Глава 64

Проснулись с последними лучами солнца, попадавшими к нам в темницу, перекусили припасенным с обеда и стали ждать, выпустив Серенького сначала пробежаться по коридору, а по возможности и нырнуть в дверь, ведущую на лестницу. Благо теперь знали, где она находится. Снова потерпев поражение, отправили его через окошко, найти спуск. Я приноровилась к зрению мышонка, теперь могла спокойно им управлять, попутно чем-то занимаясь, хотя особо и нечем было.

Чем темнее становилось в нашей камере, там неспокойнее на сердце. Утекали минуты, а везде царила гробовая тишина. Давно была занавешен волшебный камень, потушена лампадка, только светляки, тихонько вились под самым потолком темницы, едва рассеивая густой сумрак. Мы боялись лишний раз пошевелиться, чтобы ненароком не нарушить магических плетений, которые, возможно, уже начали плестись.

Я не заметила, как задремала, проснувшись от приглушенного восклицания, а затем сдавленного стона. Распахнув глаза, подорвалась на кровати, да опустилась тут же, без сил.

Около Аксиньи стоял Димитрий, судорожно сжимавший обмякшее тело в объятьях и нежно шептавший: - Очнись, женушка моя. Будет! Вернулся я. Живой и здоровый, помню все. Чего же ты?

- Положи ее. – Прошептала, подкрадываясь. – Не ровен час, услышат вас.

И уже совсем подойдя к нему, в самое ухо шепнула: - нас слышать могут, нельзя здесь разговаривать.

- Ну, ты даешь, ведьма! – воскликнул он довольно громко. – Все умеешь, а полог тишины выставлять нет?

Я застонала, схватившись за голову. Конечно! Забыла! Обучали меня этому!

Димитрий рассмеялся, заботливо укладывая жену, разогнулся, осмотрелся и спросил: - Когда он приходит? – голос, наполненный смертельной угрозой, дрогнул.

- Утром завтрак приносит. Только мы не знаем, когда оно наступает. Вон по мышонку и начали ориентироваться.

- О чем ты? – спросил, не сводя глаз с жены, хмурясь: - Как долго она без памяти может быть?

Я склонилась над подругой, потерла ей виски, холодные пальцы и отошла в сторону, чтоб не мешать супругам, встретиться.

Женщина распахнула огромные глаза, впиваясь в мужчину взглядом, помолчала немного и протянула тонкие руки ему навстречу.

Отвернулась, позволяя хоть на мгновение им остаться одним. За окном раздался грохот, Серенький юркнул в карман юбки и там затаился, а на улице продолжало грохотать, сотрясая остов башни.

- Пора нам. – Произнес Димитрий. – Забава, за тобой вернусь, не переживай!

Я кивнула, взглянув на календарь, на котором остался всего один нестертый день. Еще чуть-чуть и забирать из темницы будет некого. Зато все, что успела натворить Забава, исправлено! Хоть в этом я преуспела.

Обессиленно опустившись на ложе, закрыла лицо руками, едва сдерживая горькие слезы. Других спасла, а себя не успела.

Снова грохнуло, по коридору пронесся гул, и дверь в нашу темницу знакомо слетела с петель, рухнув на застеленный дорогим ковром пол. В образовавшийся проем вошел Макс с оголенным мечом, хмуро обвел помещение, осматриваясь, а потом впившись в меня взглядом: - Дождалась! – только и прошептал, а я с рыданьями кинулась в родные объятья.

Он подхватил меня одной рукой, прижал к себе и вышел из нашей клетки, все также зорко осматриваясь.

- Ты видела Ставра? – я замотала головой, не в силах и слова произнести, не веря, что последний вздох будет в объятьях любимого. – Ладно, верну тебя домой, а там разберемся. Только снова ждать придется. Недолго обещаю – Заулыбался он, нежно целуя в губы. – Держись только крепче.

Тошнота, скорость, крепкая рука любимого, вот и все, что запомнила, перемещаясь, а потом обжигающий поцелуй и шепот: - Свадьба завтра, день тебе на сборы. – И исчез, а я и попрощаться не успела. Больше ведь не свидимся.

Осталась одна посреди собственного двора. Ко мне с криками бежали Анна, Машенька, Егорка, а я стояла, оглушенная.

Тетушка, заметив недоброе, отправила ребятишек баню топить, а меня в дом увела, на лавку усадила и заставила все рассказать. Когда закончила, порывисто вышла, кликнула Илью, что-то ему проговорила, ко мне вернулась, приказывая: - Поднимайся, ехать нужно!

- Снова в бега? – устало уточнила я.

- В новую жизнь. – Усмехнулась. – Только свернем чуток в старую.

Меня буквально выволокли во двор, усадили на лошадь, сзади запрыгнула Анна и, поддав пятками по бокам кобылы, вылетела в распахнутые настежь ворота, несясь в сторону леса.

Там, на опушке стояла Тара, спокойно прогуливаясь по тропинке.

- Здравствуй, деточка, – проговорила она. – Вот и свиделись. Аннушка сказала, что ты у нас помирать собралась. Не скажешь причины?

Соскользнув с Зорьки, подошла к волшебнице и встала рядом.

- Так ты сама сказала, что любовь встретить надо, полюбить и завершить обряд любви. Я не успела выйти замуж.

- Не было этого условия. Было - полюбить и завершить начатое. Ты все сделала. – вглядываясь в самую душу, заулыбалась Тара.

- Я не умру? – закричала так сильно, что стая воронья, сидевшая на соседней сосне, вспорхнув, улетела.

- Нет! – рассмеялась волшебница. - Ступай, к свадьбе готовься. А богатыри без вас с негодником разберутся.

Я вскочила обратно на лошадь и что есть духу, понеслась навстречу своей судьбе, не оглядываясь на прошлое. Анна, судорожно вцепившись в пояс на поем платье молча сидела рядом в седле.