снегами, что замели его холодную душу.

Неосознанно коснулась рисунка и дернулась, ощутив под подушечками пальцев электрический разряд. Казалось, незнакомец видит меня через экран, пытается проникнуть в мое сердце и узнать все сокровенные тайны.

Больше я не рисовала. Отложив планшет, легла на кровать. Не знаю как, но через пару часов раздумий мне удалось провалиться в таинственный мир грез Однако облегчение не наступило. Во сне я снова заживо сгорала в пожаре. Кто-то истошно звал меня по имени, но я, как и всегда, не помнила ничего, кроме удушающего свинца в легких.

***

Пока Сьюзан болтала с подсевшей к нам на обеде рыженькой первокурсницей, я разглядывала под столом свою слегка припухшую и покрасневшую щиколотку.

После стычки с Хлоей прошло две недели, студенты прекратили враждебно на меня пялиться, то ли побаивались, что я и им устрою взбучку, то ли нашли во мне защитницу от местной стервы. Поэтому к нашему столику все чаще стали подходить девушки и парни, чтобы посплетничать.

– Сильно болит? – спросил опустившийся рядом со мной Кларк. От его веса противоположный край скамьи едва не взлетел вверх.

Я покачала головой, пряча ногу обратно в туфлю.

Час назад во время игры в волейбол, друг Кларка случайно зарядил мне мечом в плечо. От удара меня пошатнуло, следом я неуклюже споткнулась о выступ в деревянной половице и с грохотом повалилась на пол. В общем, зрелище было жалким, кто-то искренне мне посочувствовал, заметив, что я со слезами на глазах потираю левую ногу, но большинство студентов посмеялись над моей неуклюжестью.

Преподаватель отправил меня в административный корпус к врачу, чтобы исключить растяжение связок, но, к счастью, все обошлось. Мне выдали пакетик со льдом, который за время обеда успел превратиться в лужу.

– Нет, уже все хорошо.

– Эй, Маклаген! – Кларк поманил к нам поджарого парня в черных брюках, того самого виновника моего падения.

– Еще раз извинись перед Аллексой. Она жалуется, что ее нога ужасно ноет. – Я зло толкнула Кларка локтем, мол, зачем ты врешь, но подошедший к нам парень с россыпью веснушек по всему лицу не стал перечить капитану футбольной команды и послушно пробубнил:

– Прости, я не хотел.

Сьюзан и первокурсница захихикали, а Кларк неожиданно по-свойски приобнял меня за талию.

Веснушчатый парень, смутившись, отошел к соседнему столику.

– Если ты сейчас же не прекратишь разыгрывать комедию, я тебе врежу, – тихо предупредила я местного супермена, и он, сделав вид, что поправляет мои распущенные волосы, перекидывая их за спину, убрал руку в карман своих джинсов.

– У тебя ведь на сегодня закончились занятия, да? Я могу подвезти тебя к дому Стоунов, – как бы невзначай предложил Кларк, намекнув между строк, что нам нужно поговорить.

– Я бы с удовольствием прокатилась на твоем бэт-мобиле, однако твоя эксцентричная девушка вряд ли оценит наше общее времяпрепровождение.

Кларк широко улыбнулся в ответ на мою шутку, но когда я убрала со стола тетрадь по истории в сумку, разочарованно выдохнул.

Сьюзан навострила уши, отложив бутерброд, будто ожидала, что футболист не выдержит и выльет свои переживания при свидетелях.

Представьте сидящего под ливнем котенка. Поправка, очень грязного, брошенного на произвол судьбы, вымокшего насквозь и трясущегося милого зверька. Вот так смотрел на меня Кларк, беззвучно умоляя не отвергать его предложение.

– Тебе бы в «Шреке» сниматься с такими талантами строить моську, а не по стадиону в шлеме бегать, – подтрунила я и, встав, добавила: – Мне нужно за город, подбросишь?

Кларк подорвался следом за мной, быстро кивая. Попрощавшись со Сьюзан, у которой в расписании стояла еще одна лекция, я направилась к выходу, лавируя между столиками жующих студентов.

Утром мне пришло приглашение на собеседование, так что сразу после занятий я планировала навестить моих потенциальных работодателей.

Пройдя крыло, в котором располагались учебные классы, мы вышли в просторный холл с мраморным полом, чтобы забрать верхнюю одежду в гардеробе.

– Может расскажешь, что это было, – выправляя волосы из ворота плаща, уточнила я у Кларка, который натягивал поверх синей рубашки кожаную куртку.

– Хлоя меня бросила. Опять… – Он огляделся по сторонам, точно боялся, что нас кто-то подслушает, однако поблизости никто не слонялся. Все студенты давно разбрелись по аудиториям, а счастливчики, закончившие учебу раньше, отправились на парковку к машинам. – А ты не пляшешь под ее дудку, да и с тобой можно спокойно пообщаться, не боясь, что ты все выдашь Хлое. Даже некоторые парни из футбольной команды ей обо мне докладывают, чтобы пользоваться благосклонностью местной «звезды».

– Мерзость, – заключила я и закинула ремешок сумки на плечо. Кларк непонимающе нахмурился, а я, постукивая каблуками спустилась по ступенькам на ведущую к парковке тропинку. Парень шустро поравнялся со мной. – В смысле, лицемерие твоих друзей – это верх неуважения в первую очередь к тебе, так что пересмотри приоритеты.

Мы двигались мимо разнообразных дорогих машин с блестящими на солнце дисками, пока Кларк не вытащил из кармана брелок со значком Аudi и не снял сигнализацию с черной тачки у самого выезда. Приоткрыв пассажирскую дверь, он сделал приглашающий жест, и я села в пахнущий кожей салон с деревянной панелью.

– Об этом я и хотел поговорить. Веришь или нет, Лекса, но стойким с виду парням тоже нужна поддержка, – признался Кларк, садясь за руль.

– Лекса?

– Слышал, что Сьюзан тебя так называет, ты не против? – уточнил он, нажимая на кнопку «start». Рев мотора вкрадчивой волной проник в кости. Я предвкушала знакомую, вдавливающую в спинку сиденья скорость. Когда-то я точно так же гоняла по улицам Сиэтла с Брэдом.

От воспоминаний о бывшем замутило, поэтому я постаралась сосредоточиться на насущном.

Кларк резко выкрутил руль вправо и дал по газам. Я даже пристегнуться не успела, как мы рванули с места, покидая территорию университета.

Пока возилась с ремнем безопасности, парень настроил на сенсорной панели ненавязчивую поп-музыку. Мысли стучали в висках, раззадоренные бушующим в крови адреналином от скорости и предстоящего знакомства с маленькой девочкой. Неплохо было бы переодеться перед собеседованием, снять раздражающую клетчатую мини-юбку в цветах университета, но время поджимало, поэтому я решила сгладить появление в образе соблазнительницы-глупышки из японских порно-мультиков пончиками из кондитерской.

Все же дети любят сладости, да?

– Остановишь возле вон того магазинчика? – Я указала пальцем на прозрачную витрину, украшенную круглыми фонариками, которая изобиловала конфетами и пирожными.

Кларк затормозил, я отстегнулась и вышла из машины на тротуар.

– Не теряй, я быстро. – Пока шла, в уме подсчитывала сколько смогу потратить в кондитерской, чтобы не сеть в финансовую «лужу» окончательно.

Не прошло и пяти минут, как я вернулась к другу. Закрыв дверцу автомобиля, довольно заглянула в крафтовый пакет с пончиками и облизнулась.

Сегодня удача явно мне благоволила, – ну, если опустить утренний инцидент с падением, – так как магазинчик оказался пуст, а продавщица только что вынесла в зал свежеиспеченные пончики в радужной глазури с блестками а-ля девичий восторг, на которые и пал мой выбор.

– Лекса, ты когда-нибудь любила? – внезапный, точно выстрел в спину, вопрос заставил меня оторвать взгляд от сладостей и посмотреть на поникшего Кларка. Тоненький шрам на сердце заныл, напоминая, что внешняя бравада часто скрывает внутреннюю обиду и боль.

Не дождавшись ответа, Кларк вновь нажал на газ, и машина понеслась вглубь Голдена, держа путь на объездную дорогу.

Меня на пару минут накрыли отголоски прошлой боли от предательства бывшего парня, и я безучастно уставилась в окно. Вспомнились пролитые слезы и крики в ванной, попытки дозвониться до любимого, наплевав на гордость. Глупое сердце тогда не верило, что человек, которого я несколько лет считала своей опорой, отвернулся от меня из-за банкротства. Бессонные ночи остались позади, как и чувства к Брэду, но напоминание об этих мучительных днях ржавой отмычкой вскрывало в недрах сознания спрятанную там коробку с болью.

Кларк меня не торопил, сделав музыку чуть громче, он будто сам погрузился в тягостные раздумья. Стоило мелькающим домикам и паркам смениться хвойными деревьями вдоль дороги, я заговорила:

– Любила, и сильно…

– И как ты справилась с этим? Как пережила разрыв? Не пойми меня неправильно, я вовсе не пытаюсь вывернуть твою душу наизнанку, просто не знаю, как жить без Хлои. – Кларк мрачно хохотнул и резко выкрутил руль влево. На горизонте выросли вершины гор. Я подалась вперед, к лобовому стеклу, чтобы лучше рассмотреть эти заснеженные «клыки монстров». – Мы встречаемся с первого курса, хоть и расходились бессчетное количество раз по разным причинам, но я не могу так просто от нее отказаться. Может, не привык проигрывать, а может, мы – само собой разумеющееся, – главная красотка университета и качок-капитан футбольной команды. – Глубокий выдох заставил пухлые губы Кларка сначала вытянуться, а потом сжаться в жесткую линию.

– Общество часто навязывает нам стандарты поведения и то, с кем мы должны быть. Научись выпутываться из сетей чьих-то неоправданных ожиданий и увидишь, как мало в жизни тех, кто любит именно тебя, а не выстроенную под влиянием чужого мнения маску. – Я прикрыла глаза и прижалась затылком к подголовнику. Говорить вдохновляющие речи просто, особенно когда за ними кроется год становления и принятия себя как личности, а не марионетки денег и власти. – И если среди них не окажется Хлои, то переживать из-за ее ухода нет смысла.

На заднем сиденье раздались хлопки. Я испуганно взглянула в зеркало и увидела аплодирующего мне Райана. Пульс взлетел до небес, но Кларк продолжал задумчиво потирать подбородок и крутить руль, никак не реагируя на появление призрака. Слава богам, Каспер, коротко мне подмигнув, исчез так же внезапно, как и появился, а извилистая дорога вновь увела нас влево.

– Спасибо за мудрый совет, Лекса. Я бы в порыве благодарности с удовольствием поцеловал бы твою румяную щечку, но боюсь, ты не оценишь широкий жест и действительно мне врежешь.

Я хохотнула в ответ на жалкую попытку подкатить.

– Не сомневайся, мистер обтягивающий синий комбинезон и красный плащ. Всегда было интересно, костюмчик… хм… в ногах не жмет?

Машину сотряс раскатистый смех. Кларк промокнул проступившую в уголке глаза слезу манжетом торчавшей из-под куртки рубашки и спросил:

– Куда именно мы едем? А то понятие «за город» –растяжимое.

Я мысленно обругала себя, что, увлеченная разговором, забыла отдать Кларку бумажку с переписанным с сайта адресом.

– Вот держи, – протянула ему сложенный пополам лист. Кларк развернул его одной рукой и мельком пробежался взглядом по моему острому почерку.

– Черт, Лекса, ты уверена, что нам туда? В жуткий особняк Кэмбэллов?

Настроение помрачнело, точно небо внезапно затянули грозовые тучи.

Еще утром чересчур эмоциональная Сью, услышав, куда меня пригласили на собеседование, сначала визжала от восторга, что мне посчастливится познакомиться поближе с великолепными братьями Владленом и Кристианом Кэмбэлл, а потом бледнела, затягиваясь вейпом в туалете, и изливала опасения по поводу некоторых их странностей.

Например, мне стало известно, что они редко появляются на публике и большую часть времени проводят в особняке или в главном здании своего холдинга – единственном многоэтажном строении в Голдене. А еще никто не помнит, как и когда присвоившая себе рудники семейка появилась в городе, и почему местный мэр не принимает без дозволения братьев Кэмбэлл ни одного решения.

Этакий эталон теневой власти.

–Да. Только если ты не хочешь рассказать о том, что братья от скуки поедают внутренности своих работников?

Кларк прибавил газу, точно желал угнаться за галопом моего сердца.

– Нет, но вокруг них витают разные неприятные слухи. – Кларк потер шею сзади. – Хлоя рассказывала мне, что лично была свидетельницей того, как год назад младший Кэмбэлл уводил из ресторана приехавшую в город девушку, а спустя пару дней после их знакомства она бесследно пропала. А старшего видели ночью на кладбище, он что-то выкапывал из безымянной могилы.

Чтобы снова заговорить, мне пришлось шумно сглотнуть вставший поперек горла ком. Услышь я пару дней назад подобные россказни, рассмеялась бы Кларку в лицо, ведь не понаслышке знала, как общество обожает выдумывать небылицы и плести заговоры вокруг известных и успешных людей. Мне, например, приписывали аборт после расставания с Брэдом, и то, что я постоянно ему изменяла, вот он бедняжка и не сумел простить очередное предательство, отказавшись поддерживать меня после потери главного пакета акций компании MaStar.

Однако появление в жизни полтергейста с Таро, сделало меня более восприимчивой к предрассудкам.

– Одно слово, и я отвезу тебя обратно в Голден, – настойчиво предложил Кларк, но я, выйдя из ступора, отрицательно мотнула головой. Несмотря на все изменения, я нуждалась в деньгах, так как обещала матери помочь собрать средства на лечение отца и адвокатов, а иная работа здесь не несла особой денежной перспективы, да и совмещать ночные смены с учебой – не вариант.

– Все в норме, – отчеканила я, поджав нижнюю губу, чтобы Кларк не заметил ее дрожь.

На этом наш разговор утонул в витающих в салоне тонких звуках музыки. Каждый задумался о своем.

Мы съехали с основной трассы на более узкую дорогу, уводящую в чащу леса. Над нами нависли раскидистые кроны деревьев, скрывая скупое солнце, точно щепетильная мать прятала его от зловещих обитателей здешних мест.  Мы разом оказались в чернильных сумерках, где в причудливом танце замирали и снова оживали длинные лесные тени. Они играли с нашим воображением, представляясь то ужасными чудовищами, то крылатыми ангелами, заманивая нас в свои ловушки.

– Мать твою! – не сдержала я ругань, когда дорога привела нас к высоким кованым воротам с золотым гербом в виде двух сплетенных змей. Решетчатый забор огибал огромный участок, который по периметру обступал все тот же хвойный лес.

Кларк затормозил возле этого вопиюще прекрасного образца готики так резко, что меня качнуло вперед, и заглушил двигатель. Внезапно обрушившаяся тишина оглушила, пугая до дрожи в коленях. Казалось, здесь жила смерть, ведь даже привычный шорох листвы в лесу или трели птиц сюда не долетали.

– Предложение под названием «Пошло оно все на хрен» еще в силе. Выбор за тобой, Лекса.

Я отстегнула ремень и, прижимая к груди пакет с пончиками, храбро потянулась к дверной ручке.

– Это всего лишь собеседование. Не думаю, что меня бросят в подземелье сразу после знакомства.

Решительно выдохнув, я открыла дверь и, пригнувшись, чтобы не стукнуться головой о стойку, выбралась из теплого салона в пахнувший осенней свежестью лес.

– В любом случае, я лучше подожду тебя здесь, – настаивал Кларк, нервно тарабаня пальцами по рулю. – А если через час не появишься, пойду на поиски твоего хладного трупа.

Я скривила недовольную чрезмерной опекой рожицу, но мысленно поблагодарила парня, что он решил не оставлять меня одну в этом незнакомом и пугающем месте.

– Ладно. Во всем есть свои плюсы. Если я умру, ты получишь малюсенький шанс меня полапать, – перевела я все в шутку, но затем серьезно добавила: – Спасибо.

И, закрыв за собой дверь, зашагала к воротам.