Глава 22

Отправиться в понедельник утром в «Примадонну» оказалось для Джеммы большим облегчением. Все выходные она провела в смятении, заботы и тревоги придавливали ее к земле. Бенджамин бодрости духа тоже не способствовал, расхаживая по дому, словно насаженный задницей на длинную палку. А Лукас, наверняка реагируя на напряженность в отношениях между родителями, был капризным и плаксивым. Вдобавок в воскресенье утром он умял львиную долю своей добычи на Хэллоуин, в результате чего его вырвало, и он весь день был дерганым. «И почему только люди не раздают на Хэллоуин более полезные угощения? – подумалось Джемме. – Например, шинкованную морковь или капусту…»

Теперь можно было наконец отвлечься – хотя бы на несколько часов.

До первой записи оставалось еще двадцать минут, и она использовала это время, чтобы заняться своими собственными ногтями. В художественном плане тут ничто Джемму не сдерживало, в отличие от ее клиенток, да и не было нужды ограничиваться тем, что будет прилично смотреться неделями. Можно было дать волю фантазии и выпустить пар. Вскоре на девяти ее ногтях красовались сердитые завитки красного и черного цветов. Десятый – ноготь безымянного пальца левой руки – был раскрашен в цвета восходящего солнца, с единственной крошечной белой птичкой, парящей над горизонтом. Каждый ноготь она сделала длинней и острей обычного. Похожим на коготь.

Сейчас Джемма сидела со своей первой клиенткой за день. Вооружившись крошечной кисточкой, осторожно прикасалась ее кончиком к ногтю Далии.

– Классно выглядит, – заметила та. Далия была постоянной клиенткой Джеммы в течение последних двух лет. – Что это будет?

– Вишневое дерево в цвету, – пробормотала Джемма. Когда она рисовала, беспорядочный вихрь мыслей у нее в голове заметно стихал. Все вокруг словно тускнело, и только крошечные цветочки на среднем ногте Далии имели значение.

– Ты такое же на всех ногтях сделаешь?

– Нет. Я не хочу, чтобы этого было слишком много. Я думаю, что на каждой руке будет по два таких ногтя, а остальные – нежно-розовые.

– А по-моему, будет красивей, если ты украсишь такими цветочками все ногти.

– Нет, не будет, – возразила Джемма. Она достаточно давно знала Далию, чтобы заморачиваться всеми этими заклинаниями «клиент всегда прав». Да и Далия достаточно давно ее знала, чтобы доверять ее суждениям. Это было приятное ощущение и само по себе. Одна из многочисленных небольших связей, которые Джемма завязала в своей работе.

– Ты ходила куда-нибудь на Хэллоуин? В гости, на какие-то мероприятия? – спросила Далия. У нее была забавная привычка растягивать слова, когда она говорила, поэтому «гости» в ее устах прозвучало как «гооости».

– Я не очень-то люблю Хэллоуин, – призналась Джемма. Закончив с первым ногтем, она с удовлетворением осмотрела его. Да, все получилось. – Ладно, теперь давайте безымянный палец. А потом сделаем еще два на другой руке.

– Я тоже, – призналась Далия. – Как-то раз, когда я была помоложе, у меня был просто ужасный опыт с домом с привидениями.

«Дооомом с привидееениями» – вот что она фактически произнесла.

– И что с вами произошло? – спросила Джемма.

– Я пошла туда со своим парнем и забыла пописать, прежде чем мы вошли.

– О нет!

– Да. Я хочу сказать, что тот момент мне это просто не пришло в голову. Короче говоря, тут на нас выскакивает этот зомби… Не настоящий зомби, понятное дело.

– Надеюсь, что нет. – Джемма проверила запасы белого гель-лака для ногтей. Похоже, что на все остальные цветочки хватит. Она обмакнула в него кисточку.

– Ну да, просто какой-то парень с разрисованной физиономией. Но так внезапно, что застает нас совершенно врасплох. Я тут же описалась, а мой парень врезал этому зомби по носу.

– Какой кошмар!

– Короче, тут же включают свет, и все работники этого дома с привидениями спешат на помощь этому парню, так что я вся окружена скелетами, ведьмами и троллями, а этот парень-зомби лежит на полу, зажимая нос, а мой парень орет на них, и штанина у меня вся мокрая от мочи.

– И вправду довольно травматический опыт… И теперь вы не празднуете Хэллоуин?

– Праздную. Хожу на вечеринки, по гостям и так далее. Но всегда стараюсь заранее попииисать.

Опять зазвонил телефон салона. Все утро он вообще трезвонил не переставая, словно с цепи сорвавшись.

– «Примадонна», – ответила Тельма. – Да, совершенно верно… Мне жаль это слышать. Не могли бы вы рассказать мне, что произошло?

– Может, на одной из веток изобразить птичку? – предложила Далия.

– Посмотрим, – отозвалась Джемма.

– И когда это было? – резким, раздраженным тоном спрашивала Тельма по телефону. – Так-так-так… А как вас зовут? Алло?

– Что все это значило? – поинтересовалась Барбара, когда Тельма положила трубку.

– Просто одна клиентка недовольна подводкой для глаз, которую здесь купила. Джемма, можно тебя на минутку?

Та удивленно подняла брови.

– Конечно, как только закончу с Далией.

– Это займет всего минуту. Простите, Далия.

– Без проблем, – отозвалась та.

Тельма никогда не прерывала Джемму или Барбару во время работы. Перехватив взгляд Джеммы, Барбара одними губами спросила:

– Что вообще происходит?

Джемма пожала плечами, уже чувствуя, как воскресные волнения и тревоги понемногу прокрадываются обратно в голову. Не получила ли Тельма электронное письмо, в котором говорится, что она должна передать Джемме какое-то сообщение? Не назовет ли она ее Теодорой, не заведет ли разговор об убийстве и крови? Джемма последовала за Тельмой в подсобку.

– Это уже четвертая клиентка, который позвонила и пожаловалась на тебя за это утро, – объявила Тельма, как только Джемма закрыла дверь.

– На меня? И что она сказала?

– Сказала, что ты была агрессивно настроена, когда делала ей маникюр. Что едва не ткнула ее пилочкой для ногтей. И другие клиентки тоже говорили об агрессивном и разнузданном поведении. Одна из них сказала, что очень давно тебя знает и что мне следует подумать о том, кого я нанимаю.

Джемму замутило.

– Послушай, Тельма…

Та подняла палец, и ее проницательные зеленые глаза нацелились на Джемму.

– Есть и письменные отзывы, от других клиентов, в которых говорится о том же самом. В том числе в соцсетях. Кто-то отметил салон в «Инстаграме» и написал, что у нас здесь работает преступница.

– Меня преследуют, – сказала Джемма, чувствуя панику. – Есть один…

– Мужик, – закончила за нее Тельма.

Джемма заморгала.

– Откуда ты знаешь?

– Посты в соцсетях были явно написаны человеком, который в жизни не бывал в салоне красоты. Фальшивые профили фальшивых женщин. И ни одна из звонивших не назвала мне своего имени. Причем не похоже, чтобы они были рассержены. По-моему, скорее чем-то испуганы. – Тельма скрестила руки на груди. – Так кто это такой?

– Я не знаю. Кто-то, кто ненавидит меня.

– Кто-то из твоих бывших? – предположила Тельма.

Джемма покачала головой.

– Нет. Я так не думаю. Это что-то другое.

– Он поднял довольно серьезную шумиху в интернете. Мне пришлось потратить немало времени, чтобы потушить этот пожар.

– И что… что ты теперь собираешься делать? – спросила Джемма с часто колотящимся сердцем.

– Это вредит бизнесу, Джемма.

В горле у той образовался комок.

– Ты меня увольняешь?

Тельма нахмурилась.

– Нет, конечно же. Но с ним нужно разобраться. Тебе нужна сторонняя помощь.

– Я не могу сообщить в полицию, они…

Тельма фыркнула.

– Я говорю не про полицию. Копы? Ба… Когда это их волновало, что кто-то терроризирует женщину? Они появляются, только когда нас увозят в морг. Но я могу свести тебя с кое-какими серьезными людьми, которым можно довериться. Ты дашь им имя и адрес, и проблема исчезнет сама собой.

Джемма уставилась на Тельму. Кто же на самом деле эта страшная и в то же время замечательная женщина?

– Я… У меня нет ни имени, ни адреса. У меня вообще ничего нет.

– Такие типы не отцепляются сами по себе, – сказала Тельма.

– Я… я знаю.

Тельма удовлетворенно кивнула.

– Вот и хорошо. Возьми на завтра выходной и спокойно во всем этом разберись. Узнай его имя и адрес. Я позабочусь об остальном.

Джемма вернулась к Далии, чувствуя себя совершенно ошеломленной. Как оказалось, нигде нельзя было чувствовать себя в безопасности. Ни дома, ни на работе. Длинные грязные пальцы этого типа дотягивались до нее везде, где бы она ни оказалась. И Тельма была права. Он не сольется с ее горизонта сам по себе.

Когда Джемма кое-как закончила с Далией, остальные вишни в цвету выглядели далеко не столь эффектно, как первые. Остаток дня превратился в сплошной кошмар. Следующий удар мог быть нанесен откуда угодно. Какая-то новая клиентка, взгляд которой вроде задержался на Джемме всего на секунду дольше, чем требовалось… Парень в темных очках, который перед входом в салон что-то проверял в своем телефоне… Курьер службы доставки, который хотел, чтобы Джемма расписалась в получении нескольких коробок, а затем добавил: «И еще за одну» таком тоном, в котором ей почудилось злорадство… В каждом таком случае у нее перехватывало дыхание, кружилась голова и напрягалось все тело.

Этому типу даже не нужно было что-то делать. Джемма все делала сама. По мере того, как день близился к концу, она все больше чувствовала себя издергавшейся развалиной.

Ей требовалось, чтобы ее кто-нибудь утешил. Она просто не переживет еще один вечер, если Бенджамин будет вести себя все так же отстраненно. Джемма вытащила свой телефон, собираясь отправить ему сообщение – попросить его сегодня прийти домой пораньше, поскольку ей нужно с ним поговорить. И застыла, едва глянув на экран. На ее телефон пришло тридцать семь новых уведомлений.

В тот момент Джемма была почти уверена, что это нечто вроде того, что она получила в пятницу, – сообщения с неизвестных номеров, напоминающие ей о прошлом. Но нет, на самом деле это оказались просто уведомления из родительской группы. Открыв чат и просмотрев последние посты, она нахмурилась.

Поначалу речь шла о подменной воспитательнице – с вопросом, куда же девалась Пола. Джемма и понятия не имела, что ту кто-то подменял, – отвозил Лукаса в садик Бенджамин. Затем одна из матерей написала, что слышала, будто Полу уволили, после чего последовали несколько возмущенных комментариев касательно непристойных фото Полы, полученных некоторыми родителями по электронке. Это, писали они, не тот человек, которого они хотели бы видеть обучающим их детей. Какой-то папаша с потугами на юмор посетовал, что никаких голых фоток не получал, вызвав еще один взрыв материнского возмущения.

Джемма положила телефон, вдруг почувствовав себя совершенно разбитой.

Пола сказала ей, что если шантажист узнает про их разговор, то разоблачит ее. Разошлет всем ее снимки.

И, похоже, каким-то образом он все-таки узнал.