Глава 27

Навязчивый, пронзительный звук все сильнее бьет по вискам, заставляя их ныть мучительно. Открываю глаза, в комнате очень светло, наступило утро. При этом у меня ощущение, словно я только-только прикрыла глаза.

Кто-то настойчиво жмет на дверной звонок. Вряд ли это Дамир — у него есть свой комплект ключей. И все равно внутри вспыхивает отчаянная надежда, что это он! Бегу в коридор, отпираю замок и распахиваю дверь, не тратя времени на глазок.

Передо мной стоит Инесса. Не говоря ни слова она размахивается и бьет меня по лицу. Отшатываюсь, прижав ладонь к щеке.

— Ты совсем с ума сошла? — рявкаю яростно.

— Дура, тупая идиотка! — орет Инесса. — Он отца твоего убил, а ты все равно притащилась сюда! Подстилка, тварь…

— Прекрати меня оскорблять! — пытаюсь захлопнуть дверь перед носом мачехи но она не дает. — Убирайся отсюда!

— Неужели не видишь, его нет? Он свалил за границу, поняла? И думать забыл о тебе. Наивная кретинка! Притащилась, думала он тут сидит и ждет тебя? Собирайся! Мы уезжаем немедленно!

Внутри все сжимается от боли. Неужели правда? Дамир бросил меня? Уехал, чтобы избежать неприятностей? Конечно же он звонил мне, чтобы объяснить все… Но телефон у меня забрали и вряд ли утруждают себя ответами на звонки или смс…

— Почему я должна тебе подчиняться? — мой голос дрожит, я едва сдерживаю слезы. Но если дам им волю — это будет уж совсем жалко.

— Ты ведь хочешь, чтобы убийца был наказан? — отвечает вопросом на вопрос мачеха.

— Это не Дамир! Он не имеет ко всему этому никакого отношения! Я никогда в это не поверю!

— Стефания, у тебя два варианта. Или ты идешь со мной добровольно, или я звоню и тебя свяжут, потащат силой. Люди Батира внизу. Они ждут.

— Ты ненормальная! Хоть понимаешь, что творишь? Дамир мой муж, это наша квартира, я буду ждать его здесь! Мне надо поговорить с ним! Когда отдадут мобильные? Когда все это закончится?

— Идиотка… — продолжает оскорблять меня мачеха.

— Инесса, дорогая, можно я поговорю со Стефанией? — раздается вкрадчивый голос Беркута. Обе поворачиваемся к нему. Старик приблизился незаметною — Все объясню девочке спокойно, уверен, мы сможем понять друг друга.

— Здравствуйте, — холодно обращаюсь к незванному гостю. — Нам с вами не о чем говорить.

— Ошибаешься, дочка, — качает головой укоризненно.

Инесса молча уходит — меня удивляет такое послушание. С моим отцом мачеха часто спорила, лезла в бутылку по любому поводу. И вот наблюдаю ее совершенно другой, с Беркутом она шелковая, покладистая. невольно закрадывается мысль — не решила ли, что этот старик будет ее следующим мужем? А что, от Инессы запросто можно такого ожидать! Меркантильная, хитрая. Многие качества мачехи претят мне, но папа вроде был с ней счастлив и я старалась не зацикливаться на ее недостатках, всегда уступала и терпела ее колкости, как и хамство Лады. Но сейчас чувствую, что моему терпению приходит конец. Я не обязана все это терпеть. Одна надежда, что следователь действительно узнает правду и мачеха заткнется. Я не хочу ехать в дом Беркута! Вспоминаю свадьбу и проведенную в его особняке ночь с содроганием…

В любом случае, нужно как-то связаться с Дамиром. Не верю что он просто так без причины бросил меня. Раз уехал, значит на это есть уважительная причина. Мне необходимо поговорить с ним, но похоже для этого нужно прежде всего вернуть себе мобильный телефон.

— Как уже сказала, я никуда с вами не поеду, — ещё раз повторяю старику.

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — произносит Беркут. — Надеешься, что Дамир тебе поможет. Так вот, Инесса не обманула, он действительно улетел из страны. Ты не сможешь связаться с ним, его срочно вызвал Баграт. Они сейчас как на раскалённой сковородке крутятся.

— Дамир невиновен. Он ничего не делал моему отцу.

— Тебе хочется так думать, но истину ты не знаешь.

— Может быть, вы её знаете?

— Девочка, ты же в курсе как я хотел спасти Роберта. Все для этого сделал, свадьбу вам организовал. Думал, что ты сможешь удержать Дамира, но похоже ты переоценила свои возможности. Мы оба переоценили, мне очень жаль.

— Я не хочу все это слушать.

— Неприятно, я понимаю. Правда часто больнее чем ложь. Но ты взрослая девочка и должна взять себя в руки. Твоей мачехе сейчас очень нелегко, она потеряла мужа. Да, она ведёт себя грубо, но это все от горя. Ей нужно сейчас твоя поддержка. Я хочу помочь ей, и тебе тоже. Те, кто это сделал, они ведь могут и с вами расправиться.

— Вы несёте полную чушь! Дамир расправится с Инессой? Со мной? Может быть он вообще виновен во всех преступлениях в этом городе?

— Может и не во всех, но поверь, сейчас вы находитесь в опасности. Я обещал Роберту, что позабочусь о его семье и сделаю все что в моих силах, раз не смог его уберечь.

Беркут ещё очень долго что-то говорит, доказывает, приводит аргументы. У меня кружится голова, спорить просто невыносимо. К тому же, я чувствую что старик готов перейти к более решительным действиям. Пока он меня просто уговаривает, но всё может измениться. Я не хочу, чтобы он применял ко мне силу, поэтому в конце концов соглашаюсь. Дамир явно если и появлялся в этой квартире, то совсем ненадолго. Значит и мне нет смысла здесь его ждать. Может и правда Баграт вызвал его. Это то бывает, я уже привыкла. Так какая разница где мне находиться?

Дамир

— Ты не должен был вызывать меня, используя такой грязный приём, Баграт. Не ожидал от тебя такого. Сердечный приступ, серьезно? Я вылетаю первым же рейсом обратно, — меня накрывает от ярости.

Поверить не могу, что самый близкий друг развел меня как мальчишку. Хотя, скорее всего без Карины тут не обошлось, уж больно гладко все провернули. Баграт не настолько мастер подобных манипуляций. Но именно он получит всю ярость, которая сейчас кипит у меня внутри.

Стефания не отвечает на мои звонки, на смс. Скорее всего, ее лишили связи. Надо вытащить ее как можно скорее от мачехи, ничего хорошего ее там не ждет. Вместо этого пришлось сюда прилететь. Да, помимо дурацкого сообщения, что Баграт на грани жизни и смерти, на которое я повелся, будучи на эмоциях, здесь есть еще проблема, которую придется остаться и разрулить.

Черт, совершенно не вовремя, и никому не поручишь. Значит, надо управиться в максимально короткое время. И лететь к своей девочке.

Стефания, моя фиктивная жена, на которой я не хотел не то что жениться, даже рядом находиться, стала вдруг бесконечно важна для меня. Важнее всего остального. Абсолютно.

Не представляю своей жизни без нее.

Так кто грохнул эту сволочь, Роберта? Что за чертова подстава? Несколько недель идиллии, и опять по горло дерьма, которое придется долго и нудно разгребать.

Скорее всего — меня хотели подставить. Только слегка облажались — на время смерти Каминского у меня крепкое алиби. С полицией все разрулил быстро и четко. Задержали — отпустили.

Но я все равно не успокоюсь, пока не выясню, чьих это рук дело. Нет, я ни капли не жалею подонка Каминского. Мне бесконечно жаль девочку, которая сейчас наверняка сходит с ума от горя. Скорее всего «доброжелатели», коих немало, по разным своим причинам, обрабатывают ее.

Делают все, чтобы поверила в мою виновность.

— Прости старика, но другого выхода не было, — кряхтит Баграт. — Как иначе я мог вытащить тебя сюда?

— Стефании сейчас нужна моя помощь, мне не до твоих игр.

— Ты всё-таки влюбился в эту девчонку, да? Я так и понял, ещё когда вы были здесь вместе. По тому как ты смотрел на неё. Вообще не отлипал. Это должна была быть месть. Ты не должен был влипать в неё так сильно. Ничем хорошим это не закончится, ты же понимаешь?

— Я правда прилетел для того чтобы выслушивать эти нотации, Баграт? Мне они не нужны совершенно. Уж как-нибудь сам решу что делать со своей личной жизнью. — Если бы я тебя не вызвал, вполне возможно ты бы сидел сейчас в следственном изоляторе. Сам знаешь, сколько у тебя врагов, которые сделали бы все возможное, чтобы запихнуть тебя в самую глубокую клоаку. Роберт на этом этапе никому не переходил дорогу, кроме тебя. Очень похоже на то, что его убили чтобы тебя подставить.

— То есть, ты абсолютно веришь мою невиновность? — усмехаюсь. Что ж, хотя бы это уже радует.

— Да, верю. Опять же, потому что видел, как ты смотрел на девчонку. Ты на все был готов, смирился уже абсолютно с тем, что этот козел останется в живых. Только потому что Стефания заняла огромное место в твоем сердце, вытеснив все остальное. Может, это и не плохо. После всего что ты пережил, найти в себе способность любить настолько глубоко.

— Я не хочу обсуждать с тобой свои чувства, Баграт. Лучше разберись со своей личной жизнью, которая у тебя тоже довольно запутанна.

— Хорошо, сынок. Ты прав, достаточно обсуждений баб, у нас других проблем достаточно. Держать тебя силой не стану, но ты же перед отъездом встретишься со Ставридисом? Этот грек зарвался, ничего уже не боится. Подвел мою компанию крепко, мы не можем это так оставить.

— Да, я встречусь с ним.

— Спасибо, Дамир. На тебя всегда можно положиться.

* * *

Находиться на вилле, на которой прошли счастливые дни со Стефанией, одному — невыносимо. Все напоминает о ней. Ловлю себя на мысли, что никогда не был настолько счастлив, как с ней, в эти дни. Пусть были разные моменты, мы еще плохо понимали друг друга, было недоверие. Но и безумное притяжение. Эта девочка поработила меня.

Ни о чем другом не могу думать, любая тема в конечном результате сводится к ней. Не откладывая, назначаю вечером встречу со Ставридисом. Поговорил так, что хитрый грек смекнул быстро — лучше не связываться и сделать все как было оговорено изначально. Пришлось немного наехать, не без этого.

До самолета оставалась ночь, поспать было бы неплохо. Захожу на виллу и понимаю, что не один здесь. Запах женских духов висит в воздухе сладким шлейфом.

Стелла. Голая, в нашей со Стеф постели.

— Ты совсем ополоумела? Что ты здесь делаешь? Совсем мозги потекли? — рычу на бывшую.

— Я соскучилась, Дамир. Не будь таким жестоким, умоляю, — всхлипывает отчаянно.

— Стелла, ты ведь прекрасно знаешь, то что осталось в прошлом — не вернуть. Глупо пытаться, — произношу устало.

Она настолько мне безразлична, что даже смешно. Нет смысла даже злиться. Абсолютное равнодушие.

— Я люблю тебя, Дамир! — выкрикивает с болью. — Не могу по щелчку выключить чувства, понимаешь? Ты так жесток со мной… Не представляешь, как это больно. Хотя, может это и правильно, может так ты пытаешься меня вылечить от зависимости… но я все равно тебя люблю. Безумно. Люблю!

— Хватит, убирайся.

Я измотан физически и морально, меня ждут непростой разговор с женой, и то что вынужден вот так разбираться со взрослой и вроде бы умной бабой, тратить на это силы и время — дико бесит. Стелла казалась самой разумной бабой когда мы познакомились. Психолог, блядь! В кого она превратилась?

И грустно, и противно. Выталкиваю Стеллу на улицу в чем мать родила, она прижимает к себе покрывало, плачет.

— Что ты делаешь? Моя одежда! Дай мне собраться!

— Ты чем думала когда раздевалась у меня? Вот теперь будешь умнее. Шмотки завтра у Карины заберешь. Все. Я спать хочу.

И правда, забываю о Стелле как только захлопываю дверь виллы. Сплю в гостиной, диван там вполне сносный. Брезгую постелью, в которой валялась бывшая. Забавно. Тюрьму прошел, грязь, пот, вонь, гниющие раны. И тут вдруг такая брезгливость одолела.