Глава 11

Едва хлопает дверь за Мартыновыми, Свят подходит к дивану и усаживается напротив меня.

Спокойные, совершенно невинные движения, а я у меня уже душа в пятках. Почему я так волнуюсь и как смогу продержаться целую ночь с ним?

— Даш, — непривычно мягко начинает Брин. — Ты не обязана здесь находиться из-за дурости Аллы. Если хочешь, можешь уйти за Егором прямо сейчас. Он все-таки твой жених.

А у него глаза стали чуть светлее, чем раньше. И взгляд совсем другой. Сейчас я совсем не вижу перед собой того парня, который сводил меня с ума своими играми в лицее и который чуть было не довел меня до нервного срыва.

Интересно, а как я изменилась в его глазах? Что он вообще обо мне думает сейчас?

— Мы с Егором доверяем друг другу, — говорю я, надеясь, что получается естественно. — Это игра, конечно, но обещания надо выполнять. Ну… в пределах разумного, конечно.

Я немного смущаюсь, потому что на самом деле считаю за пределами разумного то, что сейчас сижу здесь со Святом.

— Как ты? — он изучающе рассматривает меня, от чего я, кажется, краснею.

И воздух между нами совсем другой — густой и насыщенный. Я чувствовала напряжение, когда Алла метала в меня молнии, но оно ни в какое сравнение не идет с тем, что я ощущаю сейчас.

Как я?

— Да все нормально… хорошо, то есть, — быстро поправляюсь я. — Диплом недавно защитила, я теперь дипломированный молекулярный биолог. Самой не верится. Осенью в магистратуру, надо сдать экзамены еще, конечно. Но… благодаря тебе мне не обязательно прорываться на бюджет.

Ну вот я и сделала то, чего ждала целых четыре года, что не давало мне спать спокойно по ночам. Сказала то, что давно должна была и очень хотела.

А теперь сижу, затаив дыхание и жду его ответа.

— Что-нибудь знаешь про наших бывших одноклассников? Ну кроме Мякишевой? — как-то совсем по-светски спрашивает Брин, и я с трудом подавляю вздох разочарования.

Ему интересно посплетничать и не говорить о том, что между нами произошло?

— Да я ни с кем толком не общаюсь, — обнимаю себя за плечи, даже не зная, что тут еще сказать. — Разве что смотрю посты в соцсетях. У всех вроде все нормально. Васнецова Оля вот замуж вышла, кажется, пока единственная из нашего класса. А так… Подожди, у вас же была Святая Троица, помнишь? Так вашу компанию называли. Ну, тебя, Ливенского и Марику.

Свят вообще никак не реагирует, когда я произношу имя его бывшей девушки. Наверное, бестактно было с моей стороны напоминать ему о ней.

— Нет, мы не общаемся, — коротко ответил Свят. — Так как там Тим?

— Да я не знаю, — неожиданно мне становится легче. Все-таки говорить о других намного проще, чем о себе. Про Ливенского я почти не вспоминаю. И уж точно не переживаю, что наша дружба с ним закончилась.

— Совсем ничего? — удивляется Брин. — Вы же были такими друзьями.

Я слышу в его словах насмешку, но она меня не обижает. Все-таки удивительная штука — память, сейчас я вспоминаю только хорошее о тех днях. И все же…

— Были, пока ты не появился, Свят! Взял и увел у меня лучшего друга. Осталась у меня только Мякишева.

Свят вдруг начинает смеяться, не издевательски, а вполне искренне. Это так странно, я впервые вижу веселого Свята. У него, оказывается, появляются небольшие ямочки на щеках. Он такой расслабленный сейчас и совсем не опасный. Мне даже хочется пересесть к нему поближе, но я этого не делаю, конечно. Еще не так поймет.

— Поверь мне, Ливенский был тебе плохим другом. Мне тоже.

Ну вот и вернулся прежний категоричный Свят, который все знает лучше всех.

— Наши родители общаются, он сейчас в Японии, кажется. Работает переводчиком и учится. Вроде как.

Я не решаюсь рассказать, что на первом курсе Тим часто ко мне заглядывал, пытался “дружить как раньше”, но однажды мы с ним крупно поссорились. И с тех пор не разговариваем.

— А ты? — осмеливаюсь спросить я. — Как ты жил эти четыре года. Твой папа… я знаю, ты уехал в Швецию.

— Да, — спокойно кивает Свят. — Но у меня скучно и неинтересно. Поступил в Гетеборгский университет, изучал экономику. Ну и параллельно работал у деда. У него свой бизнес был, почти несвязанный с тем, что у отца здесь.

Свят тянется к бутылке с водой и я невольно задерживаю на нем взгляд. Любуюсь плавными уверенными движениями, залипаю на его по-мужски крепких широких запястьях, даже различаю чуть выпуклые синие вены. Свят всегда был красив и привлекал девчонок. Я одна боялась его холодной темной энергетики. Сейчас я ее не чувствую.

Поднимаю глаза выше, останавливаюсь на широкой груди, верхние пуговицы рубашки расстегнуты. Свят, конечно, идеально сложен, чуть выпирают широкие ключицы, их почему-то хочется потрогать.

Скольжу взглядом дальше, задерживаюсь на губах. И вспоминаю наш первый и единственный поцелуй. Жадный и настырный. Взрывной.

А потом встречаю взгляд внимательных голубых глаз. И тут же вспыхиваю. Зачем-то забираясь с ногами на диван. Хотя в самую пору бежать отсюда. Он заметил, как я его нагло рассматриваю. Стыдно-то как!

— Даш, все нормально?

У меня в горле пересохло, только и могу, что кивнуть. И разглядывать узоры на диванной подушке. Господи, что он теперь обо мне подумает?

— Может, воды? — Он протягивает мне стакан с водой, и я жадно его выпиваю. — Так лучше?

— Да, спасибо! — я немного успокаиваюсь, но тот внутренний дискомфорт, который я чувствую, каждый раз вспоминая нашу с ним историю, никуда не уходит. И я решаюсь. — Ты знаешь, я приезжала к тебе домой, поговорить хотела, тогда… а ты уехал…

— Я знаю, папа мне передал.

— Ты так сильно обиделся на меня? — шепчу я, но заставляю себя взглянуть Святу в глаза. — Я была неправа. Не нужно было говорить тебе столько гадостей.

На его лице не отражаются никакие эмоции, но я слышу его шумный вдох. И это меня подбадривает, что ли. Все-таки не в пустоту говорю.

Поднимаюсь с дивана, не могу сидеть. Я волнуюсь и не буду это скрывать. Какие тут игры?!

— Почему?! — смотрю, как Брин тоже встает и подходит ко мне. А я, едва ли не впервые не отхожу назад, не бегу от него. — Почему ты не перезвонил? Ты… злился на меня? Ты столько сделал для меня!

Свят отвечает не сразу, а я дышать не могу, пока не услышу правду.

— Мне не нужна была твоя благодарность, мне нужна была твоя любовь. Поэтому я уехал. Не видел смысла находиться рядом в любом другом качестве.

И я верю каждому его слову. Он совершенно точно искренен, я чувствую.

Но теперь ему больше не нужна моя любовь. Ничего ему от меня не нужно. Мы с ним просто бывшие одноклассники, которые снова совершенно случайно встретились. Но как встретились, так и разойдемся.

— Ясно…, — беспомощно протягиваю я на такую обжигающую откровенность. — Может, тебе и не нужна моя благодарность, но она есть. И за учебу, и за… Игоря. Хотя он оказался тем еще…

— Даш, — обрывает меня Свят. — Я уже забыл об этом. Все прошло.

Я долго смотрю в его спокойные глаза.

Он меня больше не любит. Наверное, я должна радоваться, но я не могу.