Глава пятая

Мне не так уж часто приходилось путешествовать, но, как минимум, раз я в год я все-таки покидала Листерию. В основном всегда на время папиного отпуска, когда все наше семейство отправлялось куда-нибудь отдохнуть. В большинстве случаев бывали на Таное, но иногда заглядывали и на столичный Ирбан или еще куда. Ирбан, правда, я не любила из-за густонасленности. На той же Листерии городская зона все равно разбавлялась парками и небольшими лесками, а на столичной планете этого не было, что лично меня угнетало. Зато мама Ирбан обожала. Исключительно из-за засилья брендовых магазинов.

И хоть путешествовала я не так много, чтобы мне это успело надоесть, но и сам процесс меня не особо вдохновлял. Замкнутое пространство космического корабля, однообразный звездный пейзаж — это быстро наскучивало. Потому я и любила Таной, ведь туда лететь было не так далеко. Да и сама эта планета мне очень нравилась.

Но сейчас, естественно, меня даже предстоящий туда визит не радовал. Увы, сам повод путешествия слишком удручал. Пусть, к величайшему моему облегчению, с родителями оказалось все в порядке, но сколько людей не успело спастись? На этот вопрос конкретного ответа не было. Папа говорил, что на данный момент нет связи с некоторыми покинувшими Листерию космолетами, так что сложно оценить в целом, как много человек вывезено.

— Эта зеленая пакость появилась как раз тогда, когда мы уже после заседания прибыли для посадки на «Ястреб», — рассказывал мне отец. — А ведь если бы хоть чуть-чуть задержались во Дворце Сената, то все, точно бы не спаслись. Я сам видел, что именно оттуда и начал разрастаться зеленый туман.

Толком поговорить с папой не удалось. Он почти все время проводил в местном конференц-зале вместе с остальными сенаторами, дружно обсуждая произошедшее и продумывая дальнейшие меры. Хотя какие тут меры можно было придумать, если против зеленого тумана ничего не спасало?

Если у родителей каюта была одна на двоих, то мне досталась отдельная. Пусть меньше по размеру, но так же с ванной комнатой и вполне уютная. Я пока ее не покидала. И не потому, что осмотревшая меня врач прописала постельный режим как минимум на сутки. Просто в том безрадостном настроении, в котором я находилась, мне хотелось только тишины и покоя. Но ни то, ни другое мне совсем не грозило.

И если отец забежал меня проведать лишь на несколько минут из-за своей занятости, то мама задержалась подольше. Именно она мне и сказала, что здесь сейчас весь Сенат вместе с семьями. Просто родные сенаторов провожать пришли, потому так и повезло.

— Хоть какая-то польза от того, что сенаторские семьи должны выглядеть образцовыми, — со свойственной ей прямолинейностью прокомментировала мама. — Если бы не эта необходимость, то явно же мало бы кто пришел на космодром, сенаторы ведь слишком часто разъезжают по разным планетам, и каждый раз провожать их не набегаешься. Меня вот лично, если честно, все встречи-провожания только утомляют. И, думаю, не меня одну. Но деваться некуда. А ведь в этот раз именно необходимость быть рядом с сенаторами спасла многим жизнь. Мы, кстати, с отцом так за тебя испугались! Ведь тебя среди провожающих вроде как не было. Хотя царила такая суета и паника, что сложно было разобрать. Какое счастье, что ты все-таки здесь оказалась!

— Погоди, — растерялась я, — так это разве не вы с папой попросили Рика меня найти?

— Так это Рик тебя нашел? — в свою очередь изумилась мама. — Вот, значит, почему так с вылетом задержались… Кстати, Хлоя, ты давай присмотрись, все-таки Рик был бы для тебя идеальным вариантом и…

— Мам, — раздраженно перебила я, — тебе не кажется, что сейчас явно не самое подходящее для таких вопрос время?

— А чем это время хуже любого другого? — она пожала плечами. — Между прочим, ничто так не сближает людей, чем пережитая вместе опасность. А Рик, повторюсь, для тебя идеальный вариант. Знаменитый астропилот, ему благоволит Сенат, да и, что немало важно, он уж очень привлекательный. Согласись, это весьма приятный бонус, — мама даже хихикнула, что вообще было для нее несвойственно. — Так что ты давай, шанс не упускай.

К счастью, мама недолго надоедала мне этой темой. Она ушла, а я снова задумалась о произошедшем.

Сказать, что меня мучила совесть, значит, не сказать ничего. Ведь насколько же я была к Ормину несправедлива, считая его лишь самовлюбленным и завистливым эгоистом. А ведь кто его заставлял за мной возвращаться? Никто. Тем более, после того, как мы разругались. Но он все-таки вернулся, хотя явно прекрасно понимал, что может в итоге и сам не успеть спастись. А теперь… Теперь ничего хорошего о его судьбе мне в голову не приходило.

Я совсем не разбиралась в устройстве космолетов. Потому и не понимала, почему вообще существует лимит пассажиров. Ладно, есть ограничение по грузоподъемности. Но ведь как вариант, можно выкинуть часть груза, оставив лишь запасы для генератора пищи и лекарства. Да, на худой конец, даже мебель можно выкинуть! Зато сколько бы еще человек вместилось! И пусть бы лететь пришлось в некоторой тесноте, но ведь в такой ситуации не до вопросов комфорта.

Но, увы, почему-то кроме лимита грузоподъемности на космических кораблях обязательно учитывался и лимит пассажиров, превышать который было нельзя. Я как-то давно еще спрашивала об этом у отца, на что он лишь недоуменно пожал плечами. Понятно, что некая весомая причина уж точно существовала, но объяснить это могли лишь те, кто в устройстве космолетов разбирался.

Да и, по маминым словам, «Ястреб» стартовал уже тогда, когда зеленый туман почти вплотную подобрался к космодрому. Так что даже при наличии свободных мест все равно бы никого еще взять не успели. Но ведь тот же Ормин мог бы спастись…

Беспокойство о его судьбе мучило меня нещадно. Но прояснить мне это мог только Рик. И я решила как можно скорее с ним поговорить. Правда, пока не представляла, как буду искать его на явно далеко не маленьком космическом корабле. Но ведь чисто теоретически, тот же обслуживающий персонал непременно должен знать, где находится в данный момент капитан.

Но едва я направилась к двери из каюты, как ко мне заглянула Дафна. Я чуть не взвыла. Вот только ее мне не хватало для полного счастья!

— Хлоя, приветик! — ее легкомысленную беззаботность явно ничего не могло пошатнуть. — А я вот тебя навестить заглянула! И не зря, как я смотрю, — она с деланной заботливостью покачала головой, — ты чего такая кислая?

— Странный вопрос, — я мрачно усмехнулась.

— Ты про уничтожение Листерии, что ли? — Дафна внаглую уселась на мою кровать. — Ну да, конечно, веселого мало, но чего киснуть, мы же спаслись, а это главное. Но я вот, кстати, тоже не в настроении.

— А ты-то из-за чего? — я с сомнением на нее посмотрела.

— У меня трагедия в личной жизни! — драматично воскликнула она. — Я была уверена, что Рик — моя великая любовь, и мы просто созданы друг для друга. И в итоге горькое разочарование…

Ну да, куда там разрушению родной планеты до такого великого горя.

— Нет, ну ты представляешь, Хлоя, что Рик сделал, — продолжала Дафна с искренним возмущением. — В то время, когда надо было срочно стартовать, он куда-то умчался! А ведь никто, кроме него, не смог бы управлять «Ястребом». И вот спрашивается, куда вообще Рика понесло? Что могло быть такого важного, чтобы бросить космический корабль с правительством и, главное, мной? А ведь если бы Рик не успел вернуться, то мы бы все погибли! В общем, я в нем глубоко разочарована. Пусть теперь ко мне даже близко не подходит, все равно его не прощу.

Я не успела ответить. После символичного стука дверь моей каюты снова открылась. У меня сегодня прям день посещений какой-то! Теперь уже заглянул Рик. Но ему я, по крайней мере, была искренне рада.

Зато Дафна тут же подскочила как ужаленная. И с видом оскорбленной невинности вышла из каюты, напоследок наградив Рика преисполненным презрения взглядом. Да только вся эта ее демонстрация, похоже, так и осталась незамеченной.

— Как ты? — спросил Рик, едва дверь за Дафной закрылась.

— В порядке, — я кивнула. — Сотрясения нет, так что ничего страшного. Хорошо, что ты зашел, я как раз собиралась тебя искать.

— Полагаю, не потому, что вдруг по мне соскучилась? — он улыбнулся.

От одной его улыбки почему-то враз поднялось настроение. Да и вообще рядом с ним как-то вдруг все стало не так уж катастрофично. Но я все же с беспокойством спросила:

— Я ведь плохо помню, что происходило после падения аэрокара. Что случилось с Ормином?

— Ничего страшного, не беспокойся, — заверил меня Рик. — Я не мог взять его на «Ястреб», но совсем рядом был «Стрей». Я уже связался с их капитаном, Ормин сейчас на борту. Жив, здоров и невредим.

У меня словно камень с души свалился. А ведь я уже и не верила, что Ормин мог спастись в царящем тогда ужасе.

Но тут в каюту снова постучали, и заглянул незнакомый мне молодой человек в серой униформе.

— Капитан Астор, можно вас?

— Я сейчас, Тиз, — Рик кивнул ему, и парень тут же вышел.

— Ты как всегда нарасхват, — с улыбкой констатировала я.

— Не без этого, — Рик усмехнулся и вдруг уже серьезно спросил: — Поужинаешь сегодня со мной?

Я даже растерялась. Не нашла ничего умнее, чем переспросить:

— Ты приглашаешь меня на ужин?

— Да, и надеюсь услышать согласие.

— Как-то это немного неожиданно…

Мы ведь с ним не то, что друзьями, даже хорошими знакомыми могли считаться лишь с большой натяжкой.

— Ну почему неожиданно, — возразил Рик. — Очень даже закономерно. Ведь как капитан корабля я обязан заботиться о своих пассажирах. Вот исключительно поэтому я тебя и приглашаю. Служебные обязанности, что уж тут поделаешь, — хоть и говорил с демонстративной серьезностью, но в синих глазах плясали откровенные смешинки.

Я не удержалась от улыбки.

— Ну хорошо, я согласна. Но тоже исключительно ради того, чтобы ты мог выполнить свои служебные обязанности.

Рик засмеялся.

— Как хорошо, что мы друг друга понимаем. Тогда до вечера.

Он вышел из каюты, а я еще не меньше минуты задумчиво смотрела на закрывшуюся за ним дверь. На краю сознания маячила какая-то въедливая мысль, но ухватить я ее так и не смогла.

На свою голову я проболталась маме о предстоящем ужине с Риком. А ведь просто заглянула к ним в каюту, чтобы узнать, не вернулся ли папа с очередного заседания и есть ли какие-нибудь новости. Но отца по-прежнему не было, и мама предложила вечер провести вместе, а то ей одной скучно. Вот мне и пришлось извиниться, что у меня другие планы. И, само собой, мама от этих планов пришла в восторг.

— Вот, молодец, — похвалила она, — я так и знала, что ты меня послушаешь.

— Мам, это просто дружеский ужин, ничего такого, — попыталась объяснить я.

Но у нее как всегда на все было свое единственно верное мнение.

— Нет, Хлоя, дружеский нам не надо. В конце концов, я уже настроилась на то, что вы с Риком будете вместе, так что не надо меня лишний раз огорчать. Ты только представь, — она мечтательно закатила глаза, — какую шикарную можно устроить свадьбу! Я так и вижу заголовки «Рик Астор и Хлоя Риис — свадьба тысячелетия»…

— Мам, — бесцеремонно перебила я, — какая свадьба? Давай-ка спускайся с небес на землю, а. Мы с Риком всего четвертый день знакомы, если ты забыла. Да и вообще никаких романтических порывов в его адрес я не испытываю. Так что не строй иллюзий на наш счет, ладно?

Мама посмотрела на меня так, словно я сказала величайшую глупость. Но возражать все же не стала.

— В любом случае, Хлоя, тебе сегодня предстоит важный вечер, и ты должна выглядеть достойно. Тем более в обеденном зале будет полно сенаторских жен, которым непременно захочется пообсуждать внешний вид спутницы капитана Астора.

— Извини, я как-то не удосужилась захватить с собой багаж с нарядами, — буркнула я.

Но мама и бровью не повела.

— Ничего, зато я захватила, заранее ведь планировала вместе с твоим отцом на Таной отправиться. И у меня как раз есть несколько чудесных вечерних платьев.

Да-а, в этом вся она: вокруг будут разрушаться планеты, взрываться звезды и вся вселенная лететь в тартарары, но у мамы все равно будет с собой вечернее платье.

— Мам, я не собираюсь наряжаться. Это просто дружеский ужин, — напомнила я.

— Но ведь в таком виде ты тоже пойти не можешь, — тут же возразила она.

Лично меня мой вид устраивал. Конечно, я была во все той же учебной форме, в которой ходила на занятия: белая рубашка и черные брюки. Пусть скучно и строго, но хоть что-то. Одежда немного пострадала во время вчерашних злоключений, но в ванной комнате, само собой, имелся отсек для автоматической влажной чистки и глажки. Так что выглядела я сейчас вполне прилично.

А мама, между тем, уже вовсю суетилась в небольшой гардеробной. Прекрасно понимая, что ее вдохновенный порыв свести меня с Риком сильнее любых моих возражений, я лишь тяжело вздохнула. И применила последний аргумент:

— Кроме того, тебе не кажется, что это некрасиво и даже аморально? Произошла такая ужасная катастрофа, многие, скорее всего, погибли, а те, кто успели спастись, остались без крова и каких-либо средств к существованию. И вот как в такой атмосфере можно думать о прихорашивании и флирте?

Мама посмотрела на меня чуть устало и очень серьезно ответила:

— Хлоя, всегда где-то происходит что-то плохое. В каждую секунду умирает множество людей. И что же, запрещать себе радоваться жизни только потому, что где-то кому-то сейчас плохо? Так тогда вообще до конца своих дней можно впасть в беспросветное уныние. Хлоя, ты не подумай, мне искренне жаль тех несчастных, кто не успел вчера спастись, — она вздохнула. — Но мы-то что можем сделать? Вот чем им поможет твое сочувствие? Мы, кстати, тоже остались без дома. Но ведь живые и здоровые — и это главное. Как говорится, смерть для мертвых, жизнь для живых. Так что брось свои гнетущие мысли. Тебе надо жить дальше и думать о своем будущем. Постарайся сегодня вечером просто-напросто отдохнуть, хорошо?

Я неуверенно кивнула. Пусть в маминых словах и была логика, но все равно сложно было смириться с произошедшим. И при этом и вправду очень хотелось хоть немного отвлечься от этих гнетущих мыслей.

А мама уже никакими философскими вопросами не заморачивалась. Выудила два платья.

— Так, вот смотри, есть зеленое короткое и синее длинное. Зеленое смотрится пороскошнее за счет кружев, но зато синее элегантнее.

— А чего-нибудь попроще и поскромнее нет? Мам, я не хочу, чтобы Рик подумал, будто я специально для него нарядилась. Это же не свидание, в конце концов.

Мама снова демонстративно закатила глаза, но возражать все же не стала. Вместо этих платьев достала другие два. Красное, явно чересчур облегающее, и желтое с глубоким декольте. Я, конечно, знала, что мамин гардероб весьма разнообразен, но не до такой же степени.

— И это, по-твоему, поскромнее?

— Тебе не угодишь! Девятнадцать лет, а одеваешься как старая дева! Ну все, мой последний вариант! — мама достала белое платье с диковинным цветочным узором кремового оттенка и горделиво добавила: — Между прочим, это из последней коллекции Деи Веллини! Я его берегла для какого-нибудь особого случая, даже не надевала ни разу. И если сейчас заикнешься, что и оно тебе не нравится, то я смертельно обижусь!

Я заикаться не стала. Тем более платье мне очень понравилось. Отсутствие рукавов и даже бретелей, конечно, делали его игривым, но мне уже было все равно. Ну подумаешь, Рик решит, что я нарочно для него принарядилась — это уже его проблемы. Просто мне вдруг безумно захотелось стать вновь красивой и беззаботной. А не угнетенной мрачными мыслями и запуганной зеленым туманом.

Учитывая, что мама постоянно сидела на диетах, в отличие от периодически втихаря трескающей булочки меня, она была немного худее. Нет, платье не оказалось мне мало, но облегло фигуру чуть откровеннее, чем я рассчитывала. Но несмотря на это, выглядело вполне прилично. И, что уж скрывать, собственное отражение мне очень даже понравилось. Темно-русые волосы на контрасте со светлой тканью платья казались еще темнее, но до роковой брюнетки я все равно не дотягивала.

— Мам, ну как?

— Ты достаточно симпатичная, сама же знаешь, — констатировала она не без гордости и тут же добавила, — жаль только, что недостаточно умна, чтобы этим пользоваться.

Я ничего не стала отвечать. Все-таки мамину философию «Красота — это в женщине главное» переспорить было невозможно. Да и не хотелось тратить на это время. Все-таки до ужина оставалось совсем немного.

Так и не придумав, что бы эдакого сделать с волосами, я оставила их просто распущенными, отчего образ получился совсем уж романтичным.

Но весь мой романтизм убили туфли. Увы, мама носила на размер меньше. Конечно, как вариант, я могла пойти в своих черных на шнуровке, но в сочетании со столь нежным платьем выглядело это чудовищно грубо. И в кои-то веки я согласилась с маминым «красота требует жертв» и обула ее белые туфли на высокой шпильке. Смотрелось все вместе шикарно, вот только я смутно догадывалась, что долго в такой обуви не протяну. Но легкомысленно от этого опасения отмахнулась. Ну подумаешь, ужин — полчаса от силы. Причем сидя. Я даже не успею от неудобной обуви устать.

Я как раз напоследок красовалась перед высоким зеркалом, когда в каюту вошел усталый отец.

— О, Хлоя, ты куда такая красивая собралась? — поинтересовался он.

— Она сегодня ужинает с Риком, — вместо меня деловито пояснила мама.

А мои мысли уже переключились.

— Пап, ну что нового?

Но отец мне даже ответить ничего не успел.

— Э, нет, — перебила мама, — никаких мрачных обсуждений! Завтра с отцом поговоришь! Нечего портить настроение перед свиданием!

— Мам, у нас не свидание, — уже не знаю, в который раз возразила я.

— Свидание или не свидание, но ты уже опаздываешь, ужин в обеденном зале подают совсем скоро, — бескомпромиссно заявила она, кивнув мне на дверь.

— Ладно-ладно, уже иду, — я улыбнулась и вышла.

Вообще от каюты родителей до моей было минут пятнадцать ходу. И в целом минут двадцать оставалось до ужина, который во время полета проходил всегда в определенное время. Так что опоздание мне не грозило. Даже в тесных туфлях я шла вполне бойко и, надеюсь, грациозно. По пути в который раз задумалась о том, насколько роскошно устроен пассажирский отсек. Никаких металлических конструкций на виду. Деревянные панели на стенах, мягкие ковровые дорожки — казалось, что находишься в неком огромном доме, но уж никак не на космическом корабле. Ну, конечно, его же строили для Сената, потому и так тщательно позаботились о комфорте.

Пассажиров мне на встречу не попадалось. Видимо, все уже либо собрались в обеденном зале, либо ждали в каютах, пока им ужин принесут. Но кое-кого я все-таки увидела. За очередным поворотом коридора мимо прошмыгнул Герк и спешно скрылся. Меня он просто-напросто не заметил. А вот я озадачилась не на шутку. Все-таки мы знакомы были достаточно давно, чтобы я успела изучить его повадки. И обычно Герк степенно вышагивал, как некая архиважная персона. А сейчас больше походил на нашкодившего вора, улепетывающего от стражей порядка. Мое любопытство разыгралось не на шутку, я тут же поспешила за Герком.

Заметив, в какую из кают он шмыгнул, я подошла поближе и замерла в нерешительности. С одной стороны, прекрасно понимала, что лезу не в свое дело. Но с другой, я не сомневалась, что Герк так себя ведет явно не спроста. Любопытство в итоге взяло верх над деликатностью, я постучала в дверь. В каюте в тот же миг что-то загрохотало, будто бы там с перепугу уронили нечто тяжелое. Я поспешила заглянуть.

Герк сидел на полу, потирая ушибленный затылок. Похоже, это именно он «загрохотал» на пол, при этом еще ударившись о край стола.

— Извини, если напугала, — мне тут же стало стыдно.

— Эээ… Хлоя? — Герк тут же подскочил, словно стремясь что-то скрыть за своей спиной, и фальшиво улыбнулся. — Привет. Ты чего на ужин-то не идешь?

— Да я шла, только тебя увидела, решила вот в гости заглянуть, — я окинула быстрым взглядом каюту. Она была точно такая же как моя. Если не считать царящего на столе завала. Такое впечатление, что у Герка тут расположилась целая мини-лаборатория.

— А чего ко мне заглядывать, все со мной в порядке, — он явно не мог дождаться, когда от меня отделается. — А ты смотри, еще на ужин опоздаешь.

— Герк, — нахмурилась я, — в чем дело?

— Ты про что? — он старательно изобразил недоумение, что-то при этом суетливо задвигая на столе за своей спиной.

— Про твое поведение. Что ты там прячешь?

— Ничего, — тут же выдал он честнейшим голосом.

Да только явно переусердствовал в своем стремлении что-то скрыть. Это самое нечто вдруг выскользнуло из его рук, прокатилось по столу и упало. Не будь я настолько изумлена, то уж точно бы заорала от ужаса. Буквально в шаге от меня на полу лежал прозрачный герметичный цилиндр с металлическими заглушками на основаниях. А внутри…внутри него клубился знакомый зеленый туман.

— Только тихо, — Герк умоляюще сложил руки, — Хлоя, только не кричи.

Он бережно поднял цилиндр и принялся тщательно его осматривать.

— Фуф, ни царапины…

Ко мне наконец-то вернулся дар речи. Частично.

— Это же…это… — я все еще не могла отвести перепуганного взгляда от содержимого цилиндра.

— Да, это зеленый туман, — приглушенно ответил Герк и не без гордости добавил: — Мне удалось захватить немного на анализ. А для этого, между прочим, пришлось вплотную подобраться. Ты хоть представляешь, как я рисковал! — судя по закаливающему в голосе восторгу, он аж млел от собственной храбрости. — Я и сам, признаюсь, не ожидал, что я такой.

— Ага, такой идиот! — я чуть не взвыла. — Герк, ты совсем рехнулся?!

— Ты что, прослушала, я же жизнью рисковал, между прочим, чтобы образец взять, — он даже обиделся. — Самоотверженно совершил подвиг ради спасения всего человечества, а ты еще идиотом обзываешь.

— Извини, но притащить это сюда — как раз таки идиотизм, — я нервно вышагивала по каюте. — А если эта зеленая гадость распространится? Куда людям с космолета бежать?

— Да ничего не распространится, — отмахнулся Герк, — у меня тут все герметично. Да и, кстати, ты давай-ка об этом никому.

Я обомлела.

— Погоди, ты хочешь сказать, что Сенат об этом не знает?

— Нет, естественно! И нельзя никому говорить. Сейчас все слишком напуганы и отреагируют так же как ты. Да эту драгоценность, — он любовно погладил цилиндр с туманом, — просто-напросто выкинут в открытый космос, опасаясь распространения здесь. А такого допустить никак нельзя. Ты пойми, это первый и единственный образец. И это шанс исследовать туман, найти его причины и, самое главное, средство от него. Потому, очень прошу, Хлоя, никому ни слова. Когда доберемся на Таной, я тут же все расскажу в Сенате.

— Но ты уверен, что туман не распространится здесь? — даже понимая всю справедливость его доводов, я все равно не могла унять панический страх.

— Но не распространился же до сих пор. Хлоя, я все предусмотрел, не беспокойся, ничего страшного не случится, — Герк осторожно опустил цилиндр с туманом в металлический контейнер с датчиками давления и температуры на панели.

— Хотя бы Рику-то сказать надо, — я все-таки немного успокоилась.

Герк тут же замотал головой.

— Ни в коем случае! Астор во всем слушается Сената, и он тут же доложит! Пообещай, что сохранишь в тайне.

— Ну хорошо-хорошо, обещаю, — я вздохнула. — Только и ты уж, пожалуйста, будь с этой штукой поосторожнее.

— Само собой, — деловито отозвался он, — мне еще жить не надоело.

Только это и успокаивало. И я очень надеялась, что не пожалею о своем обещании.

Разговор с Герком совершенно сбил весь мой радужный настрой. В голове крутились только опасения о возможной катастрофе, и из-за всего этого я совсем забыла о запланированном ужине. Вдобавок не имела ни малейшего понятия, как теперь возвращаться к своей каюте. Ведь когда следила за Герком, опрометчиво дорогу не запоминала. Оставалось надеяться на помощь кого-нибудь из персонала. Заранее представляла, насколько глупо прозвучит мой вопрос «А вы, случайно, не знаете, где моя каюта?», но все равно пока никто на встречу не попался.

Так я брела в задумчивости, пока за очередным поворотом коридора чуть ли не врезалась в Рика. Но не успела я даже ничего сказать, как он вдруг приложил палец к моим губам и увлек меня в боковую нишу справа от прохода. Я едва сдержала хихиканье. Надо же, великий и несравненный капитан Астор от кого-то прячется!

Долго теряться в догадках не пришлось, через несколько секунд послышались спешные шаги и грубоватый женский голос выдал:

— Нет, ну я же видела, он в эту сторону пошел!.. Так, Артана, не кисни, мы сейчас быстренько его найдем! Никуда Рик Астор от нас не денется! Я тебе обещала его в мужья и я свое слово сдержу!

Невидимые взору охотницы за распрекрасным астропилотом торопливо удалились дальше по коридору. Но Рик не спешил меня отпускать. Так мы и стояли чуть ли не в обнимку в этом темном и тесном закутке. Я бы, может, смутилась, но меня слишком разбирал смех. Похоже, моя мама не единственная, кто жаждет выдать свою дочь замуж за Астора.

— А ты, оказывается, завиднейший жених, — я все-таки не сдержала приглушенного хихиканья.

— Ага, аж сам себе завидую, — тихо проворчал Рик, осторожно выглядывая за поворот. — Вроде чисто, пойдем быстрее.

Он взял меня за руку и спешно направился к лестнице в противоположном конце коридора.

— А куда мы идем-то? — поинтересовалась я, не отставая.

— Ужинать. Ты забыла?

Пришлось сделать вид, что, конечно же, не забыла.

— Просто у меня сложилось впечатление, что ты сегодня в общество не слишком-то рвешься.

— Смотря, в чье общество. В твое очень даже рвусь, — Рик улыбнулся. — Надеюсь, ты не слишком расстроишься, если мы поужинаем не в общем зале?

— Я только за, — обрадовалась я.

Уж чего-чего, а появляться с Риком прилюдно мне совсем не хотелось. Будут на нас весь вечер поглядывать любопытствующие, да и слухи сразу же поползут. И попробуй потом докажи, что мы — просто знакомые. А лишние сплетни не к чему ни ему, ни мне. Все-таки как дочь сенатора я и должна вести себя крайне благопристойно, ведь любой бы мой проступок непременно наложил тень на папину репутацию. Вот и сейчас я только порадовалась, что никто нам по дороге не попался. То, что мы собрались ужинать наедине, явно в моральные устои сенаторских семей не вписывалось.

Минут через пятнадцать пути мы вдруг набрели к запертой металлической двери. Очень уж она контрастировала с «домашним» стилем остального корабля. Рик быстро набрал код на панели, моргнул зеленый индикатор, и дверь бесшумно открылась.

— А это куда? — опасливо поинтересовалась я.

— На «Ястреб», — ответил Рик и, видя мое недоумение, пояснил: — «Ястреб» — вообще отдельный космолет, пассажирский отсек пристыкован только в этот раз.

Мы оказались в небольшом полностью металлическом коридоре с точно такой же дверью в другом конце. Через этот переход и попали на «Ястреб».

Учитывая, что заранее еще на Листерии вдоволь наслушалась про этот космолет, я ждала чего-нибудь крайне необычного. Но мы оказались во вполне типичном небольшом помещении круглой формы. Отсюда вело три двери: две одинаковые и одна чуть побольше. Рик направился прямо к ней, дальше был довольно просторный коридор с несколькими боковыми ответвлениями, в одно из которых мы и свернули.

Конечной целью нашего пути оказался небольшой полусферический зал. Я, конечно, не слишком-то тут ориентировалась, но судя по форме помещения, мы сейчас находились в самой верхней части космолета. Странно, но здесь совсем не было иллюминаторов. И хотя из-за этого комната казалась наглухо запечатанной, вокруг все равно царил уют. Толстое ковровое покрытие на полу скрадывало шаги, на стенах красовались панели из драгоценной черной древесины. Из мебели имелись лишь пара полукруглых мягких диванов у стен и массивный стол с резными стульями. Несмотря на весь аскетизм обстановки, выглядело все роскошно и дорого. Папа, конечно, в свое время обмолвился, что на «Ястреб» потрачена чуть ли не баснословная сумма денег. Но я думала, что все из-за некоего особенного двигателя или еще чего, что как раз и делало этот космический корабль уникальным. Только, видимо, и на интерьер не поскупились. Даже тот же генератор пищи, панель которого органично мерцала на одной из стен, был явно самой последней модели.

Пока я осматривалась, Рик снял китель капитанской формы и остался в рубашке и брюках. Явно чувствовал себя здесь как дома.

— Это что-то вроде комнаты отдыха? — уточнила я.

— Да, — Рик кивнул. — Здесь еще есть две каюты, ну и служебные помещения. Если хочешь, устрою тебе экскурсию.

— Спасибо, не горю желанием.

Он усмехнулся. Смотрел на меня с искренним любопытством.

— А все-таки, Хлоя, чем тебе бедный «Ястреб» не угодил? Не любишь полеты?

— Не люблю раздутую шумиху без особого повода, — не стала скрывать я.

Рик, к счастью, не стал развивать тему, подошел к панели генератора пищи.

— Особые пожелания есть?

Я покачала головой. Я вообще голода вроде бы не испытывала. Да и, если уж честно, чувствовала себя немного неуютно. И даже не потому, что мы с Риком сейчас были наедине — его я не боялась. Наверняка, ему слишком дорога собственная репутация, ничего неблагопристойного он себе не позволит. Меня волновало совсем другое. Все не отпускал панический страх, что вот-вот зеленый туман вырвется на свободу. И все, хана — полный космолет зомби. До нас-то сразу, может, эта гадость не доберется из-за герметичных дверей перехода на «Ястреб». Но когда мы вернемся в пассажирский отсек, нас тут же постигнет участь остальных. С мрачной иронией себя утешила, что я, по крайней мере, буду зомби симпатичным, не зря все-таки наряжалась.

— Рик, а ничего, что мы здесь? — опасливо спросила я. — Все-таки ты — капитан космолета, и вдруг сейчас в пассажирском отсеке что случится.

— Если что-то серьезное, мне сразу об этом дадут знать, — Рик, похоже, вообще не волновался. — А по пустякам, я распорядился, чтобы не беспокоили. Все-таки я — капитан «Ястреба», а пассажирским отсеком заведует Тиз. Он хоть и рангом меня пониже, но все равно способен управиться с любой возникшей там проблемой. Ну а если нет, свяжется со мной через голосовой доступ.

Я так и представила, как прозвучит доклад Тиза: «Капитан Астор, простите, что отвлекаю, но у нас тут небольшая проблема. Все превратились в зомби. И я тоже превратился зомби. Можно в связи с этим мне взять досрочный отпуск или хотя бы небольшой отгул?».

И хотя меня страшно подмывало рассказать Рику о рискованном замысле Герка, но я сдержалась. Постаралась отвлечься.

— Знаешь, а я думала, что ты, наоборот, любишь общественное внимание.

— Не фанат, — Рик улыбнулся и как бы между прочим добавил: — Похоже, ты не слишком-то хорошего обо мне мнения.

Мне тут же стало стыдно. Спешно пояснила:

— Согласись, если бы я была плохого о тебе мнения, то не приняла бы твое приглашение. К тому же, я считаю, что нельзя думать о человеке плохо, пока не узнал его достаточно хорошо.

— Значит, дело за малым, просто-напросто познакомиться поближе.

Я не нашлась, что ответить. Но тут как раз прозвучал сигнал генератора пищи.

Вообще в зависимости от модели было и количество блюд. Конечно, тут еще играло роль наличие нужных ингредиентов, но обычно недостатка в них не случалось.

Учитывая, что на «Ястребе» стояла последняя модель генератора, то, само собой, в его меню числились и блюда, которых я знать не знала. Так и получилось. С искренним любопытством я рассматривала разноцветное желеобразное содержимое тарелок, не решаясь попробовать.

— Ты уверен, что это съедобно? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Не уверен, — Рик засмеялся. — Но уж очень мне понравилось, как в меню звучит «Антучинни с элапье из ордакора». Все намеревался как-нибудь попробовать, но забывал.

Я нервно кашлянула и отодвинула тарелку.

— Кхм…ой, знаешь, а я вдруг неожиданно поняла, что неголодная.

Рик явно понял причину моего отказа. Впрочем, и сам смотрел на неведомое «антучинни» без особого энтузиазма.

— Давай выберу что-нибудь другое. А то, согласись, как-то негостеприимно получается: я пригласил тебя на ужин, а ты в итоге голодная осталась.

Я покачала головой.

— Рик, честно, аппетита нет.

— Но хоть от вина ты не откажешься? — он как раз открывал бутылку.

— Ну если только один бокал, — неуверенно пробормотала я.

После второго бокала вина мы с Риком торжественно отправили «антучинни» в отсек для утилизации на генераторе. Выпили за его упокой. Я даже предложила Рику на правах капитана зачитать прощальную речь, но он со смехом отказался. И пусть я мыслила пока ясно, но собственная ненормальная веселость немного настораживала. Само собой, это так вино действовало. Чуть терпкое, ароматное — наиприятнейшее. Я даже не стала пробовать выданный генератором сыр с диковинным названием, хотя и выглядел тот вполне съедобно. Просто мне казалось чуть ли не кощунством перебивать чем-либо восхитительный и утонченный вкус вина.

— Самое хорошее, что есть в твоем «Ястребе», — это вино, — не удержалась я от очередной откровенности.

Рик засмеялся.

— Ну вот, хоть что-то тебе здесь понравилось.

Мы с ним сидели за столом напротив друг друга. Приглушенный свет создавал довольно романтичную атмосферу. И то ли я вдруг сама по себе резко подобрела, то ли вино усыпило мой колючий характер, но Рик уже начал мне казаться не таким уж и самовлюбленным.

— О чем задумалась, если не секрет? — неожиданно поинтересовался он, чуть пригубив вина из своего бокала. — А то ты так внимательно на меня смотришь, что мне даже не по себе.

— Можешь не волноваться, ничего такого, в потенциальные мужья я тебя не планирую, — я улыбнулась, — так что нет смысла прятаться.

— От тебя бы я прятаться не стал, — усмехнулся он.

Прозвучало немного странно, но я не стала зацикливать на этом внимание. Пояснила уже серьезно:

— Просто я вдруг сейчас поймала себя на мысли, что совсем тебя не знаю. Вот ты же личность вполне известная. Наверняка, в Сети куча страниц с твоей биографией и интервью. Только я этим не интересовалась. И все, что я могу о тебе сказать наверняка: ты гоняешь как псих и старательно избегаешь преследующих тебя поклонниц. Хотя последнее, конечно, сомнительно.

— Почему же, совсем не сомнительно, — Рик снова наполнил мой бокал вином. — Как раз потому, что я постоянно на виду, я и должен быть образцово-показательным. И всплыви хоть какая-нибудь моя пусть и незначительная интрижка, это тут же раздуют в настоящий скандал, обвиняя меня в аморальности. Вот и приходится либо конспирироваться, либо избегать нежелательных связей.

— Обидно, наверное, когда толпа поклонниц, и при этом надо держаться от них подальше? — и снова я не смогла промолчать.

Но Рик ловко ушел от ответа. Поднял бокал.

— За тебя уже пили, за меня пили, за антучинни тоже. Теперь давай за то, чтобы не в последний раз.

— Не в последний раз что именно? — полюбопытствовала я.

— Все, — Рик смотрел на меня с улыбкой. — Не в последний раз я тебя пригласил. Не в последний раз ты согласилась. Не в последний раз мы наедине. И, главное, не в последний раз ты вдруг подобрела.

— Ну я вообще-то и не злая, — пробормотала я не слишком уверенно.

— Не злая, — тут же согласился Рик. — Со всеми, кроме меня.

— Просто ты…ну…не в тебе дело, честно, — я вздохнула. — Отношение было заранее предвзятым. Меня ведь еще до знакомства с тобой раздражали разговорами о «Ястребе», особенно Ормин.

— Я так понимаю, у вас с ним были не слишком-то радужные отношения, — произнес Рик как бы между прочим, но мне почему-то показалось, что ему очень важно услышать ответ.

— Ну да, — я не стала скрывать. — Но давай не будем об этом. Меня и так чувство вины мучает, и…

— Хорошо, давай не будем, — мягко перебил Рик. — Так что ты там говорила по поводу предвзятого отношения ко мне? «Ястреб» всему виной?

— Можно и так сказать, — уклончиво ответила я, ведь толком ответа сама не знала. — Вот что в нем такого уникального?

— Извини, но ничего конкретного я тебе рассказать не могу. Сама понимаешь, информация секретная. Но «Ястреб» и вправду уникальный. К примеру, стандартным космолетом управляет целая команда астропилотов. А здесь я прекрасно справляюсь один.

— Вот ты, наверное, радовался, когда тебя для «Ястреба» выбрали.

— Ну как сказать, — задумчиво ответил Рик, вертя пальцами бокал с вином. — «Ястреб» начал проектировать еще мой дед. Отец продолжил его замысел. И я с детства знал, что однажды именно я стану капитаном этого уникального космолета. Само собой, только из-за родственных связей, никто бы мне эту должность не доверил. Пришлось доказать, что я и вправду лучший астропилот.

Он говорил об этом без тени высокомерия и самовлюбленности. Просто констатировал факт. И поэтому его слова совсем не казались хвастовством. Мелькнула мысль, что я все-таки к Рику несправедлива. А следом искреннее непонимание: а ведь действительно, отчего я так негативно к нему относилась? Наверное, я просто заранее навешала на него ярлык и даже не допускала, что Рик, возможно, совсем не такой, как я о нем думаю.

— Потанцуешь со мной? — вдруг спросил он.

Слишком велик был соблазн согласиться, я кивнула. Конечно, мелькнула дотошная мысль, что время уже, наверняка, далеко за полночь, и мне надо возвращаться в свою каюту. Да и четыре бокала вина явно сказались на адекватности моего восприятия. Я ведь даже забыла о жутко неудобных туфлях. Не говоря уж о том, что и все опасения по поводу зеленого тумана из головы выветрились. Но я все эти мысли гнала прочь. Слишком хорошо мне было сейчас с Риком. И очень хотелось, чтобы этот вечер не заканчивался как можно дольше.

Рядом с генератором пищи располагалась еще одна панель, но я раньше как-то не обратила на нее внимания. Сейчас же Рик подошел именно к ней и бегло набрал некую комбинацию. И тут же потолок разделился на две части, бесшумно разъехавшиеся в сторону. А учитывая полусферическую форму зала, то вместе с потолком исчезла и большая часть стены. Теперь над головой распростерлась панорама космоса. Причем, прозрачный купол был настолько незаметным, что казалось, будто никакой преграды вообще нет. Конечно, я не раз видела космические пейзажи, но сейчас дух захватывало от восхищения. С одной стороны, сразу почувствовала себя ничтожной песчинкой. А с другой, я ведь все равно была неотъемлемой частью этого безграничного великолепия.

Рик, между тем, включил музыку. Медленная, красивая мелодия чудесным образом гармонировала с открывающимся видом. Окончательно очарованная, я пробормотала:

— Ладно, Рик, признаю, есть у твоего «Ястреба» достоинства и помимо вина.

А потом мы танцевали. Хотя «танцевали» — это, конечно громко сказано. Просто плавно двигались в такт мелодии. Рик держал меня за талию, чуть ли не в объятиях. А у меня немного кружилась голова. И, боюсь, вино здесь было не причем.

У меня ведь никогда толком никого не было. Самые долгие отношения — это два месяца с Ормином. Да и то, у нас дело даже до поцелуев не дошло. Просто потому, что мне этого не хотелось, а он, хоть и повозмущался, но настаивать не стал. Мне и банальные его объятия казались не слишком приятными. Я вообще считала, что это просто я сама по себе такая — ну не люблю, когда ко мне прикасаются, и все тут.

Но сейчас с Риком все было иначе. Такой чудесной и волнующей казалась его близость. Закрыв глаза, я просто наслаждалась происходящим, нежилась в тепле его рук. Хорошо, хоть недолго. Здравомыслие все-таки пробилось ко мне. Правда, заставить себя отстраниться от Рика я так и не смогла. Попыталась отвлечься.

Вспомнились его шутливые слова, когда он меня пригласил на ужин, что это лишь служебная обязанность.

— Какой ты все-таки замечательный капитан, так о своих пассажирах заботишься, — пробормотала я и как бы невзначай спросила: — И всех ты так приглашаешь?

— Я бы и рад, — он с притворной грустью вздохнул и тут же со смехом добавил, — но боюсь, тогда сопьюсь раньше, чем мы доберемся на Таной.

И вдруг он остановился. Нежно за подбородок приподнял мое лицо, заставляя на себя посмотреть, и прошептал:

— Поверь, Хлоя, ты единственная, кого я хотел сюда привести.

Я ничего не ответила. Просто смотрела в его синие глаза как завороженная. Да что вообще со мной такое?

Зато Рик явно никакими философскими вопросами не озадачивался. По-прежнему едва уловимо держа меня за подбородок, наклонился к моему лицу. Предвкушение поцелуя тут же отдалось легкой паникой.

— «Я не хочу!» — мелькнула испуганная и крайне неуверенная мысль.

— «Хочешь», — читалось без тени каких-либо сомнений во взгляде Рика.

И если из нас двоих кто-то и был прав, то, похоже, точно не я. Ведь могла же я отстраниться, оттолкнуть его, но почему-то не стала.

Его губы с мягкой требовательностью коснулись моих, понукая ответить на поцелуй. Дыхание перехватило от резко нахлынувших непривычных и крайне приятных ощущений. Разум мгновенно отступил, опрометчиво позволяя чувствам взять верх. И я не стала противиться. Так странно, я себя всегда считала хладнокровной и самостоятельной. Но сейчас в объятиях Рика превратилась в трепетное и робкое создание, совершенно потерявшее голову.

Рик целовал неспешно и ласково. Словно с одной стороны, позволяя мне прочувствовать происходящее, но с другой — все равно не давая собраться с мыслями. Держа одной рукой меня за талию, пальцами второй нежно касался моего лица. Едва уловимая ласка, но в сочетании с дурманящим поцелуем окончательно лишала контроля над собой.

Но едва поцелуй стал неотвратимо требовательнее, Рик вдруг от меня отстранился. Внимательный взгляд скользил по моему лицу, будто изучая реакцию.

Вот только моей первой разумной реакцией был растерянный испуг. Это же категорически ненормально, что из-за кого-то мозг в одно мгновение отключается! Нет-нет-нет, надо держаться от Рика как можно дальше!

— О чем ты сейчас думаешь? — тихо спросил он, задумчиво пропуская сквозь пальцы прядь моих волос.

— О том, что последний бокал вина был явно лишним, — пробормотала я, отчаянно пытаясь собраться с мыслями. — И первые три тоже.

— Вот ты сейчас мое самолюбие просто убила выстрелом в упор, — мрачно усмехнулся Рик. — Я-то наивно думал, что это на тебя так мое обаяние действует.

Я поспешила сменить тему.

— Наверняка, уже очень поздно. Проводи меня, пожалуйста, до моей каюты. А то сама я ее не найду.

— Хорошо, пойдем, — неожиданно легко согласился он.

Вот только дверь перехода на пассажирский отсек ни в какую не захотела открываться. Рик нахмурился.

— Проклятье, совсем забыл про автоматическую систему безопасности.

У меня тут же мелькнула жуткая мысль, что там и вправду распространился зеленый туман, вот «Ястреб» автоматически и заблокировал проход.

Но все оказалось куда банальней. Рик с досадой пояснил:

— Понимаешь, тут предусмотрено, чтобы в нетрезвом состоянии не было доступа к системе управления.

— То есть, теперь переход не открыть? — обомлела я.

— Ну да. Я просто напрочь про это забыл, слишком редко выпиваю. Так что извини, но придется тебе остаться здесь до утра.

— Этого еще не хватало, — я устало потерла глаза. Я ведь так хотела поскорее оказаться как можно дальше от Рика, а тут такое невезение.

— Ничего страшного, — он моей досады явно не разделял. — Тут как раз две обустроенные каюты. Пойдем.

Доведя меня до нужной двери, Рик тут же ушел. Быть может, чувствовал мое желание побыть наедине. Я же, войдя в каюту, первым делом заперла дверь. Нет, я не сомневалась, Рик не явится среди ночи. Просто мне так было спокойнее.

Каюта оказалась довольно просторной, но я обстановку особо не рассматривала. Скинула туфли, только сейчас почувствовав, как же устали от них ноги. Вот только переодеться мне было не во что. Так что спать пришлось ложиться прямо в платье, раздеваться я не рискнула.

И уже засыпая, я старательно гнала от себя мысли о поцелуе, зато вспомнила кое о чем другом. Я ведь так и не поблагодарила Рика за спасение с Листерии. Ну ничего, наверняка будет еще возможность. Тут же вспыли в памяти его слова «За не последний раз». И так с улыбкой на губах я и заснула.