Глава 14

Марк подхватывает меня под попку, заставляя обвить его бедра ногами. Я задыхаюсь, когда чувствую его между ног. Толкаюсь, краем сознания улавливая, что лишь миг отделяет меня от потери девственности. От этого движения Марк выдыхает с каким-то болезненным стоном, а я чуть прикусываю зубками его шею. Неосознанно зализываю место укуса, слизывая капли воды.

— Стой, Рыжик, замри, — хрипло шепчет Марк, заставляя меня остановиться, вдохнуть наконец-то воздух.

— Я хочу... — набираюсь смелости и скольжу по нему, чуть насаживаясь на головку.

Меня накрывает такими волнами желания, что я готова отдаться ему здесь и сейчас и будь что будет.

— Нет, Рыжик, не здесь, — наконец, выдыхает он и снимает меня с себя, чуть отстраняясь.

Отцепляю свои руки, барахтаясь на воде, но он тянет меня ближе к берегу, где я могу встать. Ноги как ватные, перед глазами все кружится, низ живота сладко тянет. Так вот значит, что такое желание, которое заставляет забыть обо всем, отдаться любимому человеку без оглядки. Оставить все предрассудки и запреты. Обхватываю себя руками, словно мне холодно. Вздрагиваю, когда Марк подплывает сзади и снова обнимает меня за талию, мягко целуя в шею.

— Позже, — еле слышно говорит он и отрывается от меня, плывет к берегу.

Замутненным взглядом провожаю его широкую спину и не отвожу взгляд, когда он выходит из воды. Смотрю на эти круглые крепкие ягодицы, с ямочками на пояснице и сглатываю внезапно пересохшее горло. Отвожу взгляд и ныряю в воду с головой, чтобы перестать видеть его тело, забыть о том, что случилось или могло случиться. Как будто это возможно.

Выхожу на берег, воровато оглядываясь по сторонам, но Марк куда-то ушел, накинув на себя одежду. Кое-как натягиваю на мокрое тело сарафан, игнорируя нижнее белье, которое суетливо затискиваю в карман сарафана. Не знаю, что мне теперь ему говорить и как себя вести. Ведь ничего же не случилось, по сути, все, как и было до этого. И в то же время изменилось все, абсолютно. Я никогда не была голой в руках мужчины и никогда до этого не говорила ему, что хочу его. Никогда.

— Рыжик, поехали? — Марк выходит из кустов, направляясь ко мне.

Подходит слишком близко, поднимает руку и ведет костяшками пальцев по щеке. Наклоняется и целует в губы легко, словно перышком касается.

— Спасибо, — поднимаю на него взгляд, полный обожания и благодарности

— За что, Рыжик? — усмехается Марк.

— За то, что остановился, — признаюсь ему в своей слабости. Ну и пусть, я не стесняюсь своей неопытности.

— Обращайтесь, если что, — хохочет Марк и подхватывает меня на руки, несет к машине под мой веселый визг.

К дому бабушки подъезжаем, когда уже темнеет и первый, кого видим, это Андрей. Графин сидит на лавочке, рядом с ним Ксюша. Оба разглядывают машину Марка, когда мы останавливаемся и выходим.

— Марк, куда ты пропал? — обиженно дует губы Ксюха, кидаясь ему на шею.

Вижу, как тот кривит губы, пытаясь оторвать руки девчонки от себя.

— У меня были дела, — глухо отвечает ей и бросает взгляд на меня.

Топчусь рядом с машиной, посматривая на Андрея. Тот сидит и молча сканирует меня взглядом. Особенно, когда Марк вручает мне фирменные пакеты, что достал из багажника.

— Так, так, — тянет Графин, а я качаю головой.

— Андрей, давай без эмоций, — предупреждает брата Марк, а я пытаюсь сбежать, крепко сжав ручки пакетом в руке.

— А это что? — указывает Ксюха на пакеты острым красным ногтем, — Вы что, по магазинам катались?

— У Нэл скоро день рождения, выбирали подарок, — поясняет Марк и подходит ко мне.

Наклоняется и целует в губы, вскользь, еле заметно:

— До завтра, — шепотом говорит мне и на моем лице расцветает улыбка, которую никак не могу убрать.

— Вот как! — взвизгивает Ксюха, — Ну и катитесь!

Развернувшись на каблуках розовых босоножек, уходит, виляя бедрами в короткой джинсовой юбке.

— Поехали домой, — угрюмо ворчит Графин и садится в машину Марка, даже не глядя на меня.

— Обиделся, — грустно провожаю его взглядом.

— Ничего, перебесится, — улыбается Марк, — Завтра после работы.

— Хорошо, — отвечаю, стараясь скрыть радость в голосе. Но мне это плохо удается.

Парни уезжают, моргнув мне фарами, а я иду к дому, где меня уже ждет бабуля. Ее лицо вряд ли можно назвать счастливым. Скорее смотрит на меня осуждающе, сложив морщинистые руки на груди.

— Бабуль, давай ты меня поругаешь завтра? — предлагаю ей, целуя в щеку, ласкаюсь, обнимая одной рукой за плечи.

— Завтра, так завтра, — печально вздыхает она, следуя за мной в дом, — Но мы поговорим, — грозит мне слегка скрюченным пальцем.

— Обязательно, — обещаю ей и скрываюсь в своей комнате.

Сдергиваю сарафан и натянув халатик, проникаю в ванную, чтобы принять душ. Только там, стоя под тугими струями теплой воды, вспоминаю руки Марка. То, как он обнимал и целовал меня, то, как все чуть не случилось. Томление внизу живота возвращается с новой силой, и я упираюсь горячим лбом в холодную плитку. Рукой провожу по своему телу, касаясь пальчиками между ног. Вздрагиваю от нахлынувшего внезапно желания, чувствуя, как заострилась грудь, стала слишком чувствительной. Так вот значит, что такое желать кого-то, когда тело отзывается на малейшую мысль о нем, когда между ног все начинает пульсировать, отдавая острыми вспышками по всему телу.

Одно знаю точно, я безумно хочу Марка, будь что будет, а еще, кажется, я влюбилась. Да так, что теперь не смогу остановиться, пока не узнаю, что это такое, быть с любимым мужчиной.