Глава 7

В низинах еще лежали островки мягко светящегося тумана, а из-за дальнего леса, расположенного на холме, разгоралось огромное пунцовое зарево восхода. Округа просыпалась, оглашая воздух разноголосым пением, бренчанием вёдер, идущих по воду женщин, стуком молотка кузнеца в местной кузне, ревом вечно голодной скотины.

Галина вышла во двор и поежилась. Стоило покинуть дом, как утренний неприятный холодок коснулся лица.

— Брр, холодно-то как, -передернула она плечами. — Как думаешь, бабушка, долго ждать старосту?

— Обычно выезжает с рассветом, значит должен скоро появиться. Словно услышав слова женщины, послышался стук копыт и к калитке, скрипя, подъехала телега, наполовину заваленная кулями и бочкой.

— Доброго утречка, хозяюшки. Галина, обоз ждет на основной дороге, поэтому по шустрому складывай свой товар.

— Доброе утро, Постар. Мы уже готовы, надо лишь перенести корзинки в телегу.

На пороге стояли четыре большие корзины.

Староста, спрыгнув, схватил две корзины, и аккуратно сложил на пустующее место, затем еще две. «Ничего себе, силище, мы вдвоем тащили одну корзинку, запыхались, а Постару хоть бы что!» -подумала Галина с восхищением смотря на мужчину.

— Держи продукты, нечего по харчевням мотаться, кто знает, из чего у них еда приготовлена, -ворча, Флора всунула большой узелок с продуктами в руки поварихи. — Езжайте, пусть Святая Мать защитит вас.

— Запрыгивай на свободное место и поехали, -скомандовал староста.

Ехали они около часа. Солнце было уже высоко и начало ощутимо пригревать, когда показались белые стены города, плавно огибающие воды реки, на котором виднелись мелкие судёнышки и рыбацкие лодки.

Увидев, как Галина с любопытством рассматривает все то, что встречается на пути, он усмехнулся.

— Да, пришлая, не знаю как у вас, но в нашем мире вот такая красота повсеместно.

— На Земле тоже встречаются места, которые по красоте не только уступают вашей, но и в чем-то даже превосходят.

Постар расхохотался. От его громкого искреннего смеха, она сама улыбнулась.

— Я могу тебя понять, ты выросла в другом мире, но и Залнар тебе не чужой, тем более, ты уже стала прорастать корнями к этому миру, -успокоившись проговорил он.

Мужчины, ехавшие за ними на четырёх телегах, недоуменно поглядывали на пару, пытаясь понять, отчего настроение старосты на высоте.

— С чего ты взял, что я уже прорастаю корнями? Я на себе этого не ощущаю, -нахмурив брови, поинтересовалась женщина.

— Раз задаешь вопрос, то здесь лишь один ответ: душой ты приняла, а вот мыслями -еще нет. А то, что ты в своем мире, можно судить по увеличению уровня твоей магии. Мана -она такая, не у всех пришлых приживается, да еще и увеличивается.

— А ты знал еще пришлых?

— Знал по долгу службы, но об этом не хочу сейчас говорить, -нахмурился мужчина.

Так незаметно они переехали через каменный мост, перекинутый через реку, и подъехали к большим городским воротам, на которых стояли каменные башни-вежи. На каждой из них находился стражник, зорко оглядывающий пространство перед воротами.

Заметив мой взгляд, Постар пояснил, что часто бывают ссоры и даже драки между купцами. Каждому хочется первым въехать в город и занять лучшие места. Стражники на вышках, видя это, посылают своих людей, чтобы прекратить потасовку. Кто лезет напролом наперекор стражникам, попадает внутрь башни, где для таких неугомонных есть камеры.

Наконец, очередь дошла и до них. Широкая дорога вела прямиком на ярмарку, которая находилась от ворот на небольшом расстоянии. Толпа народа, обозы, одиночные телеги двигались все в одну сторону, сторону ярмарки.

Питинская ярмарка была известна в округе своими бесконечными торговыми рядами, где продавались товары со всего света, где продавали свежие и засахаренные фрукты, овощи, рожь, пшеницу– всё, что производила обильная земля этого города и окрестностей. Сюда с ближайших деревень приезжали крестьяне со всей округи и ближайших городов, и соседствовали с палатками иноземных купцов, побывавших в далёких городах других княжеств и даже на материке, где живут маги.

Место, о котором говорил староста, находилось напротив магической лавки и занимало около пяти метров торгового ряда, где в основном продавались продукты питания.

— Тебе столько хватит? -поинтересовался староста, оставляя для Галины около метра пустого места.

— Да, спасибо тебе, Постар, за помощь, -поблагодарила она мужчину.

— Ты вначале товар свой продай, затем благодарить будешь, -улыбнулся он.

Галина расстелила чистое полотенце и выложила с одной стороны профитроли с разными начинками по ряду, в середине положила корзиночек с белковым заварным кремом, а с другой стороны -нарезанные маленькими кусочками шарлотку.

Люди подходили, приценивались и уходили, за утро ей удалось продать всего две профитроли и одну корзинку. Галина начала нервничать.

— Может цены снизить и не брать серебряный, а снизить до половины суммы? -поинтересовалась женщина у старосты

— Лакомство для людей незнакомое, заморское, в нашем случае иномирное, поэтому еще сторонятся. Не переживай, к концу дня купят. С самого утра приходят те, кому что-то конкретно нужно, и деньги отложены именно на этот продукт или вещь, а вот когда уже не надо думать об этом, идут смотреть что-то для себя и купить сладости ребятне.

Так и стояла она в ожидании, когда народ схлынет и, завершив свои серьезные покупки, обратит на нее внимание.

— Красавица, а я обыскался тебя, -услышала она знакомый голос и подняла голову.

Перед ней стоял темноволосый незнакомец с зелеными глазами. Галина улыбнулась, она действительно была рада еще раз увидеть Криспана.

— Добрый день! Вижу, понравилась вам моя выпечка. Попробуйте новшества.

— Ваше… -начал говорить рядом стоявший мужчина, но не успел продолжить, как злой взгляд Криспана остановил его.

— Не надо ничего говорить -спокойным, но холодным словно лед голосом произнес он. — Я знаком с этой девушкой и угощался её вкусностями.

Мужчина смутился и сделал на шаг в сторону, чтобы не мешать хозяину охмурять девицу, как он считал.

Криспан оглядел всё, что продавала Галина.

— Это я пробовал, а вот это еще нет.

Он взял корзинку в одну руку, затем профитроль в другую и тут же закинул пирожное в рот, замерев от удовольствия. Особый аромат сладкой выпечки заставил его причмокнуть от удовольствия губами, отчего Галина улыбнулась и, чтобы не смущать покупателя, опустила голову.

— Красавица, вас как зовут? Мы в прошлый раз так и не познакомились!

— Галина, -смутившись, ответила женщина.

«Да что же это такое? Я в молодости столько не краснела, сколько сейчас перед этим незнакомцем», -костерила себя повариха.

— У вас это весь товар или есть еще?

— Три корзинки полные, в дополнение к этим, -ответила она, удивляясь его заинтересованности.

— А сколько вы хотели сегодня заработать на сладостях?

— Три золотых! -совсем растерялась женщина.

— Беру все! Хабрей, забирай вместе с корзинками и выплати Галине пять золотых.

— Ваше… ээээ, господин, но это слишком дорого за такой товар, -попробовал вставить свое слово слуга.

— Хабрей, я знаю, что делаю. Твой господин давно вышел из того возраста, чтобы мне указывали что делать, а что нет.

И вновь тот же холодный голос и взгляд.

— Я понял вас, господин, больше такое не повторится.

Галина помогла аккуратно сложить обратно в корзину сладости и отдала мужчине. Хабрей выложил на прилавок золотые монеты и, зло зыркнув на нее глазами, встал в отдалении.

— Спасибо, красавица, скоро непременно встретимся.

Постар все это время стоял за её спиной и не промолвил ни слова, пока покупатели не скрылись из виду.

— Вот что тебе скажу, Галина. Не нравится мне такое пристальное внимание к твоей особе.

— Ты сейчас о чем, Постар?

— Видно, что этот мужчина положил на тебя глаз, да и как не заметить такую красоту, но дело не в этом…. Сами князья и княжеские сынки чувствуют чужую магию, так как сами ими являются.

— Почему же они не на Магиконе, раз являются магами? -удивилась Галя.

— Князья и княжичи на особом положении в этом мире. Обучаются они по молодости в академии магии, что находится на острове, учатся владеть своим даром. Благодаря своему высокому положению, могут завести себе любовницу. Почему любовницу, а не жену? Потому, что женятся они только на тех девицах, которые им близки по статусу или же привозят жену с Магикона. Опять же будущая жена должна иметь статус дворянки.

— Думаешь, он ко мне клинья подбивает?

— Не понял, что подбивает?

— Я хотела сказать: пытается ухаживать?

— Похоже на то. Ты обратила внимание на оговорку слуги, когда он стал обращаться: «Ваше…»? Явно следует за ним слово «сиятельство», а это обращение только к дворянам. Мой тебе совет, Галина, держись от него подальше.

— Спасибо, Постар, за предупреждение. Пойду, пройдусь по ярмарке, надо кое-что прикупить из одежды себе и дочери.

Галина оставила себе две монетки, остальные отдала старосте, чтобы не потерять и, не дай Святая мать, оказаться жертвой воришек, и отправилась гулять по рынку. После разговора со старостой на душе было паршиво, гадко и чертовски муторно.