Эпилог

На протяжении всего нашего путешествия во дворец над нами висели грозовые тучи. Они плыли так низко, что казалось, будто верхушки деревьев касаются их. Медленно и лениво они заполняли все пространство неба, и так же лениво никак не могли разродиться дождем. Казалось, что они вот-вот прольются, но потом снова замирали, словно решая, стоит ли им спускаться ниже.

Дождь обрушился на землю разом: заколотил по листьям деревьев, траве, зданиям, мгновенно побежали ручьи. Самое неприятное, что все случилось именно в тот момент, когда мы вышли из кареты на площадку перед парадным крыльцом дворца. Не раньше, не позже. В одно мгновение мы все превратились в пугало, с одежды которых стекала потоками вода. Моя аккуратная прическа, над которой Даша колдовала почти час, тут же превратилась в мокрые сосульки, которые свисали с головы. Я даже не пыталась поправить ее, понимая, что это бесполезно.

Родители Дмитрия предусмотрительно стояли на крыльце под козырьком и поэтому от буйства стихии не пострадали. Нарядные, чистые, а главное сухие они с изумлением взирали на нас.

Может быть, из-за первого впечатления, а может из-за ещё чего-то, но отношения с будущей свекровью, Марией Фёдоровной, у нас не задались сразу. Нет, внешне выглядело всё очень приятно. Эта величественная и грозная женщина, с холодными голубыми глазами и строгими губами, всегда говорила, что я лучшее, что могло случиться с её сыном, но при этом мелко пакостила и чинила неприятности. Только чуть позже я узнала, что у неё была готова кандидатка в жёны для Дмитрия, красивая и умная девица из знатного рода, а тут совершенно неожиданно появилась я. В любом случае нашей свадьбе с Дмитрием это не помешало.

Далеко не сразу, а только спустя несколько лет я поняла, что по-настоящему наслаждаюсь противостоянием с этой умной, хитрой, с хорошим чувством юмора, женщиной. Все выпады в мою сторону она делала тонко и изящно, но при этом никогда не переходила грань. Даша потом рассказывала, что весь дворец затаив дыхание ожидал наших следующих ходов. Но чего не отнять, так это того, что этот бой всегда, абсолютно всегда, был не на настоящих клинках, а на деревянных. Обе стороны соблюдали правило — не обидеть и не навредить. До сих пор обитатели дворца обсуждают наши отношения, и если взяться и написать про это книгу, то вряд ли в одну поместятся все наши истории. Хорошо, что никто до этого не додумался, по крайней мере я об этом не знаю.

В отличие от Марии Фёдоровны, Александр Дмитриевич сразу принял меня как родную. Он был мудрым человеком, который всегда готов выслушать и поддержать тех, кого принял в ближний круг и очень меня спасал, когда уже опускались руки. Дмитрий по ходу нашего путешествия делился с отцом моими идеями, касательно всей страны. И эти идеи так вдохновили бывшего императора, что он своему сыну сразу сообщил, что такую умницу, как я, нужно охранять пуще любого золота.

Прошло совсем немного времени, и я увидела, как воплощаются все мои идеи, вскользь сказанные Дмитрию. В первую очередь создали новую структуру, и с моей легкой руки назвали ее милиция (ну а что? Мне нравится это слово). Эта новая структура занялась охраной городов именно от внутренних врагов и была независима от военных. Судя по всему, этот вопрос к тому моменту назрел, потому что, из отчетов, которые регулярно получал мой император, преступность в городах после образования милиции снизилась в разы.

Следующее нововведение, может быть, и не было таким масштабным, но думаю, что смогло спасти жизни и сохранить здоровье. Я говорю про моряков. Теперь в обязательном порядке на каждом корабле находились либо квашеная капуста, либо ягоды, очень похожие на наш шиповник. Они были кислыми и не очень приятными на вкус, но зато очень полезными. Если просто говорить, то моряки, которые подолгу находились в плавание, получали в достаточном количестве витамин C, меньше болели, а соответственно могли лучше нести службу. Служить на кораблях его величества становилось престижным.

Реформы задели и дороги. По всей стране шла глобальная стройка. Что-то про устройство дорог смогла рассказать я, но основную помощь мы получили в поместье у Киры. Чертежи и пояснения, которые мужчины отыскали в библиотеке поместья, оказались простыми, доступными, но очень эффективными. Из казны были затрачены огромные суммы, и чтобы хоть как-то это компенсировать, на протяжении всех дорог стали строить государственные таверны и постоялые дворы. Там можно было и поесть, и отдохнуть, и заказать охранное сопровождение. Государственный герб на таких заведениях означал, что тебя не обокрадут, не обманут, не отравят. Очень многие купцы быстро оценили выгоду и стали пользоваться этими услугами. Торговля начала стремительно развиваться.

Мотя довольно быстро признал в Ириске свою пару. Она, как истинная девочка, немного подумала и приняла ухаживания очень настырного лиса. В положенное время у них родился малыш. Я даже представить не могла, какой нежный родитель получится из Моти. Он был так заботливым и ласковым с маленьким лисенком, что я не могла удержаться от улыбки, наблюдая за ними.

В один прекрасный солнечный день, в момент, когда щенок стал достаточно самостоятельным и его можно было отлучать от мамы, малыша окутал белый туман, и он пропал, но почему-то ни Ириска, ни Мотя не проявили по этому поводу беспокойства. Только ветер донес слова «Спасибо». Стало понятно, что богиня только что еще одну избранную одарила другом.

Мой почти шуточный вопрос про запаску, когда у нас сломалось в дороге колесо, тоже реализовался. Сейчас многие собственники карет и телег привязывали еще одно колесо во избежание долгих простоев в пути из-за аварий. Мне было очень приятно.

Следующие изменения коснулись нашего знакомого градоначальника Петра Петровича. Дмитрий посчитал, что в силу возраста он уже не может справляться с таким городом, как Кулиш, и отправил его продолжать службу в тихий Южный город. Пётр Петрович только обрадовался. Близость к морю и наличие в городе бывших пиратов делали его довольно сложным для управления. Туда был назначен молодой жесткий руководитель, которому в течение лет пяти удалось навести там порядок.

Мамед-хана передали в руки отца Анны. Больше никто никогда не слышал про такого пирата. Он исчез без следа, словно растворился в тумане.

Чуть позже нас с Дмитрием свадьбу сыграли, и Анна с Иваном. Как на это согласился Великий Князь, — это отдельная история. Всё-таки он рассчитывал на свадьбу дочери с Дмитрием. Но после того, как отец и дочь два часа разговаривали за закрытыми дверями покоев, князь вышел и официально объявил о своем разрешении на брак, а осколки от разбитой посуды слуги тихонько выбросили. Это была великолепная свадьба, на которую собрался весь двор.

Сейчас мы с Анной и Кирой сидели у нас в беседке и чинно пили чай, сложив руки на огромные животы. Делегация из Кирата приехала не только с дипломатической миссией, но и потому что Константин Белозерцев считается лучшим лекарем. То ли это происки богини, то ли так совпало, но уже вторая беременность у нас протекает в одно и то же время. Мы сидели в тени и тихо мирно делились новостями.

— Девочки, я, кажется, рожаю! – сказала Анна, держась за живот. – У меня схватки! – Она побледнела и закрыла глаза.

— Хм, не может быть, но я, кажется, тоже. – Кира потрогала свой живот и улыбнулась. – У меня тоже схватки. – Она посмотрела на нас с удивлением.

— Что, опять все вместе? Потому что я тоже. – Я потрогала свой живот и улыбнулась. – У меня тоже схватки. – Я посмотрела на них с удивлением.

— Ну что, пошли потихоньку, пока наши не видят? А то опять панику наведут. – сказала Анна, вставая с дивана.