Глава 26

Паша

Я не думал, что буду так волноваться. В утро свадьбы руки дрожали, а в груди стоял странный комок — не страха, нет, а какого‑то невероятного, почти нечеловеческого волнения. Ну блин, мужик же! Скоро отцом стану, а тут — как подросток перед первым свиданием.

Всё происходило за городом — в огромном загородном комплексе с белоснежными арками, фонтанами и парком, утопающим в зелени. Мои родители настояли на размахе, её — не стали возражать. Тем более мой отец не только сына сегодня женит, но и крестницу замуж выдаёт. Получилось… величественно. Но главное — это не декорации. Главное — она.

— Нет. В понедельник идём. Я уже дожидаться не могу.

— А если будет не пацан? — прищурился Дима.

Я усмехнулся, представив всё это в красках:

— Дочка тоже круто. Только пиздец будет всем её ухажёрам.

Дима с Саней засмеялись:

— Это правильно!

Я посмотрел в окно, на залитый солнцем двор, и вдруг ясно представил: вот она, маленькая, в розовом платьице, бежит ко мне, смеётся… И сердце сжалось от нежности.

— В любом случае, — сказал я, возвращаясь к разговору, — кто бы ни родился, это будет самое лучшее, что со мной случилось. Пацан или девчонка — неважно. Главное, что наш.

— Вот это верно, — кивнул Саня. — Семья — она и есть семья. А всё остальное — лирика.

Я надел костюм — строгий, тёмный, с тонким узором. Галстук завязывал трижды: первый раз криво, второй — слишком туго, третий — наконец нормально. В зеркале видел себя: серьёзный, собранный, но с глазами, полными нетерпения.

— Паша, ты как? — мама заглянула в комнату.

— Нормально, — кивнул я. — Просто… жду.

Она улыбнулась, поправила мне лацкан:

— Она будет самой красивой. А ты — самым счастливым.

Когда я вышел к месту церемонии, всё замерло. Гости встали, музыка заиграла тише, и в этот момент я увидел её.

Ева шла по дорожке, усыпанной лепестками роз, в белом платье, словно сотканном из света. Её глаза нашли меня сразу — и в них было всё: любовь, нежность, уверенность.

Я забыл, как дышать. Реально, будто воздух из груди вышибло.

Она подошла, взяла мою руку. Пальцы были холодные, но крепкие.

— Ты потрясающе выглядишь, — прошептал я.

— Ты тоже, — улыбнулась она. — Только не вздумай расплакаться.

— Это ты не вздумай, — усмехнулся я. — А то я точно не выдержу.

Ведущий говорил что‑то о любви, верности, будущем. Я слушал, но слышал только её дыхание, чувствовал тепло её ладони. Всё остальное — как в тумане.

— Павел, согласен ли ты взять в жёны Еву, быть с ней в радости и горе, беречь и любить её до конца дней своих?

— Да, — сказал я твёрдо. Без колебаний. — Сто процентов.

— Ева, согласна ли ты стать женой Павла, быть с ним в радости и горе, поддерживать и любить его до конца дней своих?

— Да, — её голос был тихим, но я услышал в нём ту же уверенность, что жил во мне.

Кольца. Обмен. Прикосновение холодного металла к пальцу — и вот уже она моя. Навсегда.

— Объявляю вас мужем и женой.

Я не выдержал — обнял её, прижал к себе, поцеловал. Гости зааплодировали, кто‑то засмеялся, кто‑то всхлипнул.

— Теперь ты Князева! — крикнул кто‑то из друзей.

Застолье было роскошным — столы ломились от блюд, вино лилось рекой, но я почти не замечал этого. Я видел только её: как она смеётся, как разговаривает с мамой, как смотрит на меня. Всё остальное — просто фон.

Родители Евы подошли поздравить.

— Мы рады, что ты у неё есть, — сказала её мама, сжимая мою руку. — Береги её.

— Буду, — ответил я. — Обещаю.

Мои родители тоже не скрывали слёз.

— Сын, ты вырос, — отец обнял меня. — Теперь ты мужчина. Не только по возрасту, но и по поступкам.

Первый танец — наш. Музыка, свет, её рука в моей. Я смотрел в её глаза и понимал: вот оно. Вот моя жизнь. Никаких сомнений, никакой суеты — только мы.

Потом к нам присоединились гости. Саня с Ксюшей, Дима, друзья — все кружились, смеялись, поднимали бокалы. Атмосфера — огонь.

— Ты счастлив? — спросила Ева, когда мы на секунду остановились.

— Больше, чем мог представить, — ответил я, целуя её ладонь. — Это лучший день в моей жизни.

И я знал: это только начало. Наша история — она только начинается. А впереди — семья, ребёнок, совместные рассветы и закаты. И пусть будет непросто, но мы справимся. Потому что мы — вместе.

Конец