Глава 15
Глава 15
Ева
Утро пятницы начинается как обычно. Будильник, кофемашина, мультиварка, в которую я засыпаю крупу и наливаю молоко, душ. Потом стучу к Майе и Денису. Ден встает сам, по будильнику. У него с утра комплекс упражнений. Майя же натягивает на макушку одеяло.
-Мам, еще пять минут...
Бужу я их с запасом из этих самых пяти минут, поэтому не спорю:
-Хорошо. - засекаю пять минут.
И начинаю сушить и укладывать волосы.
Сын выходит из своей комнаты.
-Кашу будешь?
-Угу, - отвечает односложно, что-то высматривая в сотовом.
Откладываю фен в сторону, накладываю сыну в тарелку рисовую кашу. Он любит.
А вот Майя не очень.
Денис принимается есть, цепляя в придачу к каше нарезанные дольки яблок и ломтики бананов.
-Можно я кофе себе сделаю?
Кофе сын тоже любит. Черный. Без сахара. Странно для ребенка.
Но я разрешаю.
-Можно, конечно.
Иду к Майе.
-Пять минут прошло, - докладываю ей, но она меня не слышит. Опять заснула.
Подхожу к кровати, трогаю за плечо.
-Маечка, солнышко моё, вставай, иначе опоздаем, - шепчу ласково.
Сколько у них еще осталось этого детства? Какой будет их жизнь? Я, как могу, стараюсь принести в нее тепла, сама зная, что оно - большая редкость.
-Встаю... - отзывается дочь из-под одеяла. А затем резко садится на кровати. Глаза закрыты. Но Майка терпеть не может опаздывать, поэтому я не сомневаюсь, что сейчас она уже поскачет в ванную.
И точно, моя дочка открывает один глаз, смотрит им на часы на стене.
-Сколько? - распахивает уже оба и скатывается с кровати. Несется в ванную.
Усмехаюсь, а саму переполняет щемящее чувство любви.
Минут через семь Майка появляется на кухне. Горестно вздыхает:
-Каша... Положи чуточку.
-Ешь, а то ветром унесет, - командует Ден, который уже поел и почти оделся.
Стоит возле кофемашины и отхлебывает кофе. Взрослый маленький мужчина.
-Ден, сделай мне капуччино, - просит Майя, - Чтобы с пенкой.
А сама зачерпывает ложкой маленький-маленький кусочек каши.
-Сделаю. Только ешь быстрее.
Под разговор двойняшек ухожу к себе, одеваюсь и наношу макияж.
Когда возвращаюсь на кухню, то тарелка с недоеденной кашей стоит возле мойки. Но зато оба уже собрались и даже два рюкзака стоят в прихожей.
-Май, ты не поела...
-Я... Не хочу, мамочка. Но кофе был вкусный.
Она смотрит на меня хитрющими глазами со смешинками. Лиса-а-а...
-Ладно. Вечером суп сварю и попробуй не съешь.
-Съем! - торжественно обещает дочь, пытаясь в шутку наступить брату на ногу.
Они возятся в прихожей и хихикают. Снова мне начинает казаться, что всё как обычно.
Мы обуваемся и одеваемся, спускаемся к машине. Школа не очень далеко, еду к ней дворами. Так быстрее.
Дети выбираются ихз машины.
-Пока, мам.
-Пока мам.
-Я приеду к часу, - напоминаю Дену, что у нас еще профилактическая беседа о неприменении насилия с классным руководителем.
Направляюсь на работу. Там меня ждет сюрприз - Ветров нашел мне замену. Грузный, тучный мужчина уже сидит в моем кабинете. К счастью, устроился он не на моем месте. В кабинет меня провожает Ветров. В целях безопасности, что ли? По его мнению, я истеричка?
-Петр Олегович Сарыпов, - представляет он мне его, - Ваш приемник, Ева Дмитриевна.
-А это, Петр Олегович, Ева Дмитриевна Вейбех. Она введет вас в курс дела.
Я слышала о нем. Толковый.
Мы настороженно друг другу киваем. И я уже готовлюсь передавать дела, соображаю с чего начать.
Но Ветров не оставляет нас одних.
-Зайди... те... в мой кабинет, Ева Дмитриевна, - велит он. А сам не уходит.
Петр Олегович начинает переводить взгляд с меня на него, справедливо считая, что творится что-то не то.
-Хорошо. Пойдемте, - роняю я устало.
Тогда Ветров резко разворачивается, а я плетусь за ним.
Очень не хочется выяснять отношения, Тем более те, которых нет.
-Дёмин в город вернулся...
Я об этом уже знаю. Но ему-то что до этого?. Судя по всему, у него есть запасной аэродром в лице Игната Владиславовича.
Не дождавшись от меня ни единого слова, потому что я и правда не знаю, что ему отвечать, а главное, зачем, он вдруг также резко отодвигает ящик стола и достает оттуда бархатную коробочку.
Я уже предчувствую какую-то катастрофу.
Я стою возле его рабочего стола. Он тоже стоит, но возле своего кресла. Ставит коробочку на стол и подталкивает её ко мне.
Я напрягаюсь.
-Выходи за меня замуж, Ев, - слышу я.
Но думаю, что мне нужно проверить слух у отоларинголога.
Нащупываю задницей ближайший стул и опускаюсь в него.
-Какой "замуж", Максим?!
Да что творится-то? Все с ума посходили?
-Раз любовницей быть не хочешь... Я дозрел... Я на тебе женюсь, - всё это говорится на полном серьёзе. Еще и в глаза мне пытливо смотрит.
Прижимаю ладони к щекам, закрываю глаза.
-Максим... - говорю спустя несколько минут такого релакса, - Вот объясни мне, дуре, что с тобой случилось? Ты пять лет был вполне адекватным, а сейчас что?
Я реально этого не понимаю.
-Что тебе непонятного? Ты пять лет не подпускала к себе никого... А тут этот нарисовался... Глеб Игнатович...
-И что? - всё равно не понимаю
-Я хочу тебя! - заявляет прямо. Тянется к коробочке, открывает её. Кольцо... Красивое... Но к чему?
-Максим... Мы не всегда должны получать то, что хотим, - озвучиваю правду.
Но он мен как будто не слышит.
-Я не отдам тебя...
И тут меня взрывает.
-Да ты меня едва под него не подложил! Из-за контракта! О чем ты вообще сейчас? Я не выйду за тебя! -вскакиваю на ноги и направляюсь на выход.
-Кольцо Маринке своей подари! Сколько она его ждет?
-Зря ты так, Евочка. Лучше бы подумала.
Не слушаю этот бред. Надо сесть на больничный. А то я уже не знаю, что от него ждать. Собираюсь так и поступить, но приходит сообщение: "Дела передавай. Я уехал. До конца следующей недели".
Покрываясь испариной, сидя пока еще в своем руководящем кресле, пялюсь в сообщение Ветрова.
Потом приходит еще одно: "И подумай хорошо над моим предложением".
Возникает желание хлопнуть себя по лбу и заорать.
-Всё в порядке, Ева Дмитриевна? - спрашивает Петр Олегович, про которого я даже забыла.
-Почти, - тихо шепчу я, - Только гендир с ума спятил...
-Что, простите? - он то ли действительно не расслышал, то ли предпочел сделать вид.
-Ничего. Давайте работой займемся. У меня сегодня времени до обеда, - после всего этого мне резко расхотелось что-то кому-то доказывать.
Выбраться бы из этого сумасшедшего дома, наконец уже.