Глава 32

Полина

Кирилл кивает на слова Кречета. Но я вижу, как его глаза слегка сужаются, а лицо превращается в каменную маску. Думаю, он быстро оценивает ситуацию, как всегда.

— Скажи Доку, что я сейчас подойду, — говорит он, — а Круглому скажи, чтобы ждал меня на кухне. Я с ним там поговорю.

Кречет кивает и исчезает за дверью. Кирилл поворачивается ко мне, его взгляд становится чуть мягче.

— Пташка, — говорит он тихо, — Док осмотрит тебя. Не бойся, он свой. А мне нужно разобраться с делами. Оставайся здесь и… — он смотрит на окно и на его губах появляется еле заметная улыбка, — никуда не уходи.

Киваю, хотя внутри все сжимается от тревоги. Кирилл выглядит неважно — бледный, под глазами залегли тёмные круги.

На рубашке в районе плеча замечаю небольшие красные пятна. Да и рана, которую оставил Винт всё ещё кровоточит. А он ходит, как ни в чём не бывало.

Кирилл уходит, оставляя меня одну в комнате. Слышу, как за дверью раздаются шаги, голоса, но они быстро стихают.

Смотрю в окно. В груди тугой пружиной сворачивается волнение. Волнение за Кира.

Через пару минут дверь снова открывается, и в комнату заходит мужчина лет сорока с чемоданчиком в руке. На вид он больше похож на бандита, чем на врача, но его движения уверенные и спокойные, а в глазах вижу добрые искорки.

— Привет, — говорит он, подходя ко мне. — Я Док. Кир сказал, что тебе нужно помочь.

Смотрю на него и не знаю, что сказать.

Он ставит чемоданчик на стол и открывает его. Внутри — набор медицинских инструментов, лекарства, бинты.

— Ну-ка, покажи, что у тебя там, — говорит он, доставая термометр.

Молча протягиваю руку, и он измеряет мне температуру. Пока ждем результат, он осматривает меня, проверяет пульс, смотрит в глаза.

— Температура повышенная, — констатирует он, — но ничего критичного. У тебя шок, Полина. Полина же, верно?

— Да, — киваю.

— Так вот, Полина, твой организм таким образом реагирует на стресс. Поэтому тебе нужно успокоиться и отдохнуть.

Он достает из чемоданчика успокоительное и протягивает мне таблетку.

— Прими это. Поможет.

Послушно беру таблетку и запиваю водой. Док улыбается, но в его глазах читается усталость и беспокойство.

— Как Кирилл? С ним всё в порядке? — решаюсь задать вопрос.

Док отводит взгляд и смотрит долгим взглядом в окно.

— С ним… Всё в порядке. Но и ему нужен отдых. Вот только он делает только то, что считает нужным.

Док тяжело вздыхает, а меня пугает его пауза. С Кириллом не всё в порядке? Или как понять эту паузу?

— Кир за тебя переживает, — вдруг говорит Док, закрывая чемоданчик. — Так что держись, ладно?

Вскидываю голову и смотрю на Дока.

— С чего вы взяли, что он переживает за меня? Я — свидетель, только поэтому он и волнуется. Ему нужна информация, — отвожу взгляд и сглатываю вставших в горле ком.

Слышу грустный смешок. Смотрю на Дока — он улыбается уголком губ и качает головой.

— Я Кира знаю с детства… — Он смотрит на меня и поджимает губы. В общем, ты держись и постарайся поменьше нервничать, — Док выпрямляется, берёт в руки свой чемоданчик и, тяжело вздохнув, добавляет: — Хотя это сложно будет сделать, учитывая всё происходящее.

Киваю, чувствуя, как лекарство начинает действовать. Тело постепенно расслабляется, тревога отступает.

— Спасибо, — шепчу я.

Док кивает и уходит, оставляя меня одну.

Сижу в кресле, закрываю глаза и пытаюсь собраться с мыслями.

В голове крутится все, что произошло за последние часы. Винт, кровь, Кирилл…

И его слова: «Ты мне нужна, как свидетель».

Ослепительной вспышкой в голове появляется чёткое осознание: не хочу быть просто свидетелем.

Хочу быть рядом с ним.

Хочу, чтобы он смотрел на меня не только как на источник информации.

Раньше я гнала эти мысли от себя, но теперь…

Вдруг слышу шаги за дверью.

Дверь открывается, и в комнату заходит Кирилл. Его лицо напряжено, взгляд жёсткий.

— Как ты? — спрашивает он, подходя ближе.

— Лучше, — отвечаю ему и стараюсь улыбнуться.

— Это хорошо. Потому что нам нужно уходить отсюда, — он кидает мне какие-то вещи, а рядом с креслом падает моя дорожная сумка. — Одевайся.

— П-почему? — спрашиваю недоумённо.

Мне не хочется снова куда-то ехать. Устала за последнее время от бесконечного бега.

Кирилл смотрит на меня слегка раздражённо.

— Здесь больше небезопасно.

Смотрю на вещи в своих руках — мои джинсы и толстовка. Надеваю джинсы. Вижу, что Кир смотрит на меня.

— Отвернись, — прошу я и добавляю: — Пожалуйста.

Он ещё несколько секунд смотрит на меня и в его глазах вижу какой-то странный огонёк. Потом он криво усмехается и отходит к окну.

Снова курит. Но на этот раз я не обращаю на это внимание.

— Я готова, — говорю, когда с переодеванием закончила.

Подтягиваю сумку к себе и открываю. Заглядываю. Там мои вещи и нижнее бельё, уложены аккуратными стопочками.

Краснею.

— Пойдём, — говорит Кирилл и протягивает мне руку.

Беру его руку, и он помогает мне подняться.

Ноги подкашиваются, но я стараюсь держаться.

Выходим из комнаты, чувствую, как на меня смотрят.

Парни, которые только что наблюдали за тем, как Кирилл расправляется с Винтом, теперь смотрят на меня.

Их взгляды полны любопытства, но никто не решается сказать ни слова.

Кирилл ведет меня по коридору.

Сердце моё начинает биться чаще, а в голове крутятся разные мысли.

Куда мы идем? Что будет дальше?

Но вопросы не задаю. Просто иду за ним и стараюсь не отставать.

Выходим на улицу, свежий воздух дарит мимолётное облегчение, освежает.

— Куда мы идем? — всё-таки спрашиваю, когда мы оказываемся в темном переулке.

Кирилл останавливается и поворачивается ко мне. Его лицо в тени, но я вижу, как его глаза блестят в темноте.

— Ты должна исчезнуть, — говорит он тихо. — На время. Пока я не разберусь со всем этим. Мы едем туда, где тебя не найдут.

— Но… — я начинаю, но он прерывает меня.

— Нет времени для объяснений. Ты должна довериться мне.

Смотрю на него. Сейчас он выглядит ещё хуже, чем час назад. Но в его глазах я вижу что-то, что заставляет меня замолчать.

Он прав.

У меня нет выбора.

— Хорошо, — говорю тихо. — Я доверяю тебе.

Кирилл кивает, и мы продолжаем наш путь. Не знаю, куда он меня ведет, но в этот раз решаю довериться Кириллу и не убегать.