Глава 3

Мне стало нечем дышать.

Такое ощущение, что вокруг всё погасло и в этой густой темноте я различал только один силуэт.

Вся окружающая реальность сузилась в одном человеке и я, не веря своим глазам, оцепенел от шока.

Целое бесконечное мгновение я блуждал диким взглядом по миниатюрной фигурке и пытался собраться с мыслями.

Она меня не видела, улыбалась знакомым.

Я же не мог оторваться и щупал глазами каждый её миллиметр, получая безумное насыщение.

Когда мой взор остановился на том, как нежно её берёт за руку мой брат, меня словно ударили под дых.

В голове помутилось, и я резко подскочил на ноги, перетягивая интерес присутствующих на свою персону.

Мне лишь хотелось поймать взгляд Миры и увидеть в нём себя.

Меня накрыло волной вопросов и, наверное, я выглядел очень глупо.

Как она здесь оказалась? Помнит ли меня? Что мне делать? Тянуть время или пойти напролом, заявив о себе?

Ответы все были на поверхности, но я с тревогой осознавал одно — она появилась не из-за меня.

Мира здесь ради другого.

Ради Федьки.

Нужно быть тупым, чтобы не различить нежность в её глазах, когда он демонстративно переплёл их пальцы.

Давай же, Руслан! Сделай что-нибудь!

— Это и правда интересно! — до боли в щеках растянул сумасшедшую улыбку. — Что за рыжая веснушка рядом с тобой?

Силясь не сломать брату руку, что дотрагивалась до желанной девчонки, я импульсивно вышел из-за стола и пошёл в их сторону.

— Это Мирослава. — насторожился Федька, зная мою спонтанную натуру. — Моя девушка, Руслан. — предупреждающим тоном.

Чувство несправедливости подкатило к горлу и готово было вырваться нецензурной бранью.

Остановили широко распахнутые глаза девочки. Она с таким изумлением рассматривала моё лицо, что быдлом выглядеть резко расхотелось.

Хоть с братом мы в выражениях никогда не стеснялись.

С одной лишь разницей. Я всегда был честным и прямолинейным, говорил то, что думал. Фёдор скрытный, скользкий и часто лицемерный.

Я бы тоже верил в его святочную харю, но по семейным обстоятельствам жил с ним бок о бок и лицезрел то, что от других усиленно скрывают.

Он завистливый, вечно ноющий, трусливый.

И это я ещё любя.

Так уж получилось.

Мы разные. Во всём.

Судя по всему, одна схожесть в нас всё-таки есть… мы оба положили глаз на одну и ту же девушку.

Блин, да это же бредово.

Она ему вообще не пара.

Меня просто ослепляет её внутренняя энергия, волнами захлёстывает.

А глядя на него, я могу различить жужжание пролетающей мимо мухи.

Бесцветно. Постно.

Полная противоположность меня.

Неужели ей с ним хорошо? Да я бы помер со скуки.

— Ты и меня представь! — перекинулся с ним многозначительным взглядом. — Пары слов, что я лучше тебя будет достаточно!

Начало концерта Феде не понравилось и он выдохнул полной грудью.

— Мой непутёвый брат. — сообщил он Мире и скосив на меня осуждающий взгляд, с безнадёгой добавил. — Родственников не выбирают.

— Так-то я первенец. — приблизился к Мирославе и взяв её свободную руку, поднёс к своим губам. — Во всём.

— Ты не говорил, что у тебя есть брат… — растерянно произнесла девочка, следя за тем, как я погладил пальцем то местечко на коже, где только что оставил свой поцелуй.

— Вот поэтому и не говорил. — буркнул Федька, выставив мне диагноз душевнобольного.

— Нравлюсь тебе? — смутил девчонку ещё больше и улыбнулся.

— Ты никому не нравишься. — озвучил приговор Фёдор и бессовестно вырвал девичью руку из моей нежной хватки.

Мерзавец!

— Она будет исключением. — мотнул головой на недоумевающую Миру и игриво подмигнул. — Любишь споры, веснушка? — тонкий намёк на наше знакомство у фонтана и её щёки становятся такого же яркого цвета, как и волосы.

— Мне в них не везёт. — свела она брови на переносице и кивнула Федьке на стол, где ждали гости.

Ты посмотри-ка… кусается.

Ну ничего! След я уже взял и ничто не заставит меня повернуть назад.

Азарт погони только ещё больше возбуждает.

Подавив в себе волнение, я прошёл на своё место и взялся контролировать ситуацию уже оттуда. Мира старательно не отвечала на мои взгляды.

Как будто приковали к Фёдору.

Удивляясь, как до сих пор в моей руке не погнулась вилка, я забивал рот любой едой, лишь бы не выпустить наружу поганые вопросы про их неуместные отношения.

Один всё же вылетел.

— Мирослава. — вынудил её повернуть голову ко мне. — Сегодня ещё никто не тешил самолюбие именинника. Может, начнёшь?

Её глаза недобро сверкнули. В них отчётливо заострился затыкающий посыл.

— Кто ещё, если не подружка, сможет уверить его, что лучший здесь только он? — отсалютовал ей бокалом чужого вина и запрокинув голову, неприлично вылил содержимое в рот. — Давай, красавица! Просвети же нас. Что ты нашла в моём заурядном брате?

— Он не заурядный! — распустили языки его друзья. — Федя замечательный!

— Так, ботаны, а ну прикрыли все свои клювы! — зыркнул на них исподлобья. — Раскудахтались ещё! Пресмыкаться будете, когда дойдёт ваша очередь, а пока слово девчонке с убогим вкусом… — казнив взглядом некоторых смельчаков, что попытались мне возразить, я скрестил руки на груди и изогнув бровь, пристально посмотрел на Миру.

— Убогим он бы был, если б я предпочла тебя.

Воу! Вмазала, так вмазала!

— Отчего же? — хмыкнул я, поймав шпильку в свой адрес. — Лицом не вышел?

— Психикой. — втянулась она в перепалку.

За столом прошла волна насмешек и Мирослава, будто очнувшись и нарушив наш контакт, невинно улыбнулась.

Не любит внимание или пытается соответствовать собравшейся компании?

Да ну! Это же ужасно!

Сфокусировав на лакомой добыче взгляд, подпёр подбородок кулаком и с любопытством уточнил:

— А ты у нас подчиняешься только нормам морали, да, Мира? Идёшь на поводу у социума? — обвёл глазами всех таращащихся на меня нудил. — А как же быть в согласии с собой? Следовать велению сердца?

— А оно у тебя есть? — выпалила девчонка, пристально вглядевшись в мои глаза.

— Идём со мной и узнаешь! — на секунду представив, как она соглашается и мы остаёмся одни, бесконтрольно облизнул губы, как маньяк.

— Руслан. — именинник начал сердиться.

— Жить по указке… — скривился я. — Это же так скучно.

— Это правильно. — снова вторгся в мою речь брат.

— Для кого? — ответил я. — Для них? — снова под раздачу попали гости. — Что за рабская психология? — вернувшись к раскрасневшейся веснушке, с видом мудреца произнёс. — Каждый сам кузнец своего счастья. Только ты решаешь как использовать то время, что неумолимо истекает.

— Не нужно меня учить. — хмуро сдвинула брови Мирослава, отчего стала выглядеть, как огненная воительница.

Я аж бесконтрольно пришёл в восторг.

— Именно! — хоть она и далеко сидела, я наклонился всей грудью на стол и понизил голос так, что другие рефлекторно навострили уши. — И другим это не позволяй. — с намёком на прогнувшегося под общество Федю.

— Спасибо. — произнесла с сарказмом красавица. — Но я как-нибудь сама разберусь. — и выдохнув через ноздри, как свирепый дракон, в поисках помощи, отвернула голову к моему брату.

— Захочешь вкусить все радости жизни… Я весь твой.

— Ты ещё не по всем моим друзьям прошёлся? — наградил он меня тяжёлым взглядом. — Обязательно нужно прицепиться и выбесить?

— Таков мой удел. — пожал я плечами и изобразив прискорбие, проткнул вилкой помидорку Черри, что была в моём салате. — Давить слабых. — запустив её в рот, я, громко жуя, улыбнулся задротам «окровавленными» зубами. — Но ты, веснушка, здесь явно лишняя!

— Это не тебе решать. — стиснул челюсть братец. — И её зовут Мирослава.

— Конечно не мне! — чувствуя, что уже до отвала набил пузо, отложил столовые приборы и откинулся на спинку стула. — У веснушки, в отличие от вас, нытиков, виден потенциал! Крутой нрав! Мне нравится!

— Хоть сегодня избавь нас от своей демагогии! — закатил глаза Фёдор и все его дружки мгновенно поддержали.

— Дождусь ответа на свой вопрос и буду вынужден покинуть вас, друзья! — приложил руку к сердцу и почти искренне расстроился.

Просто сил больше нет на то, как она на него смотрит. Ещё чуть-чуть и я обрушу этот стол, лишив жизни каждого, кто к этому причастен.

— Что ты в нём нашла? — повторил я с отчётливым нажимом.

— Мир, я тебя прошу, ответь ему и мы спокойно продолжим. — настоятельно сжал её руку Федя.

Встретившись со мной глазами, она как-то уж обречённо выдохнула и голосом робота ответила:

— Стабильность.