Глава 17
Лиля
— Уже все?
— Нет.
— Точно? Подожди, давай обновим, может уже загрузилось… — Амир резко замолкает после того, как Бубликов резко оборачивается, прожигая мрачным темным взором айти-маньяка. Видели таких? Это такие психи, которые сутками сгорбившись в три погибели в экран монитора пялятся, и тебя прикончить могут за попытку отключить от сети.
Бр-р-р, жуть.
Юрка отворачивается, вновь переводя свой взор на крутящееся колесико посреди черного экрана. Новейшая система отслеживания человека по всем возможным закоулкам интернета — программа «ФайндХьюмен», разработанная айти-компанией «ИнТек». Грузишь в нее фотографию или данные, а она разыскивает по всей всемирной паутине нужную личность со всеми вытекающими. Вплоть до фотографии с паспорта.
На данный момент некоего Влада Смольчука — того парня, что должен был прийти на встречу с «Зооспас». Просмотр его странички в ВК ничего не дал. Влад не появлялся с пятницы — последний день, когда был онлайн за пару часов до встречи.
Пока я старым методом просматривала многочисленные фотографии пропавшей Жанны, парни занимались отслеживанием цифрового следа при помощи программы. Амир навернул третий круг подле Юры, с важным видом покрутившись за спиной и стоило тому зашипеть злобно, отскочил обратно ко мне.
— Лили, — заулыбался этот хмырь рогатый, набожно складывая на животе свои копыта и падая рядом на большой кожаный диван в его квартире. Не поднимая головы, отсела ближе к краю.
— Не вздумай тянуть ко мне свои лапы, парнокопытное животное, — бурчу, разглядывая бесконечно длинные ноги предполагаемой соперницы. Не удивительно, что у нее в Инстаграм такое количество лайков — одни только волосы до бедер чего стоят. Наверняка крашеные, но какая грива. Реклама «Пантин» живьем.
Доронов улыбается еще шире, беря в руки подушку и двигается в мою сторону. Перебираюсь на широкий подлокотник, не отрывая взора от телефона.
— Лиль, перестань дуться, — мурлычет любитель ночных рыжих бабочек. Теперь понятно, почему он решил, что я работаю в эскорте!
— Исчезни, Доронов, — огрызаюсь, бросая на него хмурый взгляд. В груди неприятно колет: подобные Жанны только лишний раз бьют по самооценке. Просто интересно, они такими идеальными на фабрике собираются или доработка идет в процессе всей жизни?
Блин, хочу ее волосы. И ноги. Можно еще грудь, а Доронова пусть себе забирает. Лучше найду, хотя бы того же Бубликова. Чем не видный парень? Правда, что немного двинут на компьютерах, но разве это имеет значение для любви? Плечи есть, волосы темные, глаза светло-карие. Простоват немного, да щурится — у детей будут проблемы со зрением. И кто-то должен научить его одеваться: желтая рубашка в горох, заправленная в джинсы — ужас. Надеюсь, он не носит носки с сандалиями?
В раздумьях совсем забыла про Амира. У него пошел третий словесный заход. Выныриваю сознанием где-то между «я здоровый мужчина» и «регулярно проверяюсь у врача, в конце концов, у меня ведь не было тебя». Что-то там еще про цветок души, лепесток сада, огонь сердца и прочая романтическая лапша на ушах. Идиот.
— Доронов, захлопнись! — не выдерживает Бублик, хлопая ладонью по ромбовидному столу. Господи, какой извращенец делал барану ремонт в квартире?
— А ты не вмешивайся в мою, едва зарождающуюся, чистую любовь! — возмущенно отзывается Доронов, бросаясь маленькой декоративной подушкой в Юрку, попав точно по затылку.
Закатила глаза, пробормотав себе под нос про детей и мужчин. На самом деле, я не знала. Как поступить. Для истерики мало поводов. Была какая-то ночная бабочка? Так Амир мне ничего не должен, с чего предъявлять претензии. Официально, мы даже не встречаемся, потому никаких обязательств друг перед другом. Так почему я смотрю сейчас на идеальные скулы Жанны с такими же подругами из эскорта и бешусь от одной мысли, что они все побывали в постели Доронова?
«Она уехала к назначенному времени, однако сотрудники клуба меня заверили, что такой девушки у них не было. И камеры ее не засекли», эти слова произнесла та самая эффектная дама в соболиной шубе. Белла, кажется, хозяйка этого «эскорт-агентства» иначе говоря элитного борделя. Куда могла поехать девушка? Я точно помню, что рыжая девица, пытающаяся пробиться через охрану, была совсем другой. Девушку заменили? Или все было подстроено?
«Просто у тебя паранойя, подруга. Заплутала Жанна, попросила помочь подругу», — фыркнул разум из глубин, пока я листала фото.
Взгляд скользил по неизвестным лицам, выискивая хоть что-то. Программа программой, но она попросту не всегда знает, что искать. Собственно, я тоже не очень понимаю, что хочу найти в этих обработанных профессионалами кадрах, разглядывая снимки с пенных вечеринок и званых вечеров с фотосессиями в бикини.
Слышу выкрики Юрки, судя по разочарованному стону Доронова, там ничего интересного. На страничке, в отличие от Жанны, у Влада было мало фотографий. Несколько кадров в костюмах с Комик Кона в Москве, прошедшего совсем недавно. В наряде супермена, натянув по самые уши красные трусы поверх синих колготок, скрывался типичный ботаник. Классический, в очках, прыщах, с бледным лицом и немного пугливым взглядом. Успела проглядеть прежде, чем Доронов отобрал у меня возможность нарыть еще что-то, передав все полномочия, явившемуся в свой законный выходной, Юрке.
— Ради этого ты выдернул меня таки из дома!
— Ой, ради Бога, ты все равно целыми днями играл в «Подземелье Тролльего короля», а с Ярового толку мало. Он и так мне уши прожужжал своими возмущениями, — отмахнулся Амир тем временем, прилипнув к экрану ноутбука.
— А я возмущаться не буду? — возмутился Юрий, отчего Доронов ласково улыбался, погладив нашего одноклассника по макушке.
— Дитя, — вздохнул пафосно, качая головой, — ты еще так наивен. Сядь прямо, выпрями спину, не горбься и послушай, что тебе сейчас скажет взрослый дядя Амир…
Мой взор пробегается по очередной фотографии. На ней Жанна в компании улыбается приветливо в кадр, обнимаясь с высоким рыжеволосым мужчиной. Он явно был старше на пару десятков лет, минимум. Едва заметная седина в аккуратно постриженной бороде, дорогой костюм и приятная улыбка.
@jannaVip02 «Самый лучший на планете, милый Леша. Спасибо за шикарный вечер»
Именно это было написано под фото с импозантным мужчиной. Позади них яркий плакат с надписями и нарисованными бутылками. Пришлось немного приблизить фото, с трудом разглядывая мельчайшие буквы. «Цирковский винодел», — один из крупнейших поставщиков алкогольной продукции и прямые конкуренты семьи Дороновых. Если мне не изменяет журналистская память, этот добродушный викинг в модных очках — господин Цирков. Примерный семьянин, добродушный товарищ, филантроп и человек с кристально чистой репутацией. Я о нем мало знала — моя сфера крутилась подле шоу-бизнеса, а выявление черных дыр в жизни политиков и бизнесменов была скорее стезя матери. Надо будет у нее поспрашивать.
Может пролистнула бы дальше, не привлеки мой взор знакомая голова. Прямо позади Циркова с Жанной стоял никто иной, как Ибрагим. Он держался поодаль, будучи в костюме и радостно улыбался кому-то неизвестному. Судя по смокингу, он был среди приглашенных, а дата проведения — полгода назад. Маловероятно, но может он мог знать эту девушку?
— А этот парень довольно интересный. Практически не общается, переписки исключительно по теме комиксов с местными задротами в сообществах да лозунги в защиту природы, — услышала голос Юры, вздрагивая и подходя ближе.
— Лиль, давай ты сходишь чай попить, — предложил Амир, видимо надеясь отстранить меня от участия в деле. Еще бы, едва мне пришло сообщение от Миши на почту с немногочисленными данными Влада, как он тут же все отобрал.
— А гланды вареньем не намазать? — показала фигу, в ответ получив довольно слащавую улыбку.
— Зайка, от тебя соглашусь не только варенье, но и яд, — мурлыкнул, прижавшись к моему боку, за что тут же получив по плечу и шикнул.
— Убери копыта, баран! — рявкнула, вот только эффекта не возымело. Его в дверь, он в окно. Мигом обхватил талию, притягивая ближе и обжигая ухо горячим дыханием:
— Лили, цветочек мой, чем больше сопротивляешься, тем интереснее игра. Ты в курсе? — бессовестно прикусил мочку уха, пустив тысячу импульсов одним зарядом по крови. Не, я так не могу. Этот парень обладает какой-то волшебной силой влиять на мои мозги. Вот стоило расслабиться, он выхватил телефон из ослабевших пальцев и нахмурился, увидев фото.
— Юрец, — мрачно выдал, на что бывший одноклассник удивленно обернулся и вскинул темную бровь.
— Оу?
— Проверь-ка еще раз нашу мисс Липкову на связь с Цирковым, — телефон вернул только после скачки фото. Ибрагима он не заметил, почему-то теперь у меня нет сомнений в том, что к странному поведению Рязанова причастен именно Доронов. Больно собственнически себя ведет. Или у меня опять паранойя.
— Что у тебя с Цирковым? — любопытствую, хотя мысленно уже знаю — Амир не ответит. Он лишь улыбнулся, поцеловал в нос и развернув спиной к себе, шлепнул по ниже спины, выдохнув:
— Зая, подожди меня в другой комнате.
Юркин смех — это унизительно, хоть он старался его тщательно скрыть за кашлем. А невозмутимая надменность Доронова вовсе бесила. В смысле, подожди? Я ему собачка что ли? Или примерная кавказская жена? Обернулась, просверлив мрачным взором парня, которому даже не удосужилась закатить нормальной истерики. В начале Алмазова рыдала, умоляя помочь найти девочку. Оказывается, они ей очень дороги (в плане кошелька?), материнское сердце страдает. Как дочери, ха! Содержит бордель, пусть и элитный, но удивляется таким случаям. Да мало ли среди богатых извращенцев?
Взор скользит по черно-белым фигурам из которых состоит вся квартира Амира. Сама не замечаю, как оказываюсь в одной из комнат. Судя по письменному столу — это кабинет. Ноутбук, шкаф с книгами и документами, сейф, пара таких же картин с ромбами и кругляшками, толстый белый ковер с мягким ворсом, еще один стеллаж под папки, под ним шкаф с баром и парой бокалов и стол, заваленный бумагами. Взгляд прошелся по корешкам папок: контракты, счет-фактуры, договора. Падаю в большое черное кожаное кресло с ногами и, сделав один оборот вокруг себя, схватилась за стол, задумчиво прикусив губу.
Фигня какая-то. Ничего не сходится. Зеленый слон, Влад Смольчук, загадочный телефон, Ибрагим, некий чеченец, баран, Амир, Жанна Липкова, загадочны люди, что меня искали в издательстве… Могла ли Белла Алмазова соврать? Или пропажа Жанны и Влада просто совпадение? Какое отношение ко всему этому имеет Зеленый слон и мужик на сером внедорожнике? Потрясла головой, пытаясь собрать воедино части разбросанной мозаики. Если начинать с самого начала, то получается еще большая каша.
Закрываю глаза, восстанавливая в памяти каждый миг своих действий, начиная с провальных фотографий. В тот день Бобер распекала меня почти час, орала, брызгая слюной в разные стороны и бросила неудачные снимки на стол. Трясла кулаком, грозилась прикончить, убить, ведь я упустила скандал с актером Гошей Ярицким и его любовным романом. Дальше Ибрагим, смеется над моим умением фотографировать машины, просто не знал, что я отвлеклась на дурацких подростков, гонящих без номеров.
Так, стоп. Номер. М895НТ — серый КИА, тот самый, что был на автозаправке и у развалин здания студенческой общаги. Почему я о нем вспомнила? Нет, дело не в Рендж Ровере, который парни угнали и катались без номеров. А в машине Ярицкого, ведь будь я проклята, его машина была серая КИА и номер. Фотографии, мне удалось заснять его часть!
Подрываюсь с места, быстро выискивая номер бабушки на быстром наборе. Она уже должна быть дома, потому всего два гудка и слышится недовольный голос:
«Внучка? Чего звонишь? Почему еще не замужем, а уже где-то гуляешь целый день!»
— Бабуля, — выдыхаю на адреналине, мечась по кабинету и выглядывая, чтобы не пропустить Доронова. — Это очень срочно. Мне нужна твоя помощь. Сейчас.
Надо отдать должное, моя бабушка, услышав заветные слова о помощи, прекращает всякие бредовые наставления, становясь самой собой — журналисткой до мозга костей. Навострят уши, врубает нюх на полную и замолкает так резко, что кажется, будто вызов сброшен. Она делает вдох, затем говорит одно единственное слово:
«Говори»
Боже благослови эту святую женщину.
— У меня на столе лежат снимки, на них запечатлён автомобиль и часть номера. Можешь назвать его? — выдыхаю, скрещивая пальцы, вновь выглядывая за дверь. Никого, видимо Доронов с Юркой ищу связи между Жанной и Цирковым. Юрка ему малоинтересен, он этим занялся только потому, что меня взволновал данный вопрос. Приятно, но делу никак не поможет.
Слышу шорох, бабушка перемещается по квартире, бурча что-то там про нерадивую семейку чокнутых женщин, которым надо мужика, а не дурь. Внезапно посещает очередная мысль о том, что я так и не закатила скандала Амиру. Надо ли вообще?
— Бабуль? — выдыхаю, ощущая, как меня распирает от любопытства. Причем не уверена, что оно касается Ярицкого. — Можно вопрос?
«Задавай. И фу, внучка, какой бардак! Аж стыдно перед твоим молодым человеком», — рычит, когда слышится скрип открываемой двери. Выдыхаю, выдавив с трудом:
— Так он парня и касается. Вот если я узнала, что Доронов до меня встречался с… девушкой не очень высокой моральной ответственности. За деньги, — осторожно добавляю, прикусив губу и прислонившись к деревянным черным панелям, украшающим стены кабинета на одной стене возле двери.
«Путаны что ли?», — интересуется бабушка. Кряхтит, шуршит и вновь спрашивает:
«Валютные али наши?»
Закатываю глаза, сжимая переносицу, рыча недовольно:
— Какая разница вообще? Он меня при встрече за одну из них принял, потому что ждал именно ее! Длинноногую, рыжую… антилопу из элитного клуба! — гнев поднимается из глубин внезапно и запоздало, поняв, что сейчас выдаю с ног до головы. На том конце громко хмыкают.
«Ты дала ему битой по морде красивой?»
— Нет, — сдуваюсь точно шарик, снова выглядывая в коридор и бормоча тише, прикрывая рот. — Но думала устроить скандал.
«Фи, отбрось эти девичьи глупости жеманных кур из птицефабрики, дитя мое», — пафосно вещает бабушка, а я, затаив дыхание, прислушиваюсь.
«Послушай умную женщину и не тешь его самолюбие раньше времени. Пусть посидит, подумает, побесится, почему ты на него ни напором, ни криком. Мужчины такие, видят ревность: послабее — сдуваются, посильнее — становятся надутыми индюками. Не расти из своего мужика птицу. Ни один скандал не красил девушку, а к ним быстро привыкаешь и начинаешь методично пилить яму вашим отношениям. Нет, дорогая. Достоинство — вот главное украшение семьи Магазинчиковых. И бита. Загуляет — дала по щам и проводила в дальний путь!»
Ик, моя бабушка — кровожадный маньяк.
— Дедулю ты тоже била? — интересуюсь на всякий случай, услышав в ответ лаконичное:
«Нет конечно, он слишком хотел жить, потому сбежал. Чтоб ему болото в его тайге стекловатой было, тьфу»
Хмыкаю в ответ, качая головой и улыбаясь. Уже истерики закатывать не хочется.
«Нашла твои кошмарные фото. О том, как надо выслеживать добычу, поговорим, когда явишь свой лик домой, дитя с руками не из плеч…», — закатываю глаза, вслушиваясь в следующие слова:
«Серая машина, по виду внедорожник. Свет падает неудачно, марку не видно. Номер — М89, а дальше не видно».
Затаив дыхание, с трудом сглатываю, прикрывая глаза. Может быть совпадение, у меня паранойя и я везде вижу загадки, вот только в них совсем не верю. Если Ярицкий связан с людьми из Зеленого слона — это настоящая бомба. Знаменитый актер причастен к деятельности эко-террористов. Осталось понять правда ли это, каким образом и для чего. А для этого мне нужно вновь выследить Ярицкого!
«Лиля?», — зовет бабушка на том конце, а из коридора слышится:
— Лиля?
— Бабуль, я перезвоню, — быстро выдыхаю. Едва успеваю сбросить звонок, отскочив от двери, как она распахивается, являя на пороге самого Амира Доронова в домашнем синем свитере с закатанными рукавами. Он с любопытством и неким подозрением оглядывает меня, приподняв бровь.
— Что делаешь? — интересуется будто невзначай, приглядываясь к вещам, потом вновь ко мне. Неужели думал, что я буду копаться у него в кабинете? А стоило бы.
— Тебя жду. Сказал же, — пожимаю плечами, разглядывая свой маникюр, пытаясь отодрать светлый гель-лак от ногтя с указательного пальца, удерживая смартфон.
— Прям ждала послушно и не пыталась подслушивать? — хмыкает, подходя ближе, заставляя невольно сделать шаг. — Лиля?
— Знаешь, твое тоталитарное общество немного раздражает, — отвечаю, поднимая на него взгляд, выдерживая пристальный взор. — Хочу знать с чего такой бешеный интерес к моей персоне. Раньше ты не рвался общаться.
— То есть ты не веришь в любовь со второго взгляда? — притворно-обижено смотрит из-под густых ресниц, сунув руки в карманы темно-синих джинсов. На запястье сверкает экран дорогих смарт-часов, показывающих время. Ого, уже шесть часов вечера?
Фыркаю в ответ на его ответ, упираясь в стол и хмуря брови.
— Мы не на турецком пляже, чтобы ты мне водоросли на уши наматывал, — мотаю головой, давая понять, что ни доверяю ему ни на йоту. — Не верю, отвечай честно.
— Тебе не кажется, что это уже паранойя? — вздыхает, подходя ближе, ставя руки позади меня по обеим сторонам. Глаза в глаза, в его взоре что-то такое, отчего совсем не хочется огрызаться, но с силами собираю остатки мозгов, соскребая со стенок черепушки для достойного ответа.
— Откуда знаешь про мою лучшую подругу? — вскидываю брови, отчего Амир улыбается, склоняясь ниже. Ладони подхватывают и через секунду уже ощущаю пятой точкой твердую поверхность. Вроде высота всего ничего, а голова кружится.
— Она с тобой с первого класса. С тех пор, как в порыве любопытства залезла в кастрюлю с борщом у повара, ища там магическое зелье, и обожглась, — хмыкает, проведя костяшками пальцев по скуле. Хочется мурлыкнуть, потому не лишаю себя удовольствия, потираясь о его руку.
— Твоя была тупая шутка, — бурчу, вспоминая глупый эпизод. Если бы Гроза в шестом классе не съела все пирожки, мне бы до самого выпускного этот идиотский поступок припоминали.
— Мне очень стыдно. Я манипулировал и лгал, но был всего лишь ребенком.
— Ну, да…
— Лиль? — поднимаю взгляд, натыкаясь на его губы. Чувствую дыхание, мурашки бегут по коже, тело скованно. Одно прикосновение — электрический разряд в 220 вольт по всему телу.
— Я не знаю почему, Магазинчикова, но, когда тебя вижу, тянет спрятать от всего мира и защищать любой ценой. Возможно, у меня тоже развилась какая-то болезнь.
— Шизофрения, не волнуйся, это лечится.
— А если не хочу?
— Тогда заканчивай философию, и дела делай. Трещишь, как сорока на дереве!
Мы только начали с горячего поцелуя. Пальцы в волосах, сминаемая одежда, вздохи рот в рот в попытке поймать дыхание друг друга, как звонок в дверь прервал все планы на вечер. А стоило увидеть на экране монитора видеоглазка — наши родители. Стоят, улыбаются, будто сейчас от счастья лопнут.
— Давай сделаем вид, что нас нет дома?
— Доронов, это твоя квартира.
— Ну, меня нет дома. Спрячемся за диван, будем молчать, как нашкодившие школьники, сбросившие презерватив с водой на голову соседке. Они позвонят и уйдут, — заныл Амир, будто встреча с папой подобна смерти.
Раздался еще один нетерпеливый перезвон.
— Не говори ерунды, — шиплю на него, тыча пальцем в бок. — Юрку могли увидеть, как объяснишь?
— Дома был, потом ушел. Всякое бывает. Через стену вышел, сел на унитаз — попал в другой мир. Засосало в слив ванной, похитили инопланетяне… — принялся перечислять этот баран, размахивая копытами. Качаю головой, тыча пальцем на дверь.
— Открывай. Живо.
— Без ножа режешь, Магазин, — заканючил, потянувшись к замку. Только коснулся, выдала уже я:
— Может не надо?
Настал его через строго отвечать:
— Надо, Лиля, надо!
И едва распахнулись двери перед удивленными лицами родителей, как Доронов проскандировал, натянув на лицо самую слащавую добродушную улыбку:
— Виолетта, папа, какой приятный сюрприз! Выглядите хорошо, улыбаетесь еще лучше, уже готовы жениться? Вы представляете, нас едва не засосало в другой мир, где мы стали героями!
О Боже, какая чушь. Не удивительно, что Давид Джумберович сделал невозмутимое лицо, повернулся к моей матери и произнес четко:
— Виола, если что, он не сошел с ума. Всегда такой.
— Папа! — возмущается Доронов-младший. Пока я скрываю смех, отчаянно кашляя и киваю головой. Вот только мама не дала насладиться минутами триумфа. Она ослепительно улыбнулась, взяла отца Амира под руку и ответила:
— Он подле моей дочери был несколько часов. После такого трудно оставаться в здравом уме.
Шумно втягиваю носом воздух от возмущения, слыша довольный голос Амира:
— Ха! Слыхала, Магазин? Кто кого еще с ума сводит!
Вот теперь с чувством, толком и садистски ткнула кулаком в бок, услышав чрезмерно жалобное оханье.
— Смерть предателям, — рычу тихо, глядя на довольного собой Доронова.
— Запытаешь до смерти? — мурлычет, наклоняя голову, услаждая взгляд родителей этим мини-спектаклем. — В своей Красной комнате [5]? — двигает бровями, улыбаясь.
— Расскажу о революции 1917 года, начиная с биографии участников!
— О, нет, сдаюсь. Виолетта. Заберите вашу дочь, я слишком молод, чтобы так жестоко умирать…