Глава 41

Вернувшись в Москву, Свят сразу же из аэропорта поехал в офис. Был вечер субботы — традиционные пробки обошли его стороной. Сейчас жители столицы не спешили пока в нее возвращаться и проводили долгожданные выходные на природе.

Свят отдыхать не собирался.

Он смотрел на знакомые рекламные билборды за окном и чувствовал что его снова накрывают эмоции. Свят даже порадовался, что сейчас не за рулем, потому что не факт, что не разогнался бы до предела. А потом исчез бы и предел…

Он заставил себя расслабить руки, разжать собранные в кулак пальцы и сделать пару глубоких вдохов. Свята вело от гнева, боли и разочарования.

Вчера он сдался и все-таки позвонил своему психотерапевту, с которой не разговаривал уже года три и напросился на онлайн-прием. Стало немного полегче, но сейчас, подъезжая все ближе и ближе к центру города, Свят едва справлялся с собой.

Ему хотелось рвануть к Даше, вытащить ее из насквозь пропитанного ложью и притворством мирка, встряхнуть так, чтобы вся дурь из нее мигом вылетела и забрать себе. Украсть, привезти к себе и запереть. И не выпускать, пока они все не выяснят, пока…

Свят чуть не застонал от ярости, когда представил, что не он, а Егор Мартынов сейчас с Дашей где-то вместе. Одни.

То, что он чувствовал сложно было назвать обычной ревностью. Если бы его пожирала только ревность! С ней он может быть и справился. Рассудок упрямо твердил ему — Даша не любит Егора, она вернулась к нему точно не потому что не могла без него жить. Любви в этих отношениях не было никогда. Но Свята это не успокаивало.

Все тот же безжалостный голос убеждал своего хозяина в том, что Даша и к нему равнодушна, не любит его, Свята, а их зарождающиеся отношения были не более, чем жалкой попыткой доброй совестливой девушки таким образом выразить свою благодарность. Сказать “спасибо” за оплаченные годы учебы и перестать чувствовать вину за резкие обвинения, когда-то брошенные ей сгоряча.

Если бы любила, не смогла бы предать. А ничем другим кроме предательства Свят не мог назвать то, что Даша бросила его, даже не объяснив причины.

Она не пришла к нему, не сказала, не попросила о помощи, не доверилась ему. Вот что разрывало Свята на части, а вовсе не предстоящая свадьба.

Ее все равно не будет.

— Все документы по сделке с Мартыновым по поставке оборудования мне на стол! — не глядя на свою помощницу и не сбавляя шага, Свят влетел в кабинет отца и захлопнул за собой дверь.

Через пятнадцать минут перед Брином лежало несколько папок.

— Святослав Янович, основное мы вам отправляли еще три назад, а здесь — абсолютно все, включая платежки и даже счета по корпоративным картам.

Свят кивнул и взглядом велел оставить его одного.

Он смотрел на безликие черно-белые листы и не мог отделаться от ощущения, что именно здесь спрятался ключ к разгадке. Понятно же, что Дашу заставили, вынудили вернуться к Мартынову. Причин могло быть как минимум две. Те, что на поверхности — это долги ее матери, которой явно противопоказано заниматься бизнесом и работа отца Даши на Мартыновых. Достаточно было сильно надавить хотя бы на одну из этих мозолей и Даша могла дрогнуть. Но почему не пришла к нему?! Он бы решил все ее проблемы! Свят не находил ответа.

Он открыл первую папку, ее содержимое он знал почти наизусть и все же его не покидало ощущение, что он что-то пропустил, то, что спрятано на видном месте и что точно связано с ним...

В воскресенье Свят остался в душной, плавящейся под зноем столице, несмотря на все увещевания своей матери. Та настойчиво просила присоединиться к семье, обсудить предстоящее празднование юбилея отца и главное, малышка Лея соскучилась по старшему брату. Это был запрещенный прием, но Святу удалось настоять на своем.

Он не был готов видеть отца, который, наверняка знал о фиаско сына на личном фронте, не был готов смотреть в жалостливые глаза матери, ну а Лея… В нем было слишком много ненависти сейчас, чтобы даже дотрагиваться до малышки.

Даша молчала, Свят даже готов был нарушить свое давнее соглашение с Мякишевой и потребовать от Лизы всю правду. Но сумел угомонить своих демонов и скрупулезно продолжал работать. А утром в понедельник первый делом вызвал к себе начальника службы безопасности.

На три часа дня у Брина было назначено совещание, к которому было сложно подготовиться, но Свят надел на лицо маску отстраненной вежливости. Никто не должен был знать, что тех, кому компания Яна Брина обязана выгодной сделкой, его сын готов буквально разорвать на части.

Впрочем, все прошло намного спокойнее, чем предполагал Свят. И похоже, не он один нервничал. Егор Мартынов вообще не явился на встречу, не было и заявленного Дмитрия Ёлкина, отца Даши, который отвечал как раз за поставку оборудования. За все пришлось отдуваться старшему Мартынову, который время от времени бросал на младшего Брина испытующие взгляды, но стоило было Святу посмотреть на него, Максим Андреевич тут же опускал глаза.

Все вопросы были оговорены, на этой неделе ожидались поставки первой партии оборудования, Свят собирался лично присутствовать при разгрузке, в чем не было никакой необходимости.

— Ну тогда я тоже лично приеду, думал зама своего отправить, но раз такое дело…, — развел руками Мартынов, когда они остались одни. — Святослав, а на юбилей Яна Игоревича успеем?

— Не сомневаюсь, — одними губами улыбнулся Свят. — Но бизнес превыше всего.

— Конечно… конечно…, — кивнул Мартынов и как-то засуетился. Оставаться в кабинете больше не было причин, пора было прощаться, но он не уходил.

— Есть один момент… хотел бы… чтобы не было… недоразумений… может даже… обид, — он с трудом подбирал слова, Свят чуть ли не пальцами ощущал нервозность, которая окутала Мартынова, но помогать ему не спешил. — У Егора были… недоразумения… да… недоразумения с его невестой… но они так любят друг друга. Даша — девочка… ветреная немного…

Тут Свят не выдержал.

— Я понял Максим Андреевич, — оборвал он блеяния Мартынова. — Возможно, и правда имели место недоразумения. Мы с Дашей добрые приятели, ничего серьезного. Я поддержал ее, когда она рассталась с Егором. Рад, что у них все наладилось.

Секунда замешательства и лицо Мартынова заметно преобразилось.

— Ну и славно! Я так и думал! Уфф! Не нужно нам никаких… эта… в общем, я очень рад! И Алла моя… будет очень рада. Сами понимаете, дочь. Люблю ее.

Свят вежливо склонил голову, давая понять, что разговор окончен. Через три дня они снова встретились уже в другом городе, когда на завод Яна Брина пришло новое оборудование.

А еще через два дня Святослав Брин, держа под руку Аллу Мартынову, входил в банкетный зал в самом центре Москвы, чтобы отпраздновать юбилей своего отца.

Первыми, кого он увидел, зайдя внутрь, были Даша и Егор.