Глава 12

Ольга проснулась от резкого скрипа машин за окном.

Открыла глаза, и первое, что почувствовала — тяжесть. Не в мышцах, а где-то глубже, под рёбрами, будто проглотила камень.

Сквозь шторы пробивался утренний свет, золотистый и наглый. Он напоминал:пора. Пора собираться, пора в дорогу, пора возвращаться к той жизни, которая ждала где-то там, за тысячу километров.

Она потянулась к Олегу — ищущее движение, привычное уже. Но место рядом было пустым.

"Наверное, вышел за кофе", — подумала Ольга.

Она села на кровати, оглядывая комнату. Его вещей не было. Только след от его тела на простыне да смятая подушка.

— Олег?

Тишина.

Ни рваных джинсов, ни черной футболки, ни пистолета, который он обычно оставлял на тумбочке.

Ольга схватила телефон — ни звонков, ни сообщений. На улице стоял их Land Cruiser, нетронутый, будто Олег просто испарился.

— Может, вышел за сигаретами… — она налила кофе, но он казался горьким и безвкусным.

К полудню она начала звонить. Раз за разом. Глухие гудки.

Ольга металась по квартире, проверяя шкафы.

Кофе закипал на плите, наполняя кухню горьковатым ароматом. Ольга машинально налила в две чашки, потом застыла, глядя на вторую.

Ольга продолжала набирать раз за разом номер Олега.

Гудки. Долгие, бесконечные.

Пятый звонок.

— Алло?! — сорвалось у нее в пустоту.

Тишина в трубке.

Ольга методично обыскивала квартиру: ванная — мокрый след от душа уже высох, прихожая — нет его ботинок, балкон — пусто.

Только в углу шкафа, за ящиком с бельем, нашла забытую тельняшку.

Она сидела на полу, прижав сине-белую ткань к лицу.

Пахло им.

Соленой кожей, дешевым мылом из гостиниц, тем самым одеколоном, который он купил на заправке.

Телефон выскользнул из потных пальцев.

— Черт… черт… черт…

Она била кулаком по дивану, пока не заболела рука.

За окном смеркалось.

Ольга стояла у стекла, следя, как во дворе зажигаются фонари.

Может, его больше нет?

Может, все это было сном?

Но тельняшка в ее руках была реальной. Как и следы его зубов на ее плече.

Она не включала свет.

Сидела в темноте, слушая, как где-то за стеной плачет ребенок, а соседи сверху передвигают мебель.

Ждала.

Просто ждала.

Ольга не заметила, как уснула. Одно мгновение она сидела, уставившись в темный экран телефона, а следующее — её веки стали неподъёмными, как свинцовые шторы. Сон накрыл её внезапной волной, без сновидений, без тревоги — просто вырубил, как будто организм сам решил, что больше не может выносить это напряжение. Она свалилась на диван, даже не добравшись до кровати, скомканная тельняшка всё ещё зажата в кулаке.

Она проснулась от собственного кашля — горло пересохло, язык прилип к нёбу. Солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, разрезая пыльный воздух комнаты. Ольга моргнула, пытаясь понять — сколько времени прошло? Где она? Почему всё болит?

Потом вспомнила.

Телефон. Никаких сообщений.

Она стояла у холодильника, держась за ручку, но не открывала его.

"Нужно поесть", — приказала себе Ольга.

Но вместо этого налила стакан воды. Вода была тёплой, с привкусом ржавых труб.

Она вышла на улицу, как лунатик.

Парк у озера.Там, где кормили уток. Теперь утки клевали крошки у ног какой-то молодой пары. Девушка смеялась, запрокинув голову. Ольга отвернулась.

Кафе "Старый город".Тот же официант, те же столики. Но ни намёка на то, что Олег мог быть здесь.

Набережная.Ветер гнал по воде мелкую рябь. Вчерашние следы на песке уже смыло.

Ольга вернулась в квартиру и села на пол у двери.

Солнце медленно ползло по стене, отмечая время, которого стало слишком много. Где-то за стеной соседка напевала песню "Синий иней". Вода капала из крана на кухне — кап... кап... кап...

Она взяла телефон, набрала его номер — и положила трубку, не дозвонившись.

"А что, если он..."

Нет. Она не позволяла себе додумать.

Вечером она нашла в шкафу недопитую бутылку красного. Дешёвое, кислое. Выпила прямо из горлышка, морщась.

За окном медленно гас свет. Зажигались фонари.

Ольга прижала лоб к холодному стеклу.

— Ты же обещал... — её дыхание запотело на стекле, стёрлось.

Где-то внизу залаяла собака. Засмеялись подростки. Жизнь шла своим чередом.

Только в этой квартире время будто остановилось.

Перед сном она ещё раз позвонила.

"Абонент временно недоступен..."

Ольга бросила телефон на диван.

Она не плакала. Просто легла, уткнувшись лицом в ту самую тельняшку, и закрыла глаза.

Завтра будет третий день.

Или, может быть, конец.

Ольга проснулась от собственного крика. Рука инстинктивно рванулась в сторону - туда, где должно было быть тепло его тела, но простыня была холодной и пустой. Сон, в котором Олег возвращался, рассыпался как дым.

Она сидела на кровати, обхватив колени. В горле стоял ком, а веки жгло от невыплаканных слез. Две ночи без него. Две ночи, когда она засыпала, прижимая к груди его тельняшку, вдыхая ускользающий запах его кожи.

Кофе. Нужно сделать кофе. Ольга механически поставила чашку, но рука дрогнула - кипяток пролился на стол, оставив темное пятно. Она смотрела, как жидкость растекается по дереву, впитывается в трещины. Как ее жизнь последние три дня.

Она стояла перед зеркалом в ванной. Темные круги под глазами. Пересохшие губы. Волосы, потерявшие блеск. "Кто ты теперь?" - спросило отражение.

Чемодан. Нужно собрать чемодан. Ольга открыла шкаф, и запах его - смесь табака и того дешевого одеколона - ударил в нос. Она зажмурилась, упираясь лбом в дверцу. "Соберись, черт возьми!"

Вещи летели в сумку беспорядочно: ноутбук, зарядка, несколько вещей. Тельняшка - последней. Она сжала ее в руке, потом резко швырнула в чемодан.

Двор встретил ее криком чаек. Land Cruiser стоял там же, где и три дня назад. Ольга бросила чемодан на заднее сиденье. Села за руль. Ключ в замке зажигания.

Первая попытка завестись. Двигатель чихнул и заглох. Вторая. Третья.

"Давай же, черт тебя дери!" - ее кулак со всего размаху ударил по рулю. Боль пронзила костяшки, но было почти приятно. Настоящее. Осязаемое.

— Ты куда?

Голос. Его голос.

Ольга резко обернулась.

Олег стоял на тротуаре с огромным букетом алых роз. В черной кожанке, улыбаясь так, будто не исчезал на три дня.

— Где ты был?! — ее голос сорвался на крик.

Олег открыл дверь машины, поставил цветы на сиденье и прижал ее лицо к своей груди.

— Работа. Срочно. Не мог предупредить.

— Три дня, Олег! Три дня!

Он целовал ее мокрые от слез щеки, шептал что-то про «опасно было звонить», про «людей, которые следили», но Ольга била его кулаками по груди, пока не выбилась из сил.

— Я люблю тебя, — вдруг сказал он, обнимая ее так крепко, что перехватило дыхание. — Больше никуда не уйду.

Ольга хотела не верить. Хотела кричать, требовать ответов. Но его губы нашли ее губы, а пальцы запутались в ее волосах, и она поняла — простит.

Как прощает все, кто любит по-настоящему.

Олег сел за руль, его пальцы уверенно обхватили штурвал, будто он никогда и не исчезал. Двигатель Land Cruiser заурчал, как довольный зверь, готовый к новому рывку. Ольга сжала в руках букет алых роз — цветы пахли сладко и назойливо, напоминая о том, что этот мир всё ещё может быть нежным.

— Пристегнись, — сказал он, не глядя на неё, но его рука потянулась к её колену, сжала его на мгновение.

Она молча повиновалась. Гнев ещё кипел где-то глубоко внутри, но сейчас он был приглушён облегчением. Олег жив. Он здесь. Он вернулся.

Машина тронулась с места, плавно выехала со двора и нырнула в поток машин. Нижний Новгород мелькал за окном: старинные дома, вывески кафе, люди, спешащие по своим делам. Ольга смотрела на них, словно впервые видела город.

— Ты мне всё объяснишь, — сказала она, не отрывая взгляда от улицы.

— Всё, — согласился Олег.

— Кто эти люди?

— Те, кто ищет флешку.

— И что, они следили за тобой?

— За нами.

Ольга резко повернулась к нему.

— Ты хочешь сказать, что они знают, где мы?

Олег наконец посмотрел на неё. В его глазах была усталость, но не страх.

— Нет. Я их запутал. Но ненадолго.

— Значит, мы всё ещё в опасности.

— Да.

Она замолчала. Вопросов было слишком много, но сейчас они казались неважными. Важно было только одно: они снова вместе, и он ведёт её куда-то, где, как он обещал, их не найдут.

— Куда мы едем? — спросила Ольга.

— В лучшую жизнь.

— Это всё, что ты скажешь?

Олег улыбнулся, и в его улыбке было что-то тёплое, почти нежное.

— Ты доверяешь мне?

Ольга закусила губу. Доверие. Странное слово после трёх дней пустоты. Но она кивнула.

— Тогда просто смотри в окно. Мы уезжаем.

Land Cruiser набрал скорость, вырвался на трассу, оставляя позади шум города. Ольга прижала ладонь к стеклу, чувствуя лёгкую вибрацию машины. Она не знала, что ждёт их впереди. Но сейчас, с его рукой на руле и её сердцем, которое медленно успокаивалось, это казалось неважным.

Главное — они снова в пути.

И на этот раз — вместе.