Глава 77

Ночь у Айварса выдалась беспокойной. Может, конечно, ему чудилось, но два раза за ночь за дверью раздавались шаги. А если учесть, что кроме как к его, вернее к их с ирли комнате больше эта лестница никуда не вела, то закрадывалось подозрение, что кто-то специально подходил к двери — то ли прислушивался, что за ней творится, то ли ещё зачем-то. Но ни разу никто в саму дверь не постучал и открыть не пытался. Впрочем, Айварс всё равно закрыл её на засов. Мало ли. Тем более, после предупреждения ведуньи о том, что на Орику готовятся покушения.

Придремнул он лишь на несколько часов. Проснулся от очередных «шагов» за дверью, и сон ушёл. Зато пришли мысли — как бы с Анией разорвать все нити, что их связывали. Одно хорошо, что заколка, что он лично для неё сделал — теперь у Ньорда. А что ещё надо сделать? По-хорошему, у ведуньи бы узнать.

Вот что их связывало? То, что он её искал очень долго? Ах, да, ещё то, что Ания была его невестой объявлена, вполне даже официально. Вот от этих слов, наверно, Айварсу придётся вслух отказаться. Да, некрасиво будет, но иначе он уже просто не мог. Орика — вот что стало главнее мести, главнее всех договорённостей, и даже главнее бывшей невесты — Ании, которую Айварс раньше любил до беспамятства. Но то было раньше.

Едва стало светать, Айварс снял запор с двери, и спустя несколько минут в неё постучали.

— Айварс, это Готфрид, — донеслось из-за прочного дверного полотна.

— Входи, — негромко отозвался ярл, но был уверен, что побратим его услышит. К счастью, Орика не проснулась, так что мужчины для разговора расположились у двери, хотя и со стороны комнаты. — Ты чего так рано? Тоже не спалось?

— Так после разговора с Хульдой, конечно не спалось! — громким шёпотом отозвался Готфрид. — Я ж за ней эту тяжёлую корзину таскал, пока она всех наших раненых обходила. А пока шли от дома к дому, она рассказала про Анию. Ты же помнишь, что говорили про тётку Ании? Ну, что ведьмой она была.

— Да, что-то такое помню. Но к чему это ты ведёшь? — нахмурился Айварс.

— К тому, что я расставил побольше охраны у главного дома и на ближних улицах. Предупредил, чтобы получше за гостями присматривали. За всеми гостями, — взялся рассказывать Готфрид, а сам на месте устоять не мог, всё переминался с ноги на ногу и рукав тёплой рубахи у края теребил. — И почти в одно и тоже время Анию видели в трёх разных местах. А я её ещё и в этом доме видел, хотя сам лично дверь с силой закрывал на ночь. Сам знаешь, что не каждый мужчина её откроет, если её так закрыть. Но Анию это не остановило. Когда заметил её, окликнул, но она тут же убежала, а дверь, что на улицу ведёт, нараспашку была.

— Хульда сказала мне, что надо с ней все связи разорвать и отправить с острова подальше. Но как разорвать то, чего нет? — задал вопрос Айварс.

— Это, брат, тебе только Хульда сказать может. Она скоро уже придёт. Мне велела с первыми лучами солнца уже тут быть, — на лице Готфрида не было и тени улыбки. — Только я не понял зачем.

— Она хотела с Орикой поговорить, а я как раз смогу все дела дорешать с Матсом и господином Фламаром, — принялся пояснять ярл, то и дело кидая на спящую жену полные любви взгляды. — А Орика побаивается Хульду. Вот она и сказала, чтобы ты с ними побыл, так нашей ирли легче будет. И мне будет спокойнее. А Орике так вообще теперь нельзя переживать.

— Да, натерпелась она уже, куда ей ещё? — по-своему понял слова побратима Готфрид. — Акке мне рассказал. Да и остальные парни не скрывают, как теперь уважают нашу ирли.

— А скоро ещё больше зауважают, — Айварс улыбнулся, чем ещё больше озадачил Готфрида. — И переживать ей нельзя, потому что в положении она. Поэтому ей вчера плохо стало.

— Так тебя можно поздравить, брат? — улыбка расцвела на губах Гофрида, и он звонко хлопнул побратима по плечу. Но почти тут же об этом пожалел, стоило только Айварсу скривиться от боли. Всё же пока ему такие проявления радости были нежелательны. — Прости.

— Пока не с чем поздравлять, — ответил Айварс, отмахнувшись, но по его довольной улыбке побратим понял, что он явно лукавил. — Хульда сказала, что я много кому мешаю…

— И тут она права, брат, — с полной серьёзностью ответил Готфрид, перебив слова ярла.

— А ещё она сказала, что убрать с пути меня хотят через Орику. Поэтому…

— Ты никуда не поплывёшь с Матсом, да? — очень быстро смекнул Готфрид. Как бы он ни прикидывался простаком и «глупым менестрелем», но голова у него работала отменно.

— Нет. Я не поплыву, — подтвердил Айварс. — Отправлю Акке.

— А почему не меня? —огорчение явственно прозвучало в голосе Гофрида. У меня язык лучше подвешен.

— Потому что только он сможет увезти с собой эту безумную, Анию, — раздался ответ от двери, в которую пыталась пройти Хульда. И если бы не стоящие возле неё мужчины, ей бы это удалось. А так — она лишь немного отворила её. — Сильна она, ох сильна. Только пользоваться силой умеет лишь самую малость. Самоучка, или недоучка. Только это нам и помогло этой ночью. Как ни запирала я дом, а ночью она ушла. Пришлось редкие травы жечь, чтобы колдовство на острове нашем не работало. Только вот заметилая, что в доме её нет, не сразу. Но вроде никому навредить она не успела.

— Хульда, расскажи, как разорвать с ней все связи. Я ж их не вижу, и не чувствую к ней ничего, как раньше, — уточнил Айварс, помогая ведунье устроится на лавочку у окна, куда и им с Готфридом пришлось вслед за ней переместиться.

— Обряд вам какой-нибудь проводили? — уточнила Хульда, прищурив глаза и рассматривая так ярла.

— Нет, только на словах перед всей деревней я попросил её руки в родителей и назвал своей невестой. Больше ничего не было, — перечислил Айварс и умолк, ожидая слов ведуньи.

— А подарок ей какой дарил? — Хульда протянула руку и, поманив ярла поближе, взяла его за кисть своими узловатыми пальцами и стала её ощупывать.

— Так я для неё заколку из дерева сделал. Красивую. Её и подарил, — вздохнул Айварс. — Только когда Анию в полон угнали, заколку ту отобрали. А потом она… в общем, я лично её в воды, к Ньорду забросил, чтобы Орика её не носила.

— Вот это хорошо, — скупо улыбнулась Хульда, отпуская руку ярла. — Такие вещи, сделанные для одного человека, куда вложена частичка чувств и души, другим людям не будет служить, а вредить — вполне могут. Лучше своей ирли сделай другой подарок-оберег. Ну а чтобы разорвать то, что вас с Анией связывало, перед лицом брата её и названного отца отрекись от своих слов. Но обязательно попроси прощения у неё и ответственных за неё мужчин. Даже если не простит, тебя уже с ней ничего связывать не будет. Это важно. Вслух отрёкся и прощения попросил. В таком порядке. Если будет просить что-нибудь в подарок, на память о тебе дать, откажи. Можешь сказать, что оставляешь прошлое в прошлом. Плакать если станет, не жалей. Пусть брат или названный отец жалеют, им её слёзы вреда не принесут. И ничего из её рук сам не бери, тем более еду или питьё. Иначе она тебя к себе привяжет.

— Понял, Хульда. Спасибо за советы, — ярл поклонился ведунье. — Пойду, пожалуй.

— Нет, сперва разбуди свою ирли, принеси ей еду, а потом пойдёшь, — выдала инструкцию Хульда, радуясь, что ей не перечат. Наконец-то и они с ярлом нашли общий язык. На очереди была ирли.