Глава 48

– Я не оставлю её тебе. И ты прав. Разговоры закончились. Она едет со мной. За дочерью я ещё вернусь.

– Ева моя дочь. А Кира моя жена. В самом прямом смысле этого слова, – Паша достаёт из кармана какую-то бумагу, разворачивает её и протягивает Ярославу. – На, посмотри сам. Это свидетельство о браке. Кира теперь твоя мачеха.

Дуло пистолета вжимается в мой висок до боли. Я смотрю на Пашу, а он бросает короткие взгляды на меня. Мне до ужаса страшно и хочется выть. Как же всё это закончить?! Как прекратить эти мучения?! Неужели всё закончится вот так? Почему? За что?

Да, я предала. Я совершила страшную ошибку. Но причём здесь Паша и моя дочь? Они же ни в чём не виноваты. Почему они должны страдать?

– Мне больно, – говорю сипло, воздуха катастрофически не хватает.

– Ничего. Потерпишь, – шипит мне в висок Ярослав, кивает на Олега. – Передай!

Тот берёт бумагу, приносит её Ярославу. Я смотрю на предателя с презрением. Будь моя воля, убила бы его первым. Но тогда мне пришлось бы убить и себя. Я не знаю, почему Олег предал Пашу, но я предала просто так. Из пьяного интереса. Может всё сейчас и закончится? Я, наконец, понесу наказание, а Паша и Ярослав освободятся от меня.

Ярослав просматривает бумагу, убирает пистолет от моего виска и разрывает документ на мелкие частички.

– Это копия, – спокойно вещает Паша. Мне бы его спокойствие.

– Она достанется мне или её не будет вообще, решай сам, – Ярослав снова угрожает мне пистолетом, тыча им теперь в грудь, в районе сердца. Я закрываю глаза, пытаюсь держаться, но ноги меня предают и подкашиваются. Ярослав удерживает меня одной рукой, шепчет на ухо:

– Потерпи. Скоро всё закончится.

– Отпусти её, Яр. Послушай меня хоть раз в жизни. Убьёшь мою жену, обречёшь всех нас на страдания. И себя в первую очередь. Если бы ты любил её, отпустил бы.

– А ты её отпустил? – усмехается Ярослав. – Нет. Ты не отпустил. Более того, сделал её своей женой. Чем хуже я? А, Лисичка? – обращается уже ко мне. – Чем я хуже его? Посмотри на него. Он теперь калека. А я молод и здоров. Чем я хуже? Почему ты хочешь быть с ним?

– Я его люблю, – отвечаю твёрдо, на что Вавилов-младший презрительно хмыкает.

– Разлюбишь, – Прижимает меня к себе крепче, кивает Олегу. – Заводи машину. Мы уезжаем.

– Хрена с два ты её заберёшь! – выходит из себя Паша и по голосу слышно, что он уже на пределе.

– Свали со своими охранниками от двери, иначе я отдам тебе её тело.

Ярослав говорит правду, я ему верю. Верю и знаю, что он может меня убить. Однажды уже пытался и у него почти получилось.

– Отойдите! – приказывает Паша своим безопасникам, и те отходят в сторону. Паша тоже отъезжает на своей коляске. А мне так больно видеть его таким…

– Убери пистолет. Я пойду сама, – прошу дрожащим голосом, и Ярослав убирает ствол. Но не прячет его, продолжает удерживать в руке.

Паша провожает меня задумчивым взглядом, а потом что-то говорит своим охранникам вполголоса.

А я понимаю, что это конец. Всё случится сегодня и ни днём позже. Всё решится раз и навсегда.

Мы садимся в машину Ярослава, за рулём уже сидит Олег. Я смотрю назад, ищу взглядом Пашу, но из-за слёз ничего не видно.

– Хватит вертеться. Ты едешь со мной. Он тебя больше не спасёт, – зло бросает Ярослав. – Дочку заберу чуть позже. Когда ты придёшь в чувство.

– Не трогай её. Она ни в чём не виновата. Она Пашина. Не твоя.

– Ну конечно. Я почти поверил. А ты хорошая актриса, Лиса. Не зря тебе отец такое погоняло дал.

– Зачем я тебе?

– Женюсь на тебе. Конечно же, после того, как ты разведёшься с отцом. Боюсь тебе много будет два мужа. Не осилишь.

– Ты больной психопат! – срываюсь на крик, а Вавилов-младший бьёт меня по лицу.

– Заткнись. Не до твоих психов сейчас, – он смотрит в зеркало заднего вида, глаза темнеют от ярости. – А батя не сдаётся, – усмехается зло. – За нами его безопасники, поторопись! – бросает Олегу и тот набирает скорость.

– Они не отстают, – отчитывается Олег, а Ярослав сквозь зубы ругается.

– Так сделай так, чтобы отстали! Мне учить тебя, что ли? Я столько бабла тебе дал, ты должен нас увезти! – Ярослав психует, понимая, что не всё идёт по его плану.

– Они не отступят, – твердит Олег, а я стираю с губы кровь и усмехаюсь.

– Придётся тебе меня всё-таки пристрелить.