Глава 17 Марк

Выехав за пределы города, вдавливаю педаль газа почти до упора. Пытаюсь скоростью унять гнев и вину, сжигающие изнутри. Не сразу нахожу нужный дом, все же был здесь всего один раз. Бросаю машину у ворот и долблюсь в них. С той стороны тихо. Свет в доме не горит, но это ничего не значит. Разбегаюсь и цепляюсь за забор. Подтягиваюсь, спрыгиваю во двор. Машины Виктора не видно. Но снег вокруг истоптан, а перед гаражом следы шин. Пинаю ногами входную дверь. Слышу за ней тихий шорох.

— Вик, открывай! Это я, Марк! — стучу кулаком. Дверь со скрипом приоткрывается. Дергаю ее, распахивая сильнее. На пороге Виктор, бледный, помятый. Глаза безумные, несет стойким запахом перегара. Пошатывается, прислоняясь к стене, и бормочет:

— Марк, дружище, ты приехал… А я вляпался… Что делать, друг?

Хватаю его за шкирку и тащу в комнату, швыряю не сопротивляющееся тело на диван.

— Сначала поговорим, дружище, — передразниваю его. Наклоняюсь к его лицу, обхватываю за щеки и требую: — Быстро, четко отвечаешь на мои вопросы. Без вранья. Потом решу, что с тобой делать. Ясно? — он несколько раз кивает. Начинаю по порядку. Если сразу спрошу про Дану, боюсь, он больше не сможет говорить. — Твоя сестра лечилась в клинике, или вы мне соврали?

— Ну конечно, лечилась, Марк… Ты сам требовал. А Лена очень хотела за тебя замуж, — его язык слегка заплетается. Но к счастью до полной отключки не допился.

— Кто контролировал лечение? Ты, твой отец? Или вы сдали ее врачам и забили?

— Я приезжал. Отец тоже…

— Уверен, что она вылечилась? Могла просто купить справку?

— Отец отобрал у нее карточки. И мне запретил давать ей деньги, — отвечает Виктор, но глаза нервно бегают по сторонам. Пинаю его ногой и ору:

— Правду говори! Иначе брошу тебя тут подыхать.

— Не знаю! — воет он в ответ. — Ничего не знаю… могла подделать… не купить… Ленка спала с врачом. Я видел один раз, как они лизались…

— Твари! Вы пытались подсунуть мне наркоманку?

— Мы не могли ее вылечить. А ты бы смог! Родила бы и успокоилась…

— Родила?! — с яростью переспрашиваю я. — Не собиралась она рожать! Я, как идиот, торчал под дверью реанимации, думал, мой ребенок там умирает. А оказалось, он умер неделю назад. Твоя сестра сделала аборт. Вырезала его из себя и продолжала накачиваться дурью. А потом еще села руль. Сама погибла, и других могла утащить за собой. Какого черта вы столько лет преследовали невиновных?

— Не невиновных! Зачем тогда подделывать экспертизу? Значит, она была чистая! — кривится этот урод.

— Откуда ты вообще взял, что ее подделали? И про связи той семьи с экспертами?

Виктор сжимает губы, глядя на меня почти с ненавистью. Очередной пинок заставляет его говорить:

— Нам прислали сообщение. Аноним. Там было подробно про все. И фотографии. Я тебе показывал, ты сам проверял.

— Проверял! — рычу я. — Похоже, нас всех подставили. Направили по ложному следу, — Виктор морщится, как ребенок, у которого отобрали игрушку. — А теперь самое главное! И не ври! После суда ты пытался убить Дану?

— Пытался, — бормочет глухо. — Не убить, покалечить… Я должен был хоть что-то сделать… Это ты отмороженный, тебе все равно… А я любил ее, даже такую…

— Твоя любовь довела ее до могилы! А сегодня? Ты сбил Дану? Говори, тварь! — стаскиваю его на грязный пол.

— Да, я! — орет, глядя на меня снизу вверх. — Что мне оставалось? Аноним написал, что тот мудак-паталогоанатом готов все рассказать. Мы обрадовались. А толку, если он отказался идти в суд? Опять никаких доказательств! Вот я и…

Всё, мои планки сорваны, отпускаю себя и хреначу его, как грушу. Урод даже не пытается защититься, лишь скулит:

— С ума сошел… какое тебе дело до этой суки...

— Заткнись, мразь! Дана — моя женщина. Носит моего ребенка. Если они не выживут, ты не доживешь до суда…

— Твоя женщина?.. Ты променял мою сестру на эту…

— Твоя сестра сама променяла меня и ребенка на наркоту. Врала бы мне потом про выкидыш! — невольно вспоминаю, что чувствовал, когда ко мне вышел хирург и сообщил, что Елена умерла. А я, сцепив кулаки, спрашивал про ребенка, прекрасно понимая, что плод еще слишком мал, чтобы выжить. И только тогда узнал, что моя невеста, не поставив меня в известность, сделала аборт.

Отхожу в сторону. Меня больше не вставляет бить это скулящее тело. Да и какой смысл? Я сам во всем виноват! А с этим… Достаю телефон, набираю полицию и сообщаю, где искать урода, совершившего сегодня наезд на женщину.

— Ты что, Марк… — в ужасе хрипит Виктор, пытаясь подняться с пола.

— Ничего! Не собирался я тебе помогать, — сплевываю и шагаю к выходу. Нахожу рядом с входной дверью замок и запираю его снаружи. Рядом, на ступеньки, кидаю ключ. На окнах тут решетки, значит не выберется. На всякий случай отъезжаю чуть дальше и жду появления ментов. Наблюдаю, как урода с вывернутыми назад руками выводят из ворот и увозят. И только тогда возвращаюсь в город.

Сначала заезжаю к себе домой. Быстро принимаю душ, переодеваюсь, беру ноут и еду в больницу. Собираюсь торчать там, пока Дана не придет в себя. А потом вымаливать прощение. Алекса застаю на том же диване с телефоном в руках. Никого из родных Даны уже нет. Друг подтверждает, что они уехали. Но у реанимационной палаты осталась охрана: пара амбалов. Прошу его использовать все обаяние и любые деньги, чтобы мне разрешили посидеть рядом с моей женщиной, пусть и спящей. Но Алекс возвращается ни с чем. Похоже, у отца Даны тут тоже знакомые. Ну и охрана никого не пропускает. Ладно. Уходить все равно не собираюсь. Проверю местный диван на предмет сна на нем.___________________

Дорогие, мы уже на финишной прямой! Осталось всего несколько глав и эпилог. А дальше вас ждет вторая серия этого литсериала, героями которой станут друг Марка — Алекс и очень-очень необычная героиня)) Сами понимаете, такого, как Алекс, сложно зацепить.

Друзья, пожалуйста, подписывайтесь на мою страницу, чтобы не пропустить начало новой серии и другие новинки! Это самая лучшая благодарность для меня, наряду с вашими лайками и комментариями! А всем, уже подписавшимся, и тем, кто поддерживает книгу большущее спасибо!