Глава 7

– Иван… – Кирилл окликнул мужчину и задумался, может ли он попросить Соколова о помощи.

Выглядело это так, будто он забыл отчество мужчины.

– Иван Дмитриевич, – поспешил тот подсказать.

– Иван Дмитриевич, не в курсе, где тут можно эвакуатор заказать? – всё-таки решился спросить Кирилл.

– Вы себе? – тут же просек тему Иван.

– Нет. Не себе. Знакомой, – Кирилл вкратце рассказал про Жемчужинку и её владелицу.

Иван, казалось, даже не удивился, когда услышал о Ядвиге.

– Сделаем, Кирилл Игоревич! – пообещал уверенно. – Тем более что помочь такой девушке, как Яся, и не грех.

– Знаете её?

– Знаю, – последовал короткий ответ. – Решим всё.

В груди у Кирилла неожиданно неприятно кольнуло, удивив его самого.

Он крепко пожал руку Ивану, и они разошлись каждый по своим делам. Соколов пошёл спасать вредную Жемчужинку, а Молодцов пошёл готовиться к завтрашнему дню.

Тени уже сгущались над городом, когда Кирилл наконец вышел из здания мэрии.

Завел двигатель и решил, что не мешало бы ему заехать на заправку.

Десять заказов, по десяти адресам – это он помнил со слов Ядвиги. А вот как разбросаны эти адреса, он не мог знать. А значит:

– Полный бак, – бросил он заправщику, выходя из машины.

Холодный вечерний воздух пах бензином и морозом. К вечеру похолодало, несмотря на то что с неба начал падать редкий снежок.

Как будто его и так было мало на дорогах!

И вот как Ядвига на своей маленькой машинке с вредным характером собиралась завтра по городу ездить, доставляя заказы, а?

Кирилл засунул руки в карманы, наблюдая, как стрелка счетчика ползёт вверх. В голове крутилось: "Кексы… Десять заказов…" Странно. Глупо. И почему-то очень важно.

Когда бак наполнился, он сел обратно за руль, но не завёл двигатель сразу. Вместо этого окинул салон критическим взглядом. На сиденьях – следы от кружек, крошки печенья (его, не Ясиного), а на панели – тонкий слой пыли.

– Стыдно, Кирилл Игоревич! – проговорил вслух и резко повернул ключ зажигания. – Очень стыдно! Срочно на мойку!

Навигатор указал на круглосуточную мойку в одном из спальных районов города. Дорога туда петляла через пустынные кварталы, где редкие фонари отбрасывали на дорогу жёлтые пятна. Но когда он подъехал, надежда растаяла: шлагбаум опущен, будка пуста, а на воротах висит криво прилепленный листок – "Технический перерыв. Откроемся в 8:00".

– Никто в этом городе работать не хочет, – проворчал, ударив по рулю ладонью.

Но Кирилл Молодцов был не просто раздраженным водителем. Он был исполняющим обязанности мэра. И если город не работал – значит, ему самому предстоит проделать много работы.

Он достал телефон, нашёл номер на вывеске и набрал.

– Алло? – ответил хриплый голос, явно перебравший алкоголя. На фоне – гул пьяного смеха, чей-то невнятный спор и женский визг.

– Это автомойка? – спросил Кирилл ровно.

– Ага, только мы закрыты. Завтра теперь откроемся.

– Мне нужно помыть машину. Сейчас, – надавил интонацией.

– Ой, да иди ты… – засмеялись в трубке пьяным смехом. – Завтра приезжай. А лучше – послезавтра!

Кирилл почувствовал, как в висках застучало.

– Если через двадцать минут мою машину не начнут мыть, завтра я вашу мойку закрою и найду на ваше место новую фирму.

В трубке на секунду воцарилась тишина, потом раздался новый взрыв хохота.

– Ого! А ты кто такой, смельчак? Инстинкта самосохранения нет?

– Приезжайте – узнаете.

– Ну жди, герой! – зло рявкнули ему в ответ и бросили трубку.

Кирилл сел в машину, завёл мотор и стал ждать. Ровно пятнадцать минут спустя из темноты вынырнула грязная «Лада» с потрепанными боками. Из неё вывалились четверо мужиков в засаленных куртках. Один, который был с большим пивным животом и наглым прищуром, видимо, и был хозяином автомойки, нахамившим Кириллу.

– Ну что, пацан, это ты тут мэра из себя корчишь? – он швырнул окурок под ноги Кириллу.

Тот не шелохнулся.

– Молодцов Кирилл Игоревич, – его голос был спокоен, но в нём зазвучала сталь. – Исполняющий обязанности мэра города. Езжу, знакомлюсь с проблемами. И вот думаю… – он медленно оглядел компанию. – Если мойка работает раз в неделю, то, наверное, городу она не нужна?

Пьяный гонор мгновенно испарился. “Пивной живот” побледнел, будто ему только что вылили за шиворот ледяную воду.

– Кирилл Игоревич?! Да мы это… мы ж ничего… Мы днюху фирмы отмечали! – он засуетился, не зная, куда деть руки, потом резко развернулся к своим дружкам, а по совместительству, видимо, и подчиненным. – Че встали, дебилы?! Моем машину мэра! Быстро!

Мужики бросились в разные стороны с таким рвением, будто от этого зависела их жизнь.

Тут же в ангаре загорелся свет, шлагбаум поднялся, пропуская джип к воротам.

Кирилл подъехал и вышел из машины, давая возможность одному из мужиков, по виду самому трезвому и опрятному, сесть за руль своего автомобиля.

– Мойка снаружи-внутри! – озвучил свою просьбу и отошел в сторону, под навес.

Молодцов наблюдал, как мужики дружно, чуть ли не языком, вылизывали его автомобиль сантиметр за сантиметром, делая свою работу в целом неплохо, а главное – дружно.

"Вот так-то лучше", – подумал он и достал телефон. Сделал себе пометку узнать всё о владельце этой мойки.

“Вот же дурак человек! Место ведь хорошее! А главное, востребованная же услуга! – подумал Кирилл. – А ещё тут бы хоть кафешку какую поставить, чтоб владельцы могли не на улице свою машину ждать, а в тепле. Заодно и перекусить или хоть просто кофе выпить”.

Пока он ждал свой автомобиль, к мойке подъехали ещё две машины.

Кирилл убрал телефон во внутренний карман пальто и поморщился, оглядывая автомойку изнутри.

Грязно. Очень грязно.

Стены, когда-то белые с зелёным, теперь покрылись серым налётом от брызг, пыли и вечной сырости. По углам – комки грязи, засохшие, как древние окаменелости.

Шланги валялись вперемешку с тряпками, пропитанными машинным маслом, а из щели в полу торчал ржавый болт, будто последний свидетель былого порядка. Даже воздух здесь был густым, пропитанным химией и затхлостью.

"И это место называют бизнесом?" – подумал Кирилл, сжав челюсть.

Через час его машина блестела так, что глазам было больно. Вода стекала с кузова идеальными каплями, не оставляя разводов, а в салоне пахло свежестью, а не крошками и старым кофе.

Главный подошёл, не зная, куда деть руки. Его пивной живот дрожал от напряжения, а голос звучал неестественно высоко:

– Ну как, Кирилл Игоревич, вы довольны?

Кирилл медленно провёл пальцем по порогу – ни пылинки. Потом поднял взгляд.

– Нет.

Главный заморгал, будто его ударили по лбу.

– Внутри – срач, – продолжил Молодцов холодно, кивнув в сторону ангара. – А ваша собственная "Лада" выглядит так, будто её только что из кучи навоза откопали.

– Да мы… мы же… – начал горе-бизнесмен, но замолчал, не договорив.

– К завтрашнему дню, – Кирилл ткнул пальцем в пол, где лужа масла сливалась с грязью, – здесь должно быть чисто. Как в операционной.

– Кирилл Игоревич, честное слово, мы всё-всё приберём! – закивал главный китайским болванчиком.

Кирилл развернулся к машине, но на секунду задержался.

– И свою тачку помойте. Я приеду завтра, проверю – и если хоть одна крупинка грязи останется… – он не стал договаривать.

Дверь внедорожника захлопнулась с глухим звуком. Главный стоял, как приговорённый, а его подчиненные замерли с тряпками в руках, мужики всё слышали собственными ушами. И понимали – праздник подошел к концу, не успев войти в нужный вираж.

А Кирилл наконец поехал домой, буркнув:

– Какой-то бесконечный день…