Глава 14

Он серьёзно? Ха! Да кто ж ему поверит? Я не такая дура!

Или такая?

Почему от этих его слов у меня розовеют щёки?

- И зачем? – задаю очередной глупый вопрос, это шампанское так действует!

- Зачем сказал?

- Зачем сказал. Зачем тебе надо было, чтобы он отстал? – спрашиваю, отправляя в рот офигенно вкусную мидию. Да, правду говорят в Сочи они самые вкусные, тут реально умеют их готовить!

- Сказал, потому что знал, что это сработает и он отстанет.

- Неужели?

- Да, это работает безотказно. Почти.

- Что? Назвать девушку неликвидом?

- Именно. Прости. Реально… Это было не про тебя.

- Конечно… - почему-то так обидно! Даже если он сказал это специально, звучало очень стрёмно!

- Прости… Правда, Алёна, я не хотел обижать тебя и уж точно ты не должна была это услышать.

- Но я услышала. Да и если бы не услышала. Ты не знаешь какой Сальников сплетник! Он ведь потом всем растрепал, что ты меня… В общем…

В общем я не хочу жаловаться и плакать. И прощать его глупость тоже не хочу! Я потом еще месяц страдала и краснела, когда мне пересказывали весь тот треш, который плел обо мне «Мистер Сало». «С такой как я нельзя даже потрахаться, потому что это зашквар» - это самое безобидное. Нет. Конечно, не самое, но всё равно. Не то, чтобы я прямо искала себе парня в компании, тем более как раз тогда я уже начала встречаться с Антоном, просто не хотелось, чтобы эти слухи ходили и еще я боялась, что их услышит Антон.

Дурочка.

- Я просто хотел, чтобы он убрал от тебя свои мерзкие лапы. Выбрал самый простой и доступный способ.

- Я должна тебя поблагодарить?

Он наклоняет голову.

- Нет. Я хочу, чтобы ты поняла – я так не думал. И не думаю.

- Как? Ну думал, что я плюшка? Неликвид?

- У тебя отличная память, да.

- Не жалуюсь. И если честно, мне всё равно, думаешь ты так или нет.

- Всё равно? – он еще и удивляется!

- Да. Абсолютно.

- Я думаю, ты лукавишь.

- Нет, я говорю честно. Чтобы там тебе не взбрело в голову, ты это сказал, думал ты так или нет – дело десятое. Ты… ты оскорбил незнакомого тебе человека. Оскорбил и унизил перед другим.

- Алёна, я хотел…

- Не важно, что ты хотел! Если ты хотел, чтобы он убрал от меня свои лапы ты мог бы так ему и сказать.

- Что? – и снова босс удивляется, как будто я ему Америку открыла, или доказала теорему Ферма!

- ТО! Ты мог бы сказать ему – убери руки от этой девушки! Не смей говорить про неё гадости. Не смей лезть к ней с непристойными предложениями. Понял? Всё очень просто.

Выпаливаю, и глотаю просекко. Пузырьки ударяют в нос, закашливаюсь. Чёрт, не стоило делать такой большой глоток.

Вижу, что Королёв застыл, замер, потом опустил голову.

Что, съел?

Если ты так не думал, если просто хотел меня защитить, почему надо было меня унижать? Так низко, так…

Нет, я не буду плакать. Не дождёшься! Я лучше съем креветку. И мидию. И еще креветку. И запью всё шикарным игристым вином.

Вот так.

- Алёна… Послушай, я действительно перед тобой виноват. Я на самом деле не подумал, что можно было сделать так.

- Да, видимо думать – это вообще не твоё. – Понимаю, что могу огрести за эту фразу, всё-таки он мой начальник. Но сейчас мне, в общем, плевать.

Пусть говорит что хочет, делает что хочет…

Да, кстати! Еще же это жуткое обвинение в шпионаже!

- Еще… Я понятия не имею что там придумал мой парень, Антон, то есть он уже не мой. К его махинациям я вообще не причастна. Никоим образом. У меня нет доказательств, только… Только запись, которую я получила совершенно случайно. Попросила Алису кое-что записать и забыла остановить. Ну, вот Алиса и записала его разговор с какой-то «заюшей». Кто эта «заюша» я не знаю, но могу сказать, если реально есть какая-то афера – это всё её рук дело.

- Почему ты так думаешь?

- Потому что Антон тупой как пробка, он сам бы это не придумал.

- Спасибо, я учту.

- И тебе спасибо, было вкусно, но нужно ложиться. Завтра же мы встаёт рано или как?

- Я рано, у меня пробежка, потом фитнес, бассейн. Можешь пойти со мной.

- Бегать? – поднимаю бровь.

- Можешь просто прогуляться по набережной, а потом в бассейн.

- Ясно. А работать когда?

- Китайцы будут только после обеда.

- И помощь моя тебе не нужна?

- Что, так не хочешь провести со мной утро?

- Да нет, можно и в бассейн.

- Тогда, договорились? Разбужу тебя в семь?

- В семь? Нет. Точно нет.

- Шучу, в девять будет нормально? Позавтракаем в городе.

- Отлично.

Мне даже удивительно, что мы с ним так спокойно разговариваем после всех разборок.

Мы вместе убираем со стола. Допиваем шампанское, выйдя на палубу, туда, где как раз место отдыха.

В городе Сочи темные ночи. Небо реально чернильное. Но звезды видны, лучше, чем в Москве.

- Не замерзла? – он явно замечает, что я ежусь от ветра.

- Есть немного, надо было взять плед.

- Не надо. – говорит и притягивает к себе. Прижимает спиной к своей груди, обвивает руками. – Так лучше?

Я молчу, не знаю, что ответить. Лучше, да. Теплее. Но более нервно.

Зачем это всё? Что ему от меня надо?

- Плед был бы… всё-таки лучше.

- Почему?

- Потому… Это… это не совсем прилично. Вы… вы мой босс, я подчинённая.

- Мы вроде перешли на «ты», Алёна. И давно.

- Не надо…

- Что?

- Не надо всего этого. Я… я не понимаю, зачем вы это делаете? Зачем это всё?

- Алёна…

- Сначала смеётесь надо мной, издеваетесь, потом… потом зачем-то нанимаете на работу, потом угрожаете, запугиваете, целуете… Я не могу понять, что вам нужно?

- Что тут непонятного? Мне нужна ты.

Он серьёзно?

Он серьёзно это сказал?

Двигаю плечами, заставляя его меня отпустить, поворачиваюсь.

- Я? Вы серьёзно? Вам нужна пышка, которая…

- Прекрати, я же объяснил!

- Этого недостаточно. И вообще, я… я в любом случае не поверю. Не нужно. Я помогу вам завтра с Китайцами, сделаю всё, что будет в моих силах. Но дальше… Дальше, Роман Александрович наши с вами пути расходятся. И буду вам благодарна, если вы купите мне обратный билет. В принципе, я могу и сама. Не обеднею. Да, из компании я пока уволиться не могу. Это мой единственный источник дохода. Я снимаю квартиру, надеюсь, вы не лишите меня средств к существованию.

- Алёна, послушай…

- Нет. Я не хочу вас слушать. Не хочу. пустите, я пойду, мне холодно.

Его руки падают вдоль тела, я прохожу в кают-компанию, спускаюсь вниз, захожу в свой номер, то есть в свою каюту…

Господи, за что мне всё это?

И что это было?

А что, если он… если он на самом деле…