Глава 24
Если звездец начался, то ударной волной шарахнет по всем фронтам, да так, что мало не покажется.
Уже через пять минут все в этой тошниловке знали про то, что я забился на тёлку. И знали, на какую конкретно. Воздух скручивался от напряжения в тугую звенящую спираль. Я не сводил с мелкой глаз, как и каждый кобель в этом прокуренном зале. Стоило ей только подойти к столику, как все разговоры стихали и слышались смешки. Она постоянно оглядывалась, её губы шевелились явно не от ласковых эпитетов, но что самое поганое, она словно чувствовала, что вся эта херня из-за меня, так как время от времени простреливала яростным взглядом пространство между нами.
И всё бы ничего, но через какое-то время я увидел, что и девчонки стали сбиваться в кучки, хихикая, поглядывая то на неё, то на меня, явно начиная разгонять свой тотализатор. Последней грёбаной вишней на торте стал Факир, вернувшийся с довольной рожей из подсобки, поправляя рукой яйца.
- Слышал, что ты на новенькую забился? - доставая из пачки сигарету, он прикурил и, прищурившись, окинул меня внимательным взглядом.
- Вот мне интересно, Фарирыч, - раздражение пёрло из всех щелей. Мало того, что я в дерьмо вляпался, так ещё и стал героем этого вечера. - Ты об этом узнал, нализывая дырку Рокс?
Ох, зря я так, но тут уж хер ли делать.
- Не передёргивай, кэп! - рявкнул старлей, подаваясь вперёд. - Не я лез в бутылку! Рокс сказала, тронешь тёлку, раскатает тебя и яйца прибьёт над дверью для зоны поцелуев.
Охереть. Картина маслом.
- Ну-ну. Как, бля, у вас тут всё получается: тёлку трахнуть не поторговавшись? - ухмыльнулся я. - Между прочим, это твоих рук дело. Не хер было вчера концертировать в подъезде.
Факир вздёрнул бровь и вытянул голову, выискивая мелкую заразу глазами.
- Ой, бля! - надтреснутый смех резанул по ушам. - То-то я думал, мордаха знакомая. Ну так тебе и карты в руки. Задача-то совсем плёвая, где сыкуха живет, знаешь, подкат, пыль в глаза, обещание вечной любви и в десятку. Потом поделишься, как надоест?
Злость накрыла мгновенно, я даже не понял, с какого? А шибануло знатно и не по-детски.
- Рокс в курсе, что ты ещё на сторону поглядываешь?
Старлей откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, медленно изучая меня взглядом.
- Смотрю, стух ты, Соболь. Не знал бы тебя как облупленного, чего бы и подумал, а так… Тц! - цыкнул он, скривив губы. - Поплыл, как пацан. Может, ещё женишься?
- Да хер тебе. - Обернувшись, нашёл её глазами.
Она стояла около стойки и что-то смотрела в телефоне, наморщив лоб и поджав губы, потом вздрогнула и подняла голову. Твою мать! В огромных глазах стояли слёзы. Обернувшись, она что-то крикнула Рокс и свинтила в подсобку, где был служебный сортир.
- Я сейчас.
Внутри всё сжалось, хотя, ну вот кто она для меня? Просто малявка, которая именно в эту минуту занозой лезла под шкуру, выпуская свой яд прямо в кровь. И хотелось сделать с ней всё и сразу, самое грязное, пошлое, а потом целовать её опухшие губы, вдыхая запах, в котором уже не было её, в котором уже был я.
Я чувствовал каждый, сука, взгляд, направленный в спину. Каждый смешок слышал и бесился, но шёл к ней, ощущая эту удавку на шее.
- Рокс, - обернувшись, поймал ехидно-предупреждающий взгляд пассии Факира. - Я пройду? - мотнув головой в сторону двери за стойкой, поднял её, даже не дожидаясь ответа.
- Соболь! - низкий грудной голос, в котором звучали нотки уже ни хера не про любовь и дружбу. - Херни не наделай! Оставь девочку!
- Может, я сам разберусь, Рокс? - зло бросил я.
- Давай-давай, но я тебя предупредила! - В спину прилетел фак с локтя, но уже тупо по барабану.
Дверь в подсобку была не заперта. Я влетел внутрь, и меня проглотил полумрак. Длинный узкий коридор, заваленный коробками от пива и пустыми ящиками. Воздух пах сыростью, моющим средством и прогорклым жиром. Где-то впереди, у дальней стены, под трещащей лампочкой, почти дохлой, светившей жёлтым тусклым светом, стояла она.
Стояла ко мне спиной, плечи её мелко тряслись. Тихие подавленные всхлипы, перемежаемые совсем не сахарными ругательствами и удары кулаком в стену.
- Ненавижу! - шипела она сквозь зубы. - Ненавижу тебя!
Она даже не заметила, как я подошёл и встал за её спиной. Моя рука легла на облупившуюся, потрескавшуюся стену рядом с её головой. Она резко замерла. Воздух с шумом вылетел из её груди.
- Киса-а. - шепнул, наклоняясь к её уху.
Охереть! Она развернулась мгновенно. Да я даже не понял, как это у неё получилось, и времени думать не было. В морду лица прилетел достаточно увесистый хук. Губа лопнула, и запах металла шарахнул в нос.
- Тебя кто сюда звал? - процедила она, пытаясь обойти меня, отталкивая рукой. - Вот есть же люди, хоть ссы в глаза, а они всё: «Божья роса»! Свалил на хрен отсюда!
Коротнуло. Резко, жёстко, до отключки.
- А ну, цаца, иди сюда!
Дёрнув её на себя, прижал к стене, наваливаясь всей массой тела, расплющивая заразу, как бабочку.
- Отвали! - подняв голову, она смотрела на меня своими глазищами, в которых плескалась ненависть.
Жалеть? Её? Да ну на! Это всё равно, что пытаться приручить чёрную мамбу, один хер ужалит.
- Отвали? - Прошипел я, обхватывая её лицо ладонями. - Ещё раз повтори это, маленькая дрянь, и я тебе…
- От-ва-ли! - процедила она по слогам, ухмыляясь. - На выход, парниша! Если я через пять минут не вдохну твою пыль, распрощаешься с яйцами. Всё понятно?
Я даже в сеть включиться не успел, как маленькая ладошка легла на мой пах, на минуточку сжимая эти самые яйца.
Напряжённая тишина, в которой мы замерли вдвоём. Глаза в глаза. Даже дыхание одно на двоих, я чувствовал её сладкий запах: корица, лимон и мята. Сладкая, вкусная, дикая. От этого комбо предохранители перегорали один за другим. И было уже предельно ясно, что даже если бы не этот спор, я всё равно встал бы в стойку. Она мой грех, мой приз, который никуда от меня не уйдёт.
- Только дёрнись. - Прошипел, упираясь лбом в потный висок, вдыхая этот аромат, и пряный, и острый, чувствуя, как конец становится каменным. Она даже не въезжала в то, что её пальчики поглаживали его, заставляя увеличиваться ещё больше. - Одно движение, и тебе пиздец.
- Да ты что? - выдохнула она мне в шею. - А мне кажется, что пиздец сейчас будет кому-то другому.
А вот движение её коленки, в отличие от прилетевшего кулака, считал сразу. Один раз, киса, я уже с тобой просчитался, второго шанса я не даю никому. Реакция на уровне инстинкта, она только вскрикнуть и успела, когда уже повисла на мне, обхватывая меня ногами, цепляясь руками за шею. Только одного я не рассчитал, конкретно того, куда уткнётся мой член в этот момент. Рука, упирающаяся в стену, сжалась в кулак, в башку бомбило желание, в животе волной пульсировала боль от эрекции, а она, да твою-то мать, тихо постанывая, ёрзала на мне, разгоняя это долбаное желание огнём по всему телу.
- Кукла, я тебя предупреждал? - выдохнул я, подхватывая её ладонью под попку, прижимая к себе ещё сильнее. - Предупреждал. Говорил, не делай херни? Говорил. Сказал, что пиздец будет?
Она всхлипнула, утыкаясь носом мне в шею.
- Сказал. Так что, прости, сладкая, но дядя Дан сейчас будет трахаться. И трахаться будет… Твою мать!
Боль от шеи в голову звезданула так, что я стал хватать ртом воздух, ослабляя хватку, выпуская её из рук, хватаясь ладонью за шею, понимая, что все пальцы в кровище.
Девчонка выскользнула из рук и, вытирая красные, измазанные моей кровью губы, рванула по коридору к выходу.
- Пусть дядя Дан трахает себя! - Крикнула она, дёргая на себя дверь.
- Сука! - кулак состыковался со стеной. Куски известки с тихим шлепком осыпались на пол.
Развернувшись, сполз по каким-то коробкам вниз и, запрокинув башку, закрыл глаза. Выудив пальцами пачку, зубами вытянул сигарету и затянулся. Да… Маленькая дрянь уделала меня знатно. Кто бы сказал, не поверил, что вот так, за пять минут из меня долбоящера сделает. Шея ныла. Проведя ладонью, приоткрыл глаза, поднося руку к лицу.
- Зараза. - Сплюнув, вытер липкую от крови ладонь о штаны и выдохнул в потолок облако сигаретного дыма.
- Товааарищ капитан! - сквозь зубы прошипел я. - Ну всё, дрянь, ты встрала жёстко. Неделя? Хер тебе, а не неделя. Вы*бу и выкину. Маленькая с*чка. Глянув на часы, усмехнулся. Время к утру, скоро все расползутся по своим норам, как тараканы, и малявка тоже лыжи домой намылит. Сюда припёр её я, а значит, есть вариант оттарабанить эту козу обратно. Она, в конце концов, меня не узнала, так что, чем чёрт не шутит. Главное, легенду выдать ей такую, чтобы поверила. Я уже понял, что легко не будет. Она, как минное поле, взрывалась в секунду, разнося моё терпение на составляющие. Только теперь я уже буду готов.
Резко поднявшись, ухмыльнулся. План чётким тетрисом укладывался в башке левел за левелом.
- Ну что, киса, поиграем? - кривая улыбка разрезала лицо. - Значит, дядя Дан пусть трахает себя. Детка, ты даже не знаешь, что теперь сделает дядя Дан.
Охота уже началась. И то, что она о ней не знает, даже лучше. Потому что во всей этой байде главное то, что я уже начал игру.
- Факир. - Я стоял на улице, облокотившись на стену здания.
Небо заволокло тучами. Уже начинало светать. Выход из кабака был как на ладони. Я видел каждого, кто выходил. Уже все почти рассосались. Внутри оставались только хозяйка, официантки и Факир, который, как я понял, планировал вообще тут зависнуть до отправки.
- Соболь, свалил в туман? Сдулся? - хохотнул он.
- С чего ты взял? Выйти можешь?
- На кой?
- Ключи от хаты своей дать. Насколько я понял, они тебе без надобности.
- Допууустим. - потянул старлей. - А тебе они на кой? Партизанскую войну начинаешь, разведка?
- Кого торкает, как я тёлку в койку затащу? Стратегия не обсуждалась? Нет. Так что, все на хер! Живо поднял свою задницу из окопа, вышел через чёрный ход и скинул ключи.
Его наглая рожа вырулила из бара только минут через десять.
- Ну держи, стратег! - хмыкнул, доставая ключи. - Рокс сказала…
- По хрен! - даже не глядя на него, рявкнул я, подхватывая связку, цепляя краем глаза движение у дверей кабака.
Маленькая фигурка выскользнула на улицу и встала у самой дороги, пиная ногой, обутой в тяжёлый армейский ботинок, пустую банку из-под пива.
- Я тебя предупредил. - Тянул своё Факир.
- Твою мать! - метнув в него взгляд, снял с руля шлем. - Тёлка из бара вышла? Вышла. Всё. Какие проблемы? Нету проблем! Так что, вольно, товарищ старший лейтенант. Давай! Увидимся!
Развернувшись на повороте, вырулил обратно к бару. Старлей всё ещё стоял на углу и курил, оглядывая улицу. Махнув ему рукой, подъехал к малявке.
Она так и стояла, кутаясь в куртейку, уткнулась в телефон, что-то бурча себе под нос, маленькая, как воробушек. Но я уже чётко знал, как это впечатление обманчиво. Шея ныла до сих пор. Девчонка была кем угодно, но не воробушком, ни в одном месте. Когда я остановился рядом, она подняла глаза и уставилась на меня, не мигая.
- Прыгай, блоха. - Кивнув головой за спину, протянул руку, уже ожидая её коронную фразу, повторяя за ней:
- Товааарищ капитан!