Глава 20
Сказ иной, двадцатый. Вот это цаца!
Мне показалось, что маг не сразу осознал то, что я ему сказала. Впрочем, его можно понять – откуда в этой глуши взяться еще одному боевому чародею, тем более, не менее сильному, чем он сам?
Для того чтобы иметь уровень силы, хотя бы примерно приближенный к уровню силы Дара, необходимо было пройти Посвящение, как пить дать.
А это не просто стандартная процедура. Немногие решаются на нее, пока потенциал гарантированно не покажет, что чародей выживет после этого.
Обычно Посвящение проходят уже зрелые маги, чей магический потенциал значительно превосходит средний.
Иначе и соваться не стоит – не все после него остаются по эту сторону Межи.
Иной раз чародеи живут длинную счастливую, или не очень, это как получится, жизнь, и без всякого Посвящения. А на старости лет, когда терять уже особо нечего, некоторые решаются.
И тогда может произойти чудо – обряд полностью отбирает магическую силу, всю, досуха, но взамен вливает может, кстати, ее саму обратно, правда, изрядно трансформированную, к тому же – такое количество, о котором раньше и мечтать не приходилось. И начинается у мага в буквальном смысле слова вторая жизнь – намного длиннее, чем у обычных представителей носящих чары, в заново помолодевшем теле и с небывалым магическим резервом.
Только немногие, прошедшие Посвящение, способны перемещаться к Звездному Пути, что у самой Межи, провожать заблудшие души, - то есть они вхожи туда, куда простым смертным нет никакой дороги.
Я, признаться, была крайне удивлена, увидев магическую силу Лиодора, а услышав его рассказ о том, что сам лично провожал матушку до Межи, никаких сомнений не осталось – он действительно Посвященный. Да и то, как он помог графству Менфера, тоже не по силам очень многим из нас.
А он смог.
И как будто легко, играючи, как будто это для него совершенно обыденно, правда я видела своими глазами, во сколько ему это обошлось. Если бы не коловертыш тогда – мог бы и не вернуться от Межи. Но это я все к тому, что Лиодор – действительно сильный маг.
Однако то, что я видела магическим зрением, собственно, оба мы с Лиодором это видели – чародей, приближающийся к нам со стороны тропы, по которой прошли сюда песиглавцы, обходя попеременно болота полудниц и поселенки лесавок – если и уступал оборотню в магической силе – то весьма незначительно.
Яркое, пылающее пятно ауры говорило о том, что направляющийся сюда маг обладает не меньшим потенциалом силы, чем Дар, а оранжевый, почти апельсиновый ее цвет – о том, что аура эта принадлежит боевому магу. Теперь становилось понятно, почему магические ловушки оказались определенным образом «подправлены», веревки заговорены, а поляна глушит проявление любых чар, кроме чар того, кто установил еле заметный даже магическим зрением контур поглощающего магию круга. Именно этот контур не давал Даньке – существу магическому – покинуть пределы злополучной поляны.
Я перевела взгляд на сударя Лиодора – и пришла в недоумение по поводу выражения его лица: оборотень выглядел не просто удивленным, а просто ошарашенным.
И было что-то еще в его пристальном вглядывании в ауру приближающегося боевого мага. Но что именно – разбирать мне было некогда, потому что вышеобозначенный маг как раз появился из поросли терновника с противоположной стороны поляны, но раскачивающиеся на веревках тела песиглавцев мешали мне его разглядеть – увидела только носки с немного задранными кверху носами, щегольских сапог.
А вот Дар почему-то нахмурился. Впрочем, понятно, почему.
Мы оказались в крайне незавидном положении – не очень-то приятно было осознавать, что и магически, и физически мы все сейчас полностью зависим от этого незнакомца.
Однако реакция песиглавцев на появление того, кто расставил ловушки, и меня поразила и шокировала одновременно. Я еще в себя не пришла от их сомнительных комплиментов в свой адрес, как над поляной раздалось:
- Вот это цаца, мужики!!!
- Прекрасница!!
- Ищешь кого, белоголовица?
- Проводить?
- Али помочь чем?
- Да ты не слушай этих елдыг глазопялких!* (* Елдыга — бранчливый (народное ругательство) Глазопялка — любопытный (-ая) (московская и ярославская область))
- Иди сюда, краса ненаглядная, я покажу тебе небо в самоцветах!
И прочее в таком духе. Вот недоразумение! Я всегда слышала, что песиглавцы – существа крайне падкие до женской красы, но что они и на мужчин реагируют подобным образом – чего не знала, того не знала.
Беспомощно оглянулась на чародея и пришла в еще большее недоумение: Лиодор, несмотря на обилие прилитой к голове крови, совсем побелел от гнева, а скрежет его зубов меня и вовсе напугал: не стер бы! Нет, ну, куда оборотню без зубов?! О Макошь, о чем я думаю?! Кстати, когда меня песиглавцы подобными эпитетами награждали, он, сдается, зубами куда меньше скрипел! Обидно.
Однако вышедший из тернистых кустов маг поразил меня куда больше охальников песиглавцев, потому что рявкнул что есть сил голосом, сызмальства привыкшим командовать:
- А ну, гульнины дети, языки в задницы позатыкали, хоть к себе, хоть друг к другу!!
Но не бранная речь неизвестного мага поразила меня больше всего, а его голос. Потому, что голос этот был женским. Хоть и хриплым немного. Чуть-чуть.
Видно, утро у меня выдалось такое сегодня – недоумевать. Как с начала денек не задался, так и понеслось. Потому что следом за незнакомым боевым магом, прошу пардону, магиней, сударь Лиодор рявкнул что было мочи:
- Ты где это таких слов нахваталась, маленькая заноза?!!
- Дар?! – ахнула теперь уже совсем, определенно, боевая магиня и вышла из-за покачивающихся мускулистых спин песиглавцев.
- Я тебе сейчас за такие выражения по этому самому месту терновником, из которого ты вылезла, пройдусь так, что мало не покажется! – ничего не понимая, я таращила глаза то на оборотня, то на ту, которую уже могла наблюдать, правда, вверх ногами.
Увиденное сразу сделало понятной такую бурную реакцию песиглавцев – незнакомая боевая магиня была действительно писаной красавицей.
Нежная смуглая кожа, на которой сиреневыми звездами сверкали глубоко посаженные, большие и пронзительные глаза, каскад иссиня-черных, нет, даже фиолетово-черных волос, почему-то спускающихся с одного бока до середины щеки, как раз до высокой скулы, рваными прядями, а с другого – струящийся углом до подбородка.
Ни разу не видела, чтобы девицы носили подобные прически! Ну да магиням всегда позволено больше, тем более, воительницам. И вот эта боевая магиня, эта красавица-воительница смотрела сейчас на Дара, на моего, кстати, Дара, я именно сейчас поняла, что он только мой и больше ничей, как-то по-детски, заискивающе, и голос ее враз сделался таким мягким, с нотками искреннего недоумения:
- Дар, так получилось, а что я могла еще сказать… Ты видел, то есть слышал, что они…
- Сказала бы, что сейчас брат спустится и укоротит их на эти поганые языки и еще кое-на что, то есть тебе, Дине, достаточно было про языки сказать!! – никогда не видела всегда сдержанного Лиодора в такой ярости…
Стоп. Брат? Дине? Так эта красавица и есть Динеке?
Та самая кузина, с которой оборотень вместе рос, с которой они вместе придумывали разные шалости?
Та, с легкой руки которой боевой маг прекрасно освоил ремесло горничной – по крайней мере, что касается того, чтобы мастерски уложить волосы даме? Как он говорил – непонятно, каким образом эти самые волосы сестры обгорали, отрезались и чего только с ними не случалось?
Ну да она, похоже, ничуть не переживает по этому поводу.
Вон как идет ей такая странная короткая прическа. Запоздало пришла новая реакция – ну так, если она – его сестра, то пусть. Может смотреть как ей угодно. В рамках разумного, конечно. И хорошего тона. Не дай ей Макошь выйти за пределы этих рамок… Хотя что это я. Кто он мне такой, все-таки? От дальнейших размышлений на эту тему меня отвлек маг:
- И где твои волосы, позволь узнать?!
Но Динеке, похоже, оправилась от первоначального шока и вполне пришла в себя:
- А что ты делаешь здесь, в компании наемников и песиглавцевой жены? Никогда не поверю, что ты взялся за похищение детей, Дар.
- Что делаю? Я собственно по поводу похищения детей здесь и нахожусь!
- Какой еще песиглавцевой жены?! – На этот раз негодующий вопль издала я. Даже помыслить стыдно, что Динеке обо мне подумала, обнаружив висящей среди песиглавцев.
- Да, Дине, это сударыня Хессения, из Дома Йагинь. Это ее брата и сестру похитили, и я имею честь сопровождать эту достойную барышню, кстати, свою невесту.
В тот же миг мы с чародеем, как мешки с известной субстанцией, повалились на землю. Запоздало пришла мысль о только что увиденных вспышках двух боевых пульсаров, мелькнувших так быстро из-под пальцев Динеке, что мозг явно списал это на наваждение.
По опутывающим нас веревкам пробежали искры деактивируемого заговора. Вот, кстати, еще одна разгадка: да, боевые маги не очень-то дружат с плетением заговоров, как мы, целительницы, но у любой женщины, будь она даже боевой маг или стихийник, изначально есть задатки к магии жизни.
Ловко у нее вышло!
- А ты почему не в Академии, Динеке?! – сударь Лиодор потирал затекшие от длительного висения на дереве, суставы. Похоже, я сегодня узнаю того, кто упорно называет меня своей невестой, так, что почти убедил, с новой стороны. Он, оказывается, еще и весьма хлопотливый брат.
Не ожидала, если честно, когда-либо увидеть на его почти всегда надменном и непроницаемом лице такую гамму эмоций. Вот и сейчас, он, похоже, опять начинает закипать.
Многообещающий жест, с которым оборотень закатал рукава, мог бы выбить из колеи кого угодно. Вон, даже Данька никак не комментирует происходящее, с любопытством поглядывая то на мага, то на магиню и старательно сдерживает ехидные смешки. Да и песиглавцы затихли, с интересом наблюдая за происходящим. Однако объект его притязаний, кажется, не очень-то испугался.
- Не запоздал с воспитательными работами, братец? У меня возникли неотложные дела.
- Какие еще дела?! – нет, ну точно, я и не представляла, что наследный герцог обладает таким странным, полным закипающей ярости, тоном.
- Послушайте, уважаемые, - внесла свою лепту в беседу я. - Может, вы свои выяснения отношений на потом отложите? Или, если так уж невтерпеж, по пути разберетесь. Нам спешить надо!
- Куда? – повернулся ко мне Лиодор, как будто только заметил. Спасибо.
- Как куда? Вы, сударь, забыли, зачем мы здесь? Нужно догнать песиглавцев с детьми, пока они еще не так далеко отошли! Быстрее же!
- Эй, господа хорошие!!
- А как же мы?
- Не дело это так поступать!
- Руки хотя бы развяжите, дальше мы сами! – подали голос песиглавцы, до этого сохраняющие заинтересованное молчание.
- Конечно, не дело! – согласилась с ними моя язвительность. - Дело – это детей воровать, да к Темному Князю на поклон их нести!
- Ну-ка, Дар, они правы, дай свой боевой жезл, я лично превращу их в шашлыки, - подняла голову неизвестно откуда взявшаяся кровожадность.
- Так сударь Лиодор или Дар, я не поняла, - спросила Динеке, переводя взгляд с меня на мага и потом почему-то на Даньку. - Невеста она тебе или нет? – вернулась она к магу.
- Мечтать не вредно, - опередила оборотня с ответом я, не обращая внимания на протестующие восклицания песиглавцев, болтающихся на дереве. Мол, это все не они, а Старшина, а их не предупредили о том, что дело зело стремное, и с киднепингом повязанное. А Йогану с Никодемом и котом Маркизом они холили и лелеяли, незнамо как, всю дорогу, но тому, что мы их нагнали, весьма благодарственны, потому как милые малыши осточертели им своим озорством и деспотичным нравом хуже горькой редьки, а Маркиз, поганец, все руки исцарапал!
- Неубедительно, - фыркнула я в их сторону, а Динеке широко улыбнулась мне, обнаружив такие же белые, как у кузена зубы и очаровательные ямочки на щеках. Нет, ну куда одному человеку, точнее, человечке, точнее, магине, но все ж таки, столько красоты, а? Поневоле чувствуешь себя серой мышью. Но то, что Динеке по крайней мере на три-четыре пальца превосходила меня в росте, не могло не обрадовать: с детства привыкла к тому, что немногочисленные подружки мне как Дивьи Люди нормальному человеку. Ладно, ладно, переборщила, но суть понятна!
- Значит, эта крепость пока не пала под натиском моего негодяя-братца! – возвестила Динеке, протягивая мне руку в кожаной перчатке с дырами вместо пальцев. Удобно, наверно. А когда я протянула ей руку в ответ, одним рывком притянула меня к себе, порывисто обняла и звонко расцеловала в обе щеки, чем вызвала почему-то нездорово-восторженный стон восьми песиглавцев. Чего это они?
Чаодей тем временем не обращал внимания на наше знакомство, его прикрытые глаза и переливающаяся желтым аура говорили о том, что он читает пространство.
- К сожалению, сударыня Хессения, сейчас перейти границу невозможно, - поверг меня оборотень в очередную яму недоумения, правда, теперь уже изрядно приправленную тревожным отчаяньем.
- Почему?
- Здесь, возле Кабаньего Лога, не зря нет стражей границы – ни магических, ни каких других. Дело в том, что миновать границу с Темной Стороной в этом месте можно только в одно время – на начале, едва занимающемся рассвете.
Я все еще недоумевала, а маг продолжал.
- И делать это нужно очень и очень быстро, желательно заручившись картой заранее. У песиглавцев, несомненно, она была. Я прав? – Лиодор обернулся к по-прежнему покачивающимся на ветру наемникам.
И хоть ему не пожелали ответить, все мы поняли, что да – была, и более того, и сейчас есть – у тех, кто перешел границу с детьми.
- Почему? – уже более нерешительно, повторила я.
- Потому что только в это время есть шанс миновать Каменный Лес.
О, дивная Макошь, ну вот за что мне все это!
Каменный Лес?!
***
- Эй, девонька! Ты здесь?
А вот и «бабай» пожаловал.
- Здесь, Ефстафий Наконоилович! – в один голос сообщили мы с магом.
Старичок зорко оглядел поляну, прицыкнул языком, обозревая песиглавцев, не спеша пересчитал их, и вздохнул. Понял без слов, что детей выручить не удалось.
- Я так и думал, что в Каменный Лес не сунетесь сами. Ну что ж, пойдемте-ка домой, подумаем, как беде вашей помочь да карту достать.
- Ефстафий Наконоилович!
Старичок обернулся ко мне.
- Мы правда сможем достать карту?!
- Ну так забыла, Сения, с кем я оттуда дружен. Чай, не с самим Темным Рыцарем, но все ж таки.
Так. Если я не ошибаюсь, то ли с предводителем оборотней, или правильнее сказать – вожаком? – то ли с повелителем вампиров. Тогда у нас действительно есть шанс еще нагнать похитителей детей, правда уже на Темной половине, что совсем не добавляет оптимизма.
Так или иначе, мы вчетвером – я, Лиодор, Динеке и коловертыш развернулись и под негодующие восклицания песиглавцев направились обратно, за Ефстафием Наконоиловичем.
Я, покидающая поляну последней, обернулась – несомненно, эти гады заслуживают еще и не такой участи! Но сейчас они молчали и выжидательно смотрели нам вслед. Вздохнула.
Щелкнула пальцами – к нам с Лиодором магическая сила вернулась сразу после того, как Динеке деактивировала защитный контур – и по веревкам, опутывающих песиглавцев побежали знакомые искры.
Заговор я с них сняла, если покачаются как следует, смогут перетереть их.
Или перегрызть.
Если сильны в акробатике и зубами не маются, конечно. Все-таки от того, чтобы напоследок не напакостить хоть немного, я не удержалась.