Глава 23
Летиция
Начался третий месяц обучения, и не верилось, что за этот срок я узнала так много. Пришла неумехой, чей дар едва пробудился, до трясучки боялась мертвецов и опасалась, что никогда не заведу друзей. А теперь рядом со мной любимый человек, практикумов по специальности я жду с нетерпением, но вовсе не со страхом, а дар… Что же, амулет надежно сдерживает магию, черпающую силу из моей крови, осталась только естественная магия, которую, как и другим, нужно развивать и растить день за днем. Жить можно!
Вот только Руби, похоже, немного завидует амулету. Я не стала объяснять, что амулет защищает других от моей неуправляемой силы. Может, и надо было поделиться с соседкой, но мне хватило того, что на следующий день после происшествия сокурсники сторонились меня и косились недоверчиво. Лули, к счастью, утром пришла на занятия как ни в чем не бывало, синяк исчез бесследно, спасибо целителям академии. От души отлегло: дело обошлось малой кровью. И все же не хотелось, чтобы Рубелла, уже ставшая мне подругой, смотрела на меня со страхом.
– Какая красота! – воскликнула она, когда увидела на моей груди сияющий камень. – Ларнис подарил?
Может, надо было соврать? Но я ответила честно, насколько это возможно.
– Нет, это преподаватели дали. Амулет сделала ваша мэтрисс Лул. Это мне для учебы…
Вот что после этого можно было подумать? Что я заделалась любимчиком и сама декан создает для меня амулеты?
Похоже, Руби так и решила. Поджала губы.
– Ничего себе! А с чего такая честь?
Я малодушно пожала плечами. Что ответить? «Понимаешь, Руби, у меня редкий дар крови, и если я на тебя разозлюсь, то могу и прихлопнуть ненароком!» Нет, пусть лучше считает меня выскочкой!
– А мне дашь поносить?
Я с трудом представляла крошечную гному с амулетом на шее, для нее крупный кристалл превратился бы в неподъемный булыжник.
– Ничего, я для камня сошью сумочку и буду носить на боку. Все равно учебники за меня таскают Рум и Нис.
– Не могу, правда. Мне не жалко, но… Все сложно. Ты только не обижайся, Руби!
Любимая фраза Рубеллы «ты только не обижайся», после которой, как она думала, все огорчения тут же улетучивались, саму гному отчего-то не приободрила. Несколько дней Руби почти не разговаривала со мной, зато вопросов об амулете больше не задавала. И вообще делала вид, что его не существует.
Мы с Нисом нашли подработку на постоялом дворе на окраине города, и вот уже несколько вечеров я мою полы и заправляю постели в комнатках-клетушках, а Нис, как ни странно, устроился вышибалой в трактир, расположенный на первом этаже. Хозяин как раз искал временную замену работнику, которому разбуянившийся посетитель сломал палец.
– Тю! Да какой из тебя вышибала, малец! – усмехнулся хозяин, дородный мужчина с огромным животом. – Проще мне самому следить за порядком. Я ж тебя одной левой!
Нис не смутился, наоборот, лукаво улыбнулся.
– Во-первых, я будущий маг и уже сейчас могу применить заклятие, которым собью с ног любого дебошира.
– Собьет, а потом сам же подымет и расспросит! – крикнул кто-то из выпивох, разглядев в полутьме зала фиолетовую мантию на плечах Ларниса.
Хозяин, до того глядевший с превосходством, погасил самодовольную улыбку.
– А во-вторых, внешность обманчива. Если хотите, можете меня испытать.
– Пари! – оживились посетители. – Поединок! Жук, давай соглашайся. Если выставишь нахала за дверь, так и разговор короткий, а если он тебя – принимай работника!
Жук, прищурившись, окинул наглого первокурсника оценивающим взглядом. Мой Нис действительно не производил впечатления силача, хотя под рубашкой, я знала, прячутся крепкие мускулы.
Пару дней назад я зашла к нему перед занятиями и застала Ларниса обнаженным по пояс: он как раз одевался. Я и раньше, когда он меня обнимал, чувствовала, как под кожей перекатываются мышцы. Конечно, Нису далеко до того же Рума, оборотень прямо громила, но и Нис в прекрасной форме. Я замерла на пороге, покраснела, отвернулась, а потом, закусив губу, снова поглядела, как Ларнис, заметив мое смущение, торопливо натягивает рубашку. Он нисколько не рисовался, как другой бы на его месте, поняв, что сразил девушку наповал. Боролся с непослушными пуговицами. Побеждали пуговицы. «Погоди, – сказала я, – помогу». Подошла, чувствуя, как горят щеки. Нис замер на месте, будто боялся отпугнуть меня неосторожным движением, опустил руки: вот, мол, сдаюсь на твою милость, делай со мной, что хочешь. А я… Провела ладонью по его груди, по животу, чувствуя, какой он горячий. Ларнис перестал дышать под моей рукой. Положила и вторую ладонь на его талию, прижалась к обнаженной коже, тихонько поцеловала в ямочку над ключицей. «Ну что же ты, дыши…» – прошептала я. Нис порывисто вздохнул, нашел мои губы. Его поцелуи всегда были страстными и нежными, но еще никогда я не разделяла его жар так полно. Мне не хотелось прекращать поцелуй. Не хотелось, чтобы Нис надевал рубашку: ее тонкая ткань тут же превратится в броню, разделившую нас. Наоборот, хотелось, чтобы не осталось никаких преград. Мы одни в комнате… Задыхаясь, я потянула завязки, стягивающие горловину кофты. Но Нис поймал мои руки, прижал к губам. «Нет, не так, не сейчас… Моя любимая, моя родная девочка… Не будем торопиться…» Кажется, я заплакала от разочарования: чувства захлестывали меня, и я почти не осознавала реальность. Алый камень амулета колотился вместе с сердцем. Нис держал меня в объятиях, касался губами то век, то мокрых щек, ожидая, пока пожар в моей крови утихнет.
И теперь видение полуобнаженного Ларниса так ярко вспыхнуло перед глазами, что я даже испугалась: вдруг посетители трактира «Сытый кот» по моему лицу немедленно догадаются, о чем я думаю!
Но нет, они ожидали зрелища и стучали кружками, требуя поединок. Окажись здесь Рум – присоединился бы ко всеобщему веселью, как пить дать!
– Хорошо, – поднял руки Жук, утихомиривая публику. – Согласен! Но что же на сухую сидеть – сначала закажите эля да закусок побольше!
Вот хитрый Жук! Однако спорить с ним не стали. Подавальщицы шустро обнесли гостей, а те, не теряя времени, делали ставки. На самоуверенного студента ставили немногие. Ну ничего, мы еще посмотрим, кто кого!
Хозяин трактира скинул куртку, похлопал себя по плечам.
– Только гляди, чтоб без магии! – пригрозил он. – Честная борьба!
– Я пригляжу, – пообещал мужчина, стоявший у дальней стены.
Я посмотрела на него и невольно вздрогнула: это был господин Тинер, старший дознаватель, который допрашивал меня по делу разговорчивого мертвеца. Бывают же совпадения!
Господин Тинер кивнул мне: узнал. Я-то надеялась, что он и думать забыл о девушке с необычным даром. Впрочем, о чем я волнуюсь, он сам сказал, что первокурсницы ему в отделении не нужны.
– Хватай его! Держи! – зашумели вокруг.
Поединок начался!
Что за жизнь пошла? Одни поединки да турниры! Такими темпами придется переквалифицироваться в боевых магов.
Жук обхватил Ларниса вокруг талии, чтобы приподнять и вынести за порог. Хозяин таверны посмеивался себе под нос, ведь студент не оказывал сопротивления. Видать, совсем сопляк растерялся! Но он дернул раз, другой и смущенно засопел: ему не удалось сдвинуть противника с места. Ларнис стоял, сложив руки на груди: вот, мол, не мешаю, и улыбался краешком рта.
Мужчина отступил, почесал подбородок – раздумывал, как половчее ухватить наглеца. А Нис, едва Жук потерял бдительность, скользнул ему за спину и, поймав за запястье, заломил руку. Со стороны казалось, что хозяин таверны поддается. Ну не может быть, чтобы от такого аккуратного захвата огромный мужик согнулся в три погибели и взвыл. Он стоял как раз лицом к раскрытой двери, и Ларнис осторожно сопроводил его прямо к выходу. Жук послушно шагал, правда, при этом отчаянно ругался и крыл Ларниса последними словами.
Нис отпустил его сразу, как только вывел за дверь. Поднял руки.
– Никакой магии!
– Подтверждаю! – откликнулся старший дознаватель и отхлебнул взвар из стакана.
Взвар? Вот как? Он не пьет или сейчас на задании? Хотя какая мне разница, меня это не касается.
Поединок закончился едва начавшись, посетители едва ли сделали пару глотков эля. Но разочарованными они не выглядели.
– Что, Жук, уел тебя малец? – спросил гном, важно восседавший прямо на столе. – Я всегда говорил, что рост не имеет значения!
Похоже, хозяин трактира давно напрашивался на неприятности. Он нахмурился, потирая плечо.
– Ладно, твоя взяла. Следующую неделю работаешь у меня с пяти вечера до закрытия. Серебрушка за смену. И не опаздывать!
Вот так и получилось, что на ближайшее время мы обеспечили себя работой. А там видно будет!
– Ты такой сильный, – сказала я, когда мы с Нисом возвращались домой по темным улицам.
Нис задумчиво качнул головой.
– Борьба была не совсем честной: хозяин трактира человек, а я…
Я обняла его за руку и прижалась к плечу.
– Уговор был не использовать магию. Жук сам виноват, нельзя быть таким самоуверенным. Зато теперь у нас есть работа!
Нис чмокнул меня в макушку.
– Да, ты права. Если дело и дальше так пойдет, то скоро закроем твой долг перед Академией в этом семестре.
После этих слов сделалось не по себе.
– Нис, ты ведь не собираешься…?
– Собираюсь! Я уже заплатил за год обучения. Одежда у меня есть, крыша над головой тоже. Или ты думаешь, я стану складывать монеты в мешок и любоваться ими перед сном, как какой-нибудь гном?
– Рубелла бы стукнула тебя по коленке за такие слова! – хихикнула я.
Рубелла бы и меня сейчас стукнула и напомнила бы, что когда-нибудь придется расплачиваться. Однако у Ниса была возможность воспользоваться ситуацией, а в итоге он же меня и убеждал, что надо подождать. Недоверие убивает любовь, и я хочу полностью доверять Ларнису.
– Но если тебе будет нужна моя помощь, то ты ее примешь без возражений! – строго сказала я.
– Договорились!
***
Мы обменялись улыбками. А потом я вспомнила о господине Тинере. Видел ли его Нис? Оказывается, да, но он успокоил мои сомнения.
– Едва ли он явился в трактир по наши души. У дознавателей много работы в разных районах города. Это просто совпадение.
Вечер выдался на удивление славный – тихий, теплый, будто последний поцелуй осени перед расставанием. Мы шли, держась за руки, и в целом мире не было никого счастливее нас. Все тревоги остались позади: нос больше не кровил, учеба ладилась, Нис перестал терзать себя чувством вины… Перестал ли? Я искоса взглянула на него и осторожно напомнила:
– Мы давно не ходили в лавку.
Ларнис понял намек, улыбнулся.
– Не волнуйся за меня, Лети. Кровь мне нужна не так часто, по ощущениям раза два-три в месяц. И теперь, когда я почувствую жажду, я знаю, как мне ее утолить. К тому же…
Он задумался на миг, качнул головой.
– Возможно, я все-таки не вампир? Или вампир-полукровка? Где мои клыки?
Нис потрогал указательным пальцем зуб, будто ожидал, что прямо сейчас внезапно обнаружится, что клыки подросли и заострились. Я пожала плечами.
– Не знаю. Может, ты болел? Давно не пил кровь и они втянулись?
Мы одновременно рассмеялись, представив, как втягиваются клыки.
– А может, на тебя наложили заклятие?
Заклятие! А ведь эта мысль уже приходила мне в голову, когда я посмотрела на амулет, протянутый мне мэтрисс Лул. Вернее, на разноцветные нити, опутавшие его. Похожие я видела на теле Ларниса, когда защитное поле дома ректора отбросило его от крыльца. Но кто бы стал его зачаровывать и зачем? Нис и не догадывался, что он опутан магией, не чувствовал ее. Хотя… Что если так сработала защита от нерадивых студентов? Обезвредила хулигана и тут же развеялась.
– Заклятие? – переспросил Нис, внимательно глядя на меня.
– Нет-нет, это я так, предположила.
У меня нет никаких доказательств. К чему волновать Ларниса попусту.
На углу улицы торговал орешками и сухофруктами припозднившийся лоточник. Он так обрадовался покупателям, что отдал нам последние два кулечка засахаренной клюквы за пару медных монет. Я протянула бумажный пакетик Нису, но тот с улыбкой покачал головой.
– Ты ведь знаешь, Лети, это для меня не лакомство.
– Я бы позволила тебе полакомиться, – лукаво ответила я. – Но ты упираешься. Интересно, моя кровь показалась бы тебе вкусной?
Клянусь, я и не думала его дразнить, а Нис сжал губы, взгляд потемнел. Я, сама того не зная, сделала ему больно.
– Прости, – прошептала я, заглядывая ему в глаза. – Просто знай, что для меня это мелочи. Для меня это радость. И тебе не нужно было бы идти в лавку.
Ларнис судорожно сглотнул, сгреб меня в объятия, зарылся лицом в волосы.
– Моя сладкая Лети. Моя вкусная Лети. Один только твой аромат сводит меня с ума. Но я никогда не стану пробовать твою кровь. Никогда, моя родная.
– Ну почему, глупый? Это ведь как пройти мимо пекарни, почувствовать запах свежих булочек с корицей и… не попробовать? Держать в руках сочное яблоко и не откусить?
– Зато моя булочка всегда со мной, – усмехнулся Ларнис.
А потом отстранился и сделался серьезен, как никогда.
– Что если, попробовав, я уже не смогу остановиться?
– Нет, что ты! Я уверена…
– А я не уверен, – оборвал он меня. – И, прошу тебя, закончим этот разговор.
Он взял меня за руку и молча повел вперед. Он так расстроился, что я даже не стала вслух говорить о том, что моя кровь могла бы разгадать тайну моего рождения. Помочь отыскать отца. Видимо, пока не время просить об этом.