Глава 46

Соскочили с лавки и ринулись в покои, куда определили женщину. Выбитая Максом дверь была уже отремонтирована и находилась на своем месте, проход в дом больше не зиял пустотой.

Дядька колол дрова, косо глянув на нас, весь его вид выражал: –«Мало ли что еще сломать можем».

Аксинья лежала на кровати с очередным приступом.

- Машенька, быстро, настойку принеси, она в лекарской стоит.

- Я знаю, сестричка! - прокричал мой Одуванчик, выскакивая.

- Василиса, держи голову, Анна- принесите ложку. -Сыпала я указаниями.

«Убьет ее этот заговор, придумывать что-то нужно!» - горела в сознании красная тревожная кнопка, заставляя перебирать варианты и быстрее искать выход, который никак не находился.

Во дворе стоял стрекот, сороки о чем-то спорили. Но прислушиваться не было сил и времени -потом.

Как только заветный бутылек оказался в моих руках, запрокинула голову женщине и осторожно, по капле, начала вливать жидкость, контролируя процесс.

- Она умрет? - Прорвался, полный отчаянья, любимый голосок сквозь гул, стоящий в голове. - Как мамка с папкой? Егорка один останется? Как я? - Нет, все будет хорошо! - Ласково погладив по голове, на мгновение оторвавшись от больной и крепко прижав к сердцу,проговорила, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. - Ты же у меня не одна! Я есть. Никому тебя не отдам! Просто Аксинье нужно немного отдохнуть, а потом мы с тобой придумаем, как ее для сына спасти, согласна?

-Да! - голосок дрожал от еле сдерживаемых слез.

Грохот снаружи дома - заставил вздрогнуть. Судя по звукам, доносившимся с улицы, там творилось что-то невообразимое. Но не могли мы покинуть покои женские, контролировали каждое движение Аксиньи страхуя.

Снова тарарам, только в доме, следом разъяренный мужской возглас: - Да когда же это кончится!Сколько раз мне ее на место ставить?

Тяжелый топот ног и на пороге стоит взлохмаченный, весь в пыли Димитрий: - Где она? Жива? - Зарычал, за один гигантский шаг, преодолевая пространство докровати, на которой лежала Аксинья. Упал на колени, прижимаясь щекой к тонким женским пальцам.

Я внимательно наблюдала за своим официальным женихом, который настолько был погружен в отчаянье, что даже нас не заметил, сконцентрировавшись на распластанной на кровати женщине.

- Жива. –Осторожно встав рядом, положив и легонько сжав могучее плечо рукой, поддерживая, прошептала: - Не переживайтак.

Все молчали, наблюдая за взъерошенным мужчиной, еле контролировавшем свои эмоции. Поведение витязя наводило на определенные мысли, которые пока я не собиралась озвучивать.

Аксинья, до этого бившаяся в конвульсиях, затихла, едва Митрий взял ее за руку и положил широкую ладонь на ее горячий лоб.

- Кхм! - Неожиданно раздалось за нашими спинами, и, синхронно вздрогнув, мыразвернулись к источнику звука. – Здрасти! - Произнес мужичок, до этого коловший дрова и крепивший обратно вырванную с мясом дверь. - Я это, спросить хочу. У вас традиция такая - вход в дом не загораживатьили, оно само собой получается? Если это всегда так, то я побольшегвоздей принесу, да инструмент забирать не буду, чтобы напрасно туда-сюда его не носить.

Проговорил и сжался, тревожно переводя взгляд с одного на другого.

Я нахмурилась, не понимая, о чем говорит мужичок, и вопросительно посмотрелана розовощекую Анну, смущенно рассматривающую свои руки и не заметившую моих многозначительных взглядов.

- Тетушка? О чем речь?

Она пожала плечами и, направившись к выходу, позвала меня за собой: - Давайпосмотрим, о чем говорит Илья.

«Та-ак, теперь знаю, как зовут поклонника Анны» - пронеслось в голове, пока шла следом.

Открывшееся зрелище потрясало размером катастрофы. Дверь в сени валялась во дворе, вырванная с мясом, в дом - посреди гостиной. Вот это я понимаю, как некоторые стремились узнать последние новости!

- Такими темпами мне тут жить придется. - Хохотнул Илья,протянув руку, показывая масштабы военных действий, и выразительновзглянул на Анну.

«Прямо брачное агентство какое-то, а не лекарский домик. Может подрабатывать начать?» - сверкнула озорная мысль.

Едва сдерживая пробиравший меня смех, взглянула на пунцовую Анну, сжала ее ладонь и оставила разбираться с поклонником, возвращаясь к Аксинье.

Наблюдая за Димитрием, который ничего вокруг не замечал, спросила: -Ты зачем дверь с петель сорвал?

- Не открывалась! - Прорычал богатырь, не отрываясь от женщины.

В это мгновение Аксинья глубоко вздохнула и распахнула свои бездонные глаза с плескавшихся в них океанской бирюзой.