Глава 48

— Господа, нижайше прошу извинить меня, но мне кажется, я знаю, как вам помочь, — сказала Даша. Ее голос дрожал, и она нервно перебирала подол своего фартука.

Иван нахмурился. Даже я, совсем из другого мира, понимала, что вмешиваться в личный разговор императора — это нонсенс, и я уже приготовилась защищать девушку, когда Дмитрий произнес:

— Говори! Очень надеюсь, что информация, которую ты готова сообщить, будет стоить того, чтобы перебивать нас. — он посмотрел на нее с нетерпением. — Я слушаю.

Сейчас он не был похож на мягкого, доброго, заботливого мужчину, которого я знаю. На того, кто выяснял с моим Мотей «кто в доме хозяин» и чьё главенство важнее, на того, кто только что хохотал в карете или на того, кто легко пропускает подначки от своих друзей. Сейчас рядом со мной стоял император. Он по щелчку пальца превратился в пресыщенного жизнью, надменного типа. Поменялась поза, и мне кажется, взгляд.

Бррррр.

Увидев, что мы впятером стоим в сторонке и о чём-то разговариваем, а наши лица чересчур серьезные, к нам быстрым шагом направился Олег. Он был в своем обычном стиле: в строгом черном костюме, с холодным взглядом и невозмутимым выражением лица.

Даша, заметив изменения в Дмитрии, испугалась еще сильнее, но, взяв себя в руки, решительно начала говорить:

— Чтоб стало понятно, мне придётся рассказать вам небольшую историю. Дело в том, что я родилась в семье графа Уварова. Мой отец женился на моей маме, когда ей только-только исполнилось восемнадцать лет. Он никогда её не любил, а женился только из-за большого приданного. Очень быстро отец потратил все деньги, и свои немногочисленные, и мамины. Чтобы жить хоть как-то более или менее достойно, они с мамой покинули столицу и уехали в дальнее, единственное, которое осталось у отца, имение. Пока мама была жива, бабушка с дедушкой, ее родители, нам хоть как-то помогали, но мама умерла, рожая меня. И помощь с их стороны закончилась. Слуг в нашем доме осталось непозволительно мало, поэтому в доме жилых комнат использовали совсем мало. Остальные помещения не использовались. Старая няня, которая растила еще мою маму, и которая последовала за ней в дом мужа, занималась мной. Она-то мне и рассказала эту историю. — Даша посмотрела на нас с грустью.

— Этого не может быть! Мои люди сделали проверку прежде чем тебе разрешили остаться! — вскричал Олег, а Даша лишь улыбнулась и продолжила.

— Даже с тем малым количеством денег, которые остались у отца, можно было довольно неплохо жить, но он начал пить и играть. Как-то вечером на дворе разыгралась жуткая непогода, и к нам в дом постучался путник, который в это время проезжал мимо. Гроза застала его в пути. Это был граф Нарышкин. В тот день после ужина они с моим отцом сели за стол играть в карты. Отец сильно проигрался, но денег отдать долг у него не было. Поэтому он просто предложил меня и граф согласился — Даша рассказывала и периодически смотрела на меня, ища одобрения. — На рассвете следующего дня я покинула свой дом и больше туда не возвращалась. К счастью, я была еще ребенком, поэтому интересовала графа исключительно как прислуга.

— Но у нас в стране нет рабства! Это незаконно! Договор можно аннулировать! — воскликнул Иван, и его глаза загорелись гневным огнем. А Олег его поддержал жестом.

— Рабства нет, но есть договор вечного служения. Именно его они и заключили. А после этого мой отец, чтобы не попасться, удалил мое имя из всех документов. И теперь, если кто-то заинтересуется этой историей, то ему станет непонятно, то ли была я, то ли нет, а может умерла вместе с мамой. Я подслушивала разговор, когда отец говорил про свои планы. Как же давно я не была дома! Даже не знаю, что случилось с моей старой няней, — Даша, которая стойко держалась, пока рассказывала свою историю, на последних словах всхлипнула. Ее глаза налились слезами. Она попыталась сдержать их, но они все равно потекли по ее щекам.

Я не выдержала и, выпутавшись из объятий Дмитрия, подошла и обняла эту милую, заплаканную девочку.

Наступила гнетущая тишина. Рассказ произвел впечатление на всех. Анна уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но потом опять его закрыла. То, что произошло с этим ребенком, было ужасно.

— Даша, хорошо, что ты это рассказала. Мы обязательно проведем проверку, и твой отец понесет наказание. Так же, как и граф, но скажи, чем эта история может помочь нам? — мягко и негромко спросил Иван.

Даша подняла от моего плеча свое заплаканное лицо и гнусаво, из-за слез в носу, проговорила:

— Отца можно или припугнуть, или подкупить, и тогда он восстановит документы, а госпожа Юля сможет стать новой графиней Уваровой.

Во второй раз наступила гробовая тишина. Все мы смотрели на Дашу с удивлением и недоверием.

— Это все надо обдумать — задумчиво почесывая подбородок произнес Дмитрий.

— Даша, позволь я задам тебе ещё несколько вопросов. — Олег приобнял девушку и повёл в сторону от нас — Давай ты сейчас умоешься, и мы еще немного побеседуем. Это действительно важно. Мне нужно знать все обстоятельства этого дела.

Что ответила Даша, я уже не расслышала. Дмитрий опять обнял меня и притянул спиной к своей груди, а сам уткнулся в мою макушку. Несмотря на изменения положения моего тела, я продолжала пребывать в молчаливом, задумчивом состоянии.

— Ой, не щипайся! — пропищала я в ответ на действия Дмитрия.

— Прости, милая, я не знал, как ещё привлечь твоё внимание. — повинился мужчина, но по его виду было понятно, что ему совершенно не жаль того что он только что сделал.

— История конечно мерзкая и многое нужно обдумать и проверить, но мне кажется Даша рассказала правду. Предлагаю сейчас всё-таки пообедать, а потом дождаться результатов проверки Олега. И только потом принимать какие-либо решения — весомо высказался Иван. — Но если всё так как говорит девушка, то это будет идеальный вариант. А Дашу сделать твоей фрейлиной. Так получится и народ успокоить — у тебя будет титул, и верного человека возвысить и оставить рядом с тобой.

— Я только один момент не поняла — тоже, как и все обдумывая сложившуюся ситуацию проговорила я — Почему она не ушла после того как люди Олега захватили Нарышкина?

— Ну тут-то как раз ничего странного. Во-первых, идти ей некуда — отец вычеркнул её имя из рода, а во-вторых она дала тебе клятву верности. А эта клятва навсегда. Эта девушка навсегда останется рядом с тобой. — пояснил мне Дмитрий.

— Теперь понятно. Ну это же так страшно быть привязанным к кому-то всю жизнь!

Мужчины лишь пожали плечами. И вправду сказать тут нечего.