Глава 7

Друзья вышли во двор. Редкие фонари, зажженные стражниками, не рассеивали, а лишь подчеркивали невероятно темную ночь. Порой в Помаррии бывали такие темные беспросветные ночи, когда на черном бархате неба не было видно ни луны, ни звезд. Криспиан запнулся обо что-то невидимое в темноте, запрыгал на одной ноге и сердито выругался.

Не рискуя идти следом за ним по неровной дороге, Анрион подбросил вверх самый обычный светляк, неожиданно раскрывшийся в высоте ярким бело-голубым цветком с мерцающими золотистыми краями. Его холодноватые лучи окрасили всю площадь в невероятно красивые оттенки.

- Я же говорил, что ты слишком скромничаешь! - восторженно признал граф. - Я такой красотищи еще не видал! Браво!

Герцог с удивлением посмотрел на сияющее над головой светило, вполне заменившее солнце, правда, на небольшой площади. Никогда прежде ему не удавалось создать светляка такого размера и мощи. Что случилось? Похоже, это действие остаточной магии сестер Салливерн, ведь сражение они здесь вели отнюдь не шуточное.

Анрион знал об этом редком явлении из рассказов своих учителей, но никогда не наблюдал воочию - в Помаррии никогда не случалось магических выбросов столь сильных, безрассудных и ярких, что устроили необычные гостьи.

- Это вовсе не я, это все еще действует магия сестер Салливерн, - признался он брату, оглядывая стены замка. - Ты лучше посмотри, что здесь творится!

Граф перевел взгляд туда, куда ему показывал герцог и пораженно засвистел. Стены еще вечером бело-серого дворца были закопчены так, будто он был свиньей, зажаренной на ужин на углях. Беломраморные статуи, украшавшие площадь, тоже были все в потеках то ли сажи, то ли пепла.

- Однако! - единственное, что смог выговорить граф, совершенно ошеломленный увиденным. Немного помолчав, осознавая размер нанесенного герцогскому дворцу ущерба, и с неожиданной для себя прагматичностью признал: - Это просто счастье, что твой отец сумел уговорить их убраться из дворца. Представляешь, что случилось бы с залом, если б эти милые девицы порезвились там?

- Ничего бы не было, - пожал плечами Анрион.

- Что ты имеешь в виду? - Криспиан не понял мрачной шутки. - Ничего не осталось от зала?

- Чего мелочиться? Думаю, что от дворца, - пояснил свои слова герцог.

Граф надулся и обиженно заявил:

- Я порой твоих шуток вовсе не понимаю.

- А это что, шутки? Я вовсе не шучу, с чего ты взял? Здесь боевой магии вполне хватило бы, чтоб уничтожить не только дворец, но и все окрест. - Анрион подошел к статуе весны, держащей в руках букет первоцветов, и потер рукавом полосатый от сажи мрамор. Рукав тут же почернел, а статуя ничуть не стала чище.

- Ты думаешь, они снесли бы весь дворец? - от столь радужной перспективы у Криспиана защипало в носу, и он оглушительно чихнул.

- Все может быть, - оторвавшись от созерцания испорченных статуй и фасада дворца, до самой крыши вымазанного несмываемой сажей от магических разрядов, герцог пошел в сторону гостевого крыла, где разместились виновные в погроме магини.

Сияющий бело-голубым светом цветок поплыл за ним, оставляя за собой кромешную тьму, скрывшую нанесенный окрестностям ущерб.

С другой стороны дворца было чисто просто потому, что запускаемые сестрами огни сюда не долетали.

- Уже легче! - граф, следовавший за герцогом по пятам, облегченно выдохнул. - Хотя бы здесь убирать не надо будет. Как ты считаешь, слуги сумеют привести в порядок до бала все то, что испакостили эти дикие северные гостьи? - ему очень хотелось подобрать более верный для них эпитет, но, посмотрев на еще светившиеся окна сестер, он благоразумно промолчал.

- По идее нанесенный вред должны устранять те, кто его сотворил, а именно эти замечательные девушки, - Анрион говорил с уважением, без упрека или сарказма.

Он в самом деле считал леди Салливерн удивительными, а что порой они не соизмеряли своих сил, то это с любым магом может случиться, подчас такое бывало и с ним, особенно в период становления магии.

Герцог оценивающе посмотрел на все так же висевший в вышине цветок. Тот вовсе не собирался гаснуть, как бывало, когда у его создателя заканчивался запас сил. Однако, сколько же выплеснуто здесь магии просто так, в никуда! Да ему бы хотя бы сотую часть того, что поразбросали сестры, он бы...

Анрион задумался. А что бы он сделал? Возможности впечатляли. Для начала исправил бы все, что испортили леди Салливерн. А потом. Перед глазами запестрели сломанные мосты, разрушающиеся дома в предместьях, погибающие без надлежащего ухода сады. Эх, сколько б доброго он мог сделать. Не то что сейчас - только начнет и все, конец, сил нет. Поэтому и не начинает. Так, помогает кое-кому по мелочи, и только.

- Может, пойдем уже к себе? - не спавший всю прошлую ночь напролет граф широко, с подвываниями, зевнул. - Я уже на ногах не стою. Да и холодновато все же, скоро зима, а мы вышли без теплых плащей. Мы с тобой не лупцуем друг дружку, как эти неистовые девицы, нам вовсе не жарко.

Только теперь ощутивший промозглый холод герцог кивнул, и они быстрыми шагами направились к входу. Возле самого крыльца им дорогу перерезал начальник ночного караула.

- Ваша светлость, - с некоторой натугой сказал он, низко поклонившись, - а что с этим-то безобразием делать? - он повел рукой, указывая на черные от копоти стены дворца.

- А что делать? Да ничего пока не делать, - удивленно ответил ему Анрион, не сразу поняв, что стражник надеется, будто он сможет моментом вернуть все так, как было.

Тот чуть заметно перекривился и, оглянувшись на стоявший за ним караул, умильно попросил:

- А не могли бы вы оставить нам этот огонь до утра? А то ночь уж больно темная нынче, да еще под ногами валяются разные ошметки, ходить нормально невозможно, то и дело запинаешься, до переломов рук-ног недалеко.

- Да оставить-то я его могу, но вот долго ли он будет светить? - честно признался герцог, но добавлять, что светляк так ярко горит вовсе не благодаря его магии, не стал. К чему принижать себя в глазах подданных?

- Сколько прогорит, столько и прогорит, - смиренно заверил его начальник ночного караула. - Пусть недолго, но мы хоть обойти дворцовую площадь успеем, если, конечно, вы велите этому огню следовать за нами.

Не возражая, Анрион послал приказ сияющему наверху цветку, и тот послушно двинулся за стражниками, начавшим торопливый обход огромной дворцовой территории. Друзья проследили, как необычный фонарь скрывается за восточным крылом, и территория перед дворцом враз погружается в мрачную темень и закутывается в полнейшую тишину.

Тут же им в грудь ударил холодный ветер, пронизывая до самых костей. Первым не выдержал граф, торопливо шагнув под сень бокового входа и потянув за собой кузена. Они вошли в тихий холл, освещенный теплым успокаивающим светом фонарей, отчего на сердце сразу стало легче, прошли по гулким пустынным коридорам и, распрощавшись, разделились, уйдя каждый в свои покои.

Граф, едва стянув с себя одежду, завалился в свою постель и сразу уснул, всю ночь вздрагивая от снившихся ему огненных камней, летящих прямо в него, отчего стонал и вертелся, чуть не падая с широченной кровати.

Герцог же не спал еще долго, вспоминая взлетающие ввысь огромные яркие огни, и завистливо вздыхая. Забывшись коротким сном уже под утро, увидел внимательные серозеленые глаза и задохнулся от незнакомого прежде приступа нежности. Проснувшись, еще долго помнил это пронзительное чувство, но потом оно не то чтобы забылось, но как-то выцвело и перестало быть привлекательным.

Завтрак они с графом проспали, впрочем, так же, как и большинство придворных, включая даже саму герцогиню, что для нее с ее стоическим характером само по себе было нонсенсом.

Проснувшись, герцог приказал принести что-нибудь поесть к себе в комнату и, желая узнать, что поделывают сестры Салливерн, принялся допытываться от своего всеведающего камердинера, что случилось во дворце.

Господин Поль, как обычно, знал все и про всех, но по своей привычке осторожничал, отвечая больше намеками. На вопрос, послал ли дворецкий своих людей отмывать стены и статуи, заявил:

- Этого не понадобилось, ваша светлость. Когда лорд Крауфт вышел оценить нанесенный ущерб, ущерба уже не было.

- Вот как? - протянул Анрион. - А как это произошло, кто-то знает?

- Начальник ночной стражи. Он видел, как во двор вышли уважаемые гостьи со своей служанкой. Причем служанка показывала на черные стены и явно была недовольна. Ему даже показалось, что она их отчитывала, как старшая. А сестры лишь уныло оправдывались. Потом они дружно замахали руками и все кругом очистилось. Только поломанные ветки, собранные в кучу, так и остались лежать в углу парка. Видимо, девушки не знали, что с ними нужно сделать. Но наш экономный дворецкий уже приказал навязать из тонких гибких ветвей новые метелки, мести парковые дорожки, а сучки побольше отправил на кухню для растопки.

- И когда случилась эта грандиозная приборка? - герцог одернул и без того безупречно сидевший на нем камзол и поправил кружево на манжетах. Отчего-то ему хотелось выглядеть как можно лучше.

- Ранним утром, едва на небе показалась белесая полоска зари. Еще даже повар не поставил булочки в печь.

Анрион представил себе столь ранний подъем и зябко поежился. Он любил понежиться по утрам в постели, ведь самый сладкий сон именно утром.

- Если их приучили вставать так рано, то я им сочувствую.

- Поместье Салливерн в другом часовом поясе, ваша светлость, - мягко намекнул ему камердинер.

- Ты хочешь сказать, что у них сейчас гораздо позже, чем у нас? Надеюсь, мне никогда не придется пользоваться их гостеприимством. Я вовсе не мечтаю вставать без насущной необходимости в несусветную рань, - и герцог сладко зевнул, прикрыв рот рукавом.

Поль мог бы сказать ему, что со столь непредсказуемыми дамами не стоит ни о чем зарекаться, но промолчал, потому что был опытным придворным и понимал, что от желания или нежелания человека мало что зависит.

- Ладно, а где наши гостьи сейчас? Наверное, у герцогини? - предположил Анрион, не зная, чем еще могут заниматься девушки в незнакомом месте.

Камердинер тонко усмехнулся:

- Насколько я знаю, леди Салливерн покинули территорию дворца еще до завтрака, - и таинственно замолчал.

- Куда же они направились? - нетерпеливо спросил герцог. - Вот ведь непоседы на наши бедные головы.

- А вот этого никто не знает, - Поль был несколько сконфужен отсутствием у себя нужной герцогу информации. - Ушли они пешком по главной дороге в столицу, причем никого с собой не взяли.

- До города далеко, - наивно пробурчал Анрион, - устанут до чертиков, да и дорога грязновата для пеших прогулок.

- Судя по тому, как они летали вчера, грязь их не беспокоит, да и усталость не грозит, -поправил его слуга. - Мне кажется, пешком они шли, только пока их видела стража, а потом попросту улетели. Или переместились порталом, для них это труда не состовляет, они об этом уже заявляли.

Анрион завистливо признал:

- В самом деле, я об этом совсем запамятовал. Все забываю, что они магини, и отношусь к ним, как к обычным девушкам. Да, если б я умел левитировать, я бы тоже пешком не ходил. Но из города пока не поступало никаких сигналов о бедствии, значит, сестренки еще не выясняли отношений ни между собой, ни с горожанами.

- Скорее всего мы просто об этом пока не знаем, ваша светлость, - камердинер не был так благодушен, как его господин. - Вспомните, как их наряды отличаются от тех, к которым привыкли наши люди. Неужто вы думаете, что никто не сделал им замечания, скорее всего в довольно категоричной форме? А учитывая обидчивость и вспыльчивость леди Салливерн, которые мне, кстати, кажутся изрядно наигранными...

Прерывая разговор, раздался тихий стук в дверь, и камердинер пошел открывать. Это по требованию герцога принесли завтрак, причем для двоих и весьма основательный. Следом за подавальщиком в покои буквально ввалился граф Ванский, неловко запнувшийся о выступающий порог.

- Дьявол побери все эти выступы! - сердито воскликнул он, встряхиваясь, как мокрая курица. - Ты не возражаешь, если я перекушу вместе с тобой? Я не был на завтраке, спал дурно, всю ночь кошмары снились с участием этих моих нареченных.

Анрион предупреждающе вздернул вверх указательный палец, намекая на присутствие в комнате чужих ушей. Криспиан шлепнул себя по губам и виновато развел руками. Едва лакей вышел, граф выпалил:

- Все время забываю, что нельзя говорить о том, что леди Салливерн - мои предполагаемые жены.

- Одна из них, - холодновато уточнил герцог, которому ужасно не понравилось стремление брата захватить себе обеих сестер.

- Да какая разница? Не собираюсь я жениться ни на одной из них! Жуть какая что одна, что другая! - проговорил Криспиан в рифму, упал на стул, подтянул к себе блюдо с копчеными перепелами и довольно объявил: - Ух, наконец-то наемся! Вчера эта сестричка со своим нытьем по поводу злодеев, жрущих невинных птичек, весь аппетит мне испортила. И не мне одному.

Анрион смотрел на нежное сочное мясо и вдруг понял, что ему вовсе не хочется есть. И с чего бы это?

- А где крыса? - спросил Криспиан. - Жива еще или нет?

- Какая крыса? - герцог отстранился, удивленно глядя на друга. Потом хлопнул себя по лбу, вспомнив: - А, лорд главный конюшенный! - и попросил стоявшего рядом камердинера: - Эй, Поль, принеси-ка нашего гостя!

Тот явился через минуту, неся пустую клетку.

- Это что? - одновременно спросили хозяин с гостем. - Где крыса?

- Не знаю, ваша светлость! - камердинер выглядел изрядно озадаченным. - Но, судя по тому, как лихо она сама открывала и закрывала клетку, то, подозреваю, что она попросту сбежала.

- Не думаю, чтоб лорд главный конюшенный был таким дураком, чтоб бегать по дворцу, полному опасностей, - задумчиво протянул герцог и попросил слугу: - Сходи, будь любезен, в его апартаменты и выясни, не объявился ли он у себя?

Поклонившись, Поль отправился выполнять поручение. Вернулся довольно быстро, едоки еще не закончили первое блюдо.

- Он дома, приходит в себя от перенесенных им непомерных испытаний! - торжественно заявил, едва прикрыв за собой дверь.

- И как он это делает? - заинтересованно уточнил Криспиан.

- Пьет какую-то гадость в надежде забыться и заснуть. А потом считать, что все это ему приснилось в кошмарном сне после перепоя! - камердинер тонко усмехнулся.

- Мудро, мудро, - поощрил действия служащего герцог. - Похоже, этим утром сестры исправляли все испорченное вечером.

- Испорченное? - хмыкнул граф и ядовито поправил: - Испакощенное, ты хотел сказать?

- Неважно, мой друг, это совершенно неважно! - герцог вмиг ощутил отменный аппетит и принялся за добротный кусок тушеной в белом вине оленины.

- Кстати, ты видел, что твой потрясающий цветок все еще висит над площадью? -выговорил его сотрапезник с полным ртом. - Красивый такой, яркий, при дневном свете синенький. Любовался бы им и любовался.

Маг встрепенулся. Все еще висит? То есть магия на площади до сих пор не кончилась? Это было бы хорошо, если б еще больше не подчеркивало его собственную ущербность.

- Это вовсе не моя заслуга, ты ошибаешься. Это остаточная магия после вчерашнего сражения леди Салливерн, я же тебе об этом говорил, - не стал он присваивать себе чужие лавры. - Выйдем, потушу.

Криспиан протестующе выпятил грудь, будто горевший до сих пор светляк был исключительно его заслугой.

- Повесил же цветок ты, а не они, и горит он до их пор. Значит, и силен тоже ты! - сделал он логичный вывод, напрочь проигнорировав утверждение Анриона о невольно используемой им чужой магии.

- Я же тебе говорил, я здесь ни при чем, это заслуга сестер Салливерн, - герцог начал сердиться на непонятливость кузена.

- Ну-ну, - иронично согласился с ним премудрый братец. - Ешь давай. Ты же явно голодный. Что собираешься делать сегодня?

- Сначала пойду в Помарбург, туда отправились наши гостьи. Сам понимаешь, могут быть неприятные эксцессы.

- За горожан переживаешь? - граф принялся еще усерднее двигать челюстями, набираясь сил. - Да, две ведьмы в городе - это опасно для его жителей.

- Особенно если учесть, насколько они не похожи на наших женщин, - Анрион, любопытствуя, положил себе немного салата, того самого, что вчера жевала Беатрис, и попробовал. Решив, что это более-менее съедобно, принялся есть, недоумевая, как можно прожить на одной траве.

- В смысле? - увлеченный обедом Криспиан не понял намеков брата.

- Одеты они для наших людей странно, - пояснил герцог. - Что бы ты сделал, встреть их в первый раз на улице?

Граф подавился и закашлялся, вмиг представив свою шкодливую ручонку не там, где надо, и зловещие последствия этого вполне невинного, на его взгляд, жеста. С ужасом предрек:

- Понял тебя. Надо спешить, не то их путь будет усеян мужскими трупами!

- Не думаю, что все столь катастрофично, как ты говоришь, но неприятностей у тех, кто вздумает перейти им дорогу, будет много, с этим не поспоришь, - и герцог торопливо продолжил трапезу.

Быстро поглощавший стоявшую на столе снедь Криспиан только кивнул, понимая, что неприятностей впереди полно и у него. Ведь как убедить разошедшихся вовсю магинь прекратить творимые ими с таким удовольствием безобразия, он не представлял. Дипломатичностью тоже не обладал, и вся надежда была на младшего герцога, как полноправного представителя власти.

Наевшись, они накинули меховые плащи и отправились не к конюшням, как полагал Криспиан, а к герцогской сокровищнице. Приложив руку к тайному выступу, Анрион дал амулету, охранявшему вход, возможность определить герцогскую кровь и вошел внутрь. Взял несколько заряженных амулетов переноса и показал их брату.

- Перемещаться будем порталами, для скорости, - сказал он, небрежно подкинув драгоценные амулеты в ладони.

Граф ахнул.

- Ты готов истратить столько денег ради этих девиц? А что на это скажет герцог? - в его голосе прозвучало неодобрение столь неоправданному расточительству.

- А ты представляешь, как работают эти вещи? - Анрион указал на сверкающие вокруг камни.

- Понятия не имею, я же не маг и никогда им не стану, - быстро открестился от подобной чести Криспиан.

Анрион пренебрежительно поднял из стоявшего неподалеку сундука один из блеклых красноватых камней и снова кинул его обратно.

- Их просто заряжают. А поскольку магии у нас мало, это получается очень долго и муторно, поэтому они и дороги. Знаешь, сколько в нашей сокровищнице валяется пустых амулетов для разных случаев вроде тех, что лежат в этом сундуке?

- Ты надеешься зарядить их с помощью наших вспыльчивых гостий? - сразу догадался Криспиан.

- Вот именно! - подтвердил его догадку маг. - Даже если леди Салливерн и не захотят нам помочь, достаточно будет вытащить этот сундук во время их следующего сражения, амулеты зарядятся сами. Так что не волнуйся, мы восстановим сотни амулетов, если не все, и отец даже не подумает упрекать меня за пользование парой из них.

- Вот кому надо жениться на одной из этих премилых сестренок, - граф пошел вперед, торопясь выйти из дворца, открывать порталы в здании даже герцогам было категорически запрещено, - для вашего рода какая была бы польза! И почему этот магический договор приплел меня, а не тебя?

- А для тебя пользы в этом браке нет, что ли? - Анрион опередил собеседника и теперь первым перепрыгивал через ступеньки. - Тебе же тоже выгодно заполучить столь ценную супругу.

Криспиан отчаянно замахал руками, отказываясь.

- Что ты, опомнись! Откровенно говорю - я перед ними просто трепещу, аж мурашки по коже!

- Отчего ты трепещешь? - перед ним невесть откуда выскочил маркиз Журский. - Никогда не слышал, чтоб ты чего-то боялся.

- Я и не боюсь, а трепещу! - весомо поправил его граф. - Перед приехавшими по мою душу сестричками. А если они решат женить меня на себе? Этим балом моя любезная матушка практически объявила на меня охоту!

- Ааа, - понятливо протянул маркиз. - Да, в этом смысле мы все трепещем. Мои родичи тоже заявили мне, что я достаточно покуролесил и мне пора остепениться. Не удивлюсь, если на балу мне представят уже выбранную родом невесту и придет конец столь дорогой моему сердцу свободе.

- Мы все ходим по краю алтаря, на который каждый против своей воли может возложить свою драгоценную холостую жизнь! - мрачно объявил граф. - Никого ведь не волнует, хотим мы этого или нет!