Глава 10. Джин

— Ты злишься? Почему?

Я стоял у вертолёта, а над нашей головой раскручивался ветер. Раньше я не замечал этого, даже не придавал значения тому, как в её каштановых волосах играет солнечный свет.

Конечно, я был зол. В первую очередь злился на то, что не могу остаться с ней и не улетать, но видимо судьба распорядилась иначе, послав мне такое испытание.

— Я не злюсь, тебе кажется. Всё в порядке, Мила…

Мне нравилось её имя. В нашем языке не было таких нежных имен. В нём было так много звуков, которые мне нравились всё больше. Я всё больше хотел узнать о ней. Понять как она смотрит на вещи и что думает о них. Спросить почему сейчас, когда мне грустно, она улыбается? Почему прячет свои эмоции, словно за глухой стеной?

Я всегда верил, что в девушке должна быть загадка. Да! Этот стереотип о мужчинах совершенно верный — мы хищники, и нам интересна наша добыча, пока мы не знаем как её выследить.

Мила была не просто девушкой с загадками и своими скелетами, она была тайной для меня.

— Тебе нужно лететь. — она привстала на носочки и легко прикоснулась к моим губам своими.

Это было мимолетное движение, но в нём было столько смысла, что передо мной на один короткий миг встала картина того, как она точно так же провожает меня на работу, например. Или в магазин…

Мне хотелось этого. И это было совершенно нормально и не удивительно. Я всегда был слишком зациклен на времени, всегда спешил. И сейчас я не собирался терять ни минуты. К чёрту все сомнения! Она нужна мне! Я знал это, еще когда впервые почувствовал её взгляд на себе.

Поэтому я протянул руку, и зарылся всей ладонью в её волосы, заставив подойти ближе. И она опять привстала. Неуклюже опёрлась, как ребенок о мою грудь, в попытке удержать равновесие, когда я поцеловал её.

Чёрт, я не мог насытиться этой мягкостью, этим вкусом, этими ощущениями.

Я знал многих женщин, помнил их вкус на своих губах, и каждый раз он был другой. Совершенно разные эмоции рождали совершенно разные женщины. Одну я любил, других просто хотел…

Но Мила… Это другой вкус. Он приторный, словно мед, но с тем горький, как корица. Вкус загадки.

И каждый раз, когда я углублял поцелуй, вторгался в неё в желании почувствовать, что она тоже этого хочет, я сходил с ума от того, как она тихо издавала стон, который отзывался вибрацией в её гортани. Я мог почувствовать эти вибрации даже на её коже, когда сжимал и поглаживал её затылок.

Она придвинулась теснее и я задохнулся от того, как она зарыла свои маленькие пальчики в мои волосы и легко потянула за них, сжав в кулак. Заставила меня обнять её, полностью обхватить за тонкую талию другой рукой. Но на этом она не остановилась…

Мила оторвалась от меня всего на миг, чтобы с жадностью прикусить и оттянуть мою нижнюю губу.

— Остановись…

Я оторвался от неё и взял ее лицо в руки. Мила тяжело дышала и смотрела на меня мутным и томным взглядом.

Боги, дайте мне сил улететь отсюда, иначе ещё минута и я откажусь от всего!

— Уходи… Быстрее!

— Я вернусь!

— Я знаю!

И ещё один короткий, но глубокий поцелуй, чтобы отпустить её, развернуться и сесть в этот проклятый вертолёт.

— Капитан!

Я очнулся спустя час, когда Слюнявчик вовсю размахивал рукой перед моим лицом.

— Что?!

Бён застыл, а потом виновато улыбнулся и передал мне планшетку с координатами высадки. Это был посёлок у северной границы Вьетнама. Тихое и спокойное место, если не учитывать парочки наркодиллеров, что торговали оружием на чёрном рынке, как новогодними игрушками китайцы.

— Время операции двадцать три ноль ноль. Высадка за три километра от цели. Задать координаты и передать в штаб.

Я поднялся и надел шлем, предварительно проверив оружие и средства связи с группой. Парни встали следом и приготовились к высадке.

— Заданный квадрат один… два… четыре… семь… три. Цель определена. Приступаем к выполнению задания!

— Вас понял, черный дракон! Ждём вас на заданной точке через два часа.

Я кивнул пилотам, и парни открыли двери, скинув вниз тросы.

— Удачи, капитан Ван!

Слюнявчик отдал нам честь, и высадка началась.

Жёсткие тросы грузно упали между густых ветвей, за которыми не было видно ничего. Кромешная тьма джунглей поглотила наши фигуры, и я с глухим звуком встал в болотную тину.

— Действуем согласно приказу. Никого не оставлять в живых.

— Есть!

Небольшой группой из пяти человек, мы друг за другом начали пробираться сквозь заросли в кромешной темноте. Все что мы могли разглядеть показывали приборы ночного виденья. Поэтому мы двигались быстро и почти бесшумно.

Снайпер отыскал нужную ему позицию в пятистах метрах от дома. Он быстро отделился от группы, а мы двигались дальше.

— Рассредоточьтесь!

Мы уже были у цели, когда двое моих ребят отошли за периметр здания, и нейтрализовали охрану.

Шаг за шагом мы подбирались всё ближе, и я понимал, что войти можно только через подвал, который оказался винным погребом.

Быстро и без шума мой напарник вскрыл дверь и вошел внутрь здания.

— Хорошо устроились гады…

Я скривился когда посмотрел на стройные ряди дорогих вин, которые пробовал только в ресторане, и то не все.

— Капитан!

Парень приставил палец ко лбу и показал наверх, когда я услышал, что дверь медленно открывается и в подвал спускаться двое.

Я кивнул и мы прибились к стене у одного из деревянных стеллажей.

Это были слуги, увидев которых я опешил. Откуда в этой глуши слуги? И в этот момент в моей голове пазл сошелся. Они приказали убрать всех не просто так… Этот дом… Он словно логово, оснащённый серьезной охраной, не мог быть простым жилищем наркоторговцев.

И тем более их слугами не могли быть люди с европейской внешностью…

— Действуй!

Я вышел вперёд и двумя точными выстрелами положил двоих мужчин. Следом прозвучал взрыв. Это означало, что остальная часть группы добралась до цели.

Быстро и не останавливаясь, мы вбежали в дом. Всё заволокло дымом, а верхние этажи уже горели, поврежденные взрывом.

— Капитан! У них минное поле под домом!

Сквозь помехи я расслышал крики и шум, но спустя ещё миг, нас откинуло к ближайшей стене ещё одним взрывом.

— Вашу ж мать!!! — я сцепил зубы и поднялся обратно на ноги.

— Они знали, что мы придем?

— Это вообще не они!

Парень приподнял прибор ночного виденья и посмотрел на меня ошарашенным взглядом.

— Как?

— А вот так! Нам намеренно не сообщили о том, что это арабы!

Об этом говорило все — пышное убранство, которое даже сквозь дым и копоть блестело золотом, огромные ковры на полу и запах…

Так пахли их благовония…

Я приставил руку к уху и включил внутреннюю связь. Будучи так долго на службе, я понимал что цель этой зачистки не просто убрать всех, а сровнять это место с землёй. Поэтому минное поле было как нельзя кстати.

— Где?

— Пять метров от дома к северо-западу.

— Подорвать всё!

Я опять услышал помехи, и в этот раз на связь вышел снайпер.

— Капитан! Код три семёрки!

— Сучий ты потрох! Ты не мог раньше мне сказать?!

— Это приказ! — послышалось шипение и тяжелый вздох. — Майор Ю не хотел, чтобы вы сорвались раньше времени!

— Попадись мне только на глаза, засранец!

— Простите…

— Иди к черту!

Я развернулся к напарнику и за шиворот пихнул обратно в погреб.

— Найди остальных и приведите все хлопушки в действие через пять минут!

— Вас понял!

Этого времени мне должно было хватить, чтобы найти заложника и вывести его из здания. Кого искать естественно я не знал, но понятно было одно — если его личность засекречена, значит это не простой смертный.

Первый этаж был пуст, но на лестнице я встретил несколько человек, которые верно ждали моего появления. Если бы не моя выправка, и то что на мне было десять килограмм брони, меня превратили бы в решето за пару секунд.

— Мы на месте, капитан!

Я встал за стену, и вытащив чеку из гранаты зубами бросил её вверх по наклонной. Это была обычная хлопушка, которая оглушит их, и даст мне возможность убрать охрану без лишнего шума.

— Я тоже!

Несколько секунд и коридор со ступенями был пуст, вернее в нём кроме меня в живых не остался никто.

Я прикрыл глаза, и снова сцепив зубы быстро поднялся наверх. Огонь уже подбирался к комнатам, в одной из которых я и нашел её.

— Помогите! Прошу!

Я встал в ступор. Передо мной была женщина, прикованная к кровати наручниками, избитая настолько, что я еле признал в ней главу международного благотворительного фонда "Аравия" — Кхели Амунаби.

— Помогите…

Ещё немного и она потеряет сознание, и нам будет сложнее выбраться из дома в одиночку. Выхода не было. Я подхватил один из стульев и с размаху выбил окно. Воздух втянул пламя в комнату, и мы пригнулись от того как загорелись двери.

— Слушайте меня внимательно, — я присел и снял "глок" с кобуры. — Отвернитесь и закройте глаза.

Она только кивнула, и быстро отвернувшись, дважды вздрогнула после того, как я прострелил наручники, что удерживали её запястья.

Снизу послышалась возня, а это значит, что у меня нет и тех двух оставшихся минут. Поэтому я поднял женщину и подвёл к окну, которое было на высоте второго этажа.

Неподготовленный человек, спрыгнув, наверняка получит травмы, а женщина итак избита в кровь.

— Выбирайтесь из окна и становитесь на парапет, и только когда я скажу, прыгайте следом за мной!

— Хорошо…

Она неуклюже встала на парапет и схватилась мёртвой хваткой за выступ оконной рамы. Я же выбрался следом и без предупреждения спрыгнул, спружинив и поднялся.

— Сейчас, Кхели! Быстро!

Женщина на один миг побледнела ещё больше, но в момент когда шум голосов в окне стал отчетливее, она зажмурила глаза и оттолкнулась.

Стать подушкой безопасности для кого-то я не планировал, но все же сумел смягчить падение Кхели.

— Под стену!!!

Над головой послышались крики и я возвёл автомат. Несколькими выстрелами заставил этих тварей вернуться обратно, и спрятаться. Дым валил из каждой щели дома, а пламя искало себе выход, нещадно поглощая богатый особняк.

Остальную работу заканчивал снайпер, который за нашими спинами убирал цель за целью.

Я тянул Кхели подальше от дома, и наконец, заставив прислонится к ближайшему дереву, услышал как поочередно прозвучали взрывы.

— Цель уничтожена, заложник у нас!

— Вас понял, капитан! Ждём в заданном квадрате!

Я не мог смотреть на Кхели, на то насколько она была изранена и побита этими тварями. Не мог, потому что перед моими глазами, словно издевка небес, стояла Мила. То как она обвешанная взрывчаткой смотрела мне в глаза и прощалась.

— Докладывай, Ван Джин!

Мне хотелось что-то сломать или кого-то сломать! Разнести в щепки этот проклятый кабинет, и с чистой совестью выйти вон. В меня словно демон вселился, настолько я был зол на майора, на этот мир, и на самого себя.

— Мы зачистили и сравняли с землей всё в округе. Госпожа Амунаби доставлена в закрытую частную клинику.

Майор Ю поднял взгляд от бумаг, и просканировав меня глазами, остановился на сжатых в тонкую линию губах, и лице.

— Ты недоволен, и я тебя прекрасно понимаю…

Я выдохнул и выпрямившись по стойке смирно, задал вопрос:

— Могу я говорить свободно, майор?

Он вздохнул, и прикрыв глаза кивнул.

— Нет! Вы не понимаете! Я мог убить ее раньше, чем мне было доложено о цели задания. Я мог подорвать этот дом, к чертям! Вы это понимаете?!

— Ван Джин… — майор поднялся, но я не дал ему закончить.

— Почему нас отправили туда обманом? Неужели руководство за столь длительный строк моей службы, ещё не прониклось ко мне и моим бойцам праведным, мать его, доверием?!

— Капитан Ван!

Я содрал лычки и с силой положил их на стол прямо перед командиром.

— Если это так, значит я не заслужил носить эти шевроны!

— Ван Джин… Я прошу тебя об одном! Приди в себя! Ты как с цепи сорвался после гибели Ван Мина!

Но я уже не слушал майора, я думал совершенно о другом. Мысленно я был рядом с человеком, который даже на расстоянии знал, что нужен мне, потому что я почувствовал как в нагрудном кармане завибрировал телефон.

— Отдохни! Даю вам с парнями четыре дня отпуска!

— Слушаюсь!

Я буквально выбежал из кабинета командира и выхватил телефон, на котором высветилось сообщение:

"Катерина сказала, что подарит тебе хороший виски за то, что я наконец перестала ходить как злыдня… Надеюсь ты в порядке…"

Всего одно движение и я слышу гудки.

— Джин!

— Мила… Поговори со мной. Просто расскажи что ты сегодня делала…

Я расслышал возню на том конце провода, и шаги. Она куда-то быстро шла.

— Мы улетаем, Джин. Нас перебрасывают в Афганистан.

Я остановился на пол пути из коридора, что вёл в вестибюль административного здания штаба. Мимо меня проходили военные и отдавали честь, пробегали простые люди в форме, мимо меня проходило время.

— Куда именно?

— Я ещё не знаю, но связь там будет хуже чем здесь! — я слышал как её голос дрогнул, и она остановилась. — Ты же…

— Я найду тебя, где бы ты не была, Мила! Я тебе обещал!

— Джин… Это Афганистан! Здесь война и вряд ли ты сможешь рассекать там на байке.

Она улыбнулась в тот момент, когда я не видел в этом ничего веселого. Но эта девушка по-прежнему могла улыбаться. Видимо только мне.

— Мила…

Но связь оборвалась, и я опустил руку, продолжая стоять и смотреть на солнечные лучи, которые окрасили мраморный пол вестибюля в красный. Там ещё был день, здесь солнце уже садилось.

Я не помню как оказался здесь. Помню лишь, что поднялся с утра в пустой квартире и осознал, что это не то место, где я должен быть.

Вещей у меня было немного, поэтому собрать две сумки тряпья и забрать самые дорогие мне предметы не составило особого труда. Всё было сделано буквально за час. Тонированная "тойота" в которую я не садился уже пол года, приятно заурчала подо мной и повезла меня в другое место. Туда, где был мой дом.

— Джин!!! Мальчик, ты вернулся домой!

Даже не успев выйти из машины, буквально поставив одну ногу на асфальт, я услышал до боли родной голос госпожи Ли.

— Ты вернулся?

Я наконец выбрался из автомобиля и обнял женщину, что даже тащив две огромные сумки, подбежала ко мне, как к собственному сыну.

— Да, госпожа Ли! Я вернулся, но лишь на несколько дней.

— Ох, но ничего! Пойдем! Я накормлю тебя вкусным завтраком. Наверняка ничего не ел с утра. Скоро Суг Дже приедет, у него тоже выходные, наконец-то.

Она всё говорила, а я всё слушал, пока мы поднимались от моего дома к их маленькому особняку. Вокруг всё пожелтело всего за каких-то пару недель, а в воздухе пахло осенью.

Мы вошли во двор и я привычно уселся на деревянный топчан.

— Ничего не меняется! — женщина встала у двери и улыбнулась. — Хочешь поесть тут, как в детстве. Ты никогда не заходил в дом, чтобы позавтракать. Вечно вы ели на этом топчане.

Я улыбнулся в ответ и лишь покачал головой, потому что калитка скрипнула и следом вошел Суг Дже в теплой куртке и с сумкой на плече.

— Какие люди, и без охраны.

— Так вот же она, охрана! — я бросил в него бумажным пакетом, что всё это время был у меня в руках. — Явилась следом за мной!

— Ты какого не предупредил, что там бутылка?! — Дже нахмурился, но когда разглядел что внутри злорадно ухмыльнулся.

— Я всегда держу своё слово, брат!

— Особенно, когда это касается шикарного рисового "саке", — он бросил сумку и уселся рядом со мной. — Я там твою крошку на дороге видел, с чего бы ты прикатил на машине?

— Мне нужна твоя помощь.

Суг Дже поднял серьезный взгляд и нахмурился, кивнув, чтобы я продолжил.

— Мне за три дня нужно привести в порядок отцовский дом.

За спиной что-то громыхнуло, и мы вместе обернулись, испугавшись за госпожу Ли. Но с ней всё было в порядке. Женщина стояла позади нас со слезами на глазах, и улыбалась.

— Наш мальчик действительно вернулся домой!

— Мам!!! — Дже закатил глаза и покачал головой. — Что здесь такого?

— Помолчи, оболтус! — она подняла приборы, и поставила между нами еду, вытирая слезы. — Лучше иди и найди все отцовские инструменты, а я позвоню Чхве Йону на рынок, пусть привезет свежий сруб и краску.

После этих слов женщина быстро засеменила в дом, а я прикрыл глаза от удовольствия, которое мне приносил запах свежей рыбы и токпокки госпожи Ли.

— Что происходит, Джин?

— Я хочу привезти Милу домой.

Бедный Дже чуть не прокусил палочки, которыми уже успел залезть в рыбу и оттяпать икру.

— Ты серьезно?

— Вполне.

Он положил приборы на стол и сел удобнее, чтобы рассмотреть моё лицо. Вначале он просто наблюдал как я жевал, а потом и вовсе застыл заметив улыбку на моем лице.

— Ты не входил туда, даже со мной. Что эта девушка сотворила с моим другом, и кто ты такой?

— Спросишь её, когда я вас познакомлю.

— Я уже, признаться, дождаться не могу, чтобы пообщаться с ней.

Мы ещё долго ели, и собирались, пока не приехал тот самый господин Чхве Йон и не привез всё необходимое.

Дом был старым и традиционным, поэтому почти все его элементы, и даже несколько стен были деревянными. Я ужаснулся, когда понял насколько забросил место в котором был по настоящему счастлив.

Я стоял по среди старого заросшего двора, и единственное, что мог это снять кожаную куртку и закатав рукава, начать приводить всё в порядок.

Шли дни, и ни я, ни Суг Дже уже две сутки не выходили отсюда. Я верно обезумел, потому что истратил почти все свои сбережения, только бы ей здесь понравилось. Только бы она не захотела отсюда уезжать.

Каждый предмет напоминал мне о родителях, каждая деталь приносила болезненные воспоминания, но я понимал, что должен отпустить это. Я обязан перешагнуть этот этап и почти дальше. Ради времени, что у меня ещё и есть, и ради того, что чувствовал к Миле.

Я впервые понял, что не должен держать эту боль в себе, но должен о ней помнить. Память это единственное, что у меня осталось от них…

— Дже?! Куда ты дел старую раму? Я вызвал машину…

Я как раз выходил из сарая, что стоял за домом, и пытался вытереться от мазута, которым этот дурак измазал весь стол с инструментами.

— Привет!

— Что ты здесь делаешь?

— Приехала навестить маму, и встретила госпожу Ли. Она сказала, что ты вернулся обратно домой.

— Вернулся, — я прошел мимо неё и надел кофту. — Ты что-то хотела?

Не смотря на осень сегодня был теплый день, о чём можно было судить и по внешнему виду Ю Ны. Девушка стояла в коротком манто и платье.

— Джин… Я прошу тебя, поговори со мной.

Я стоял к ней спиной и сбрасывал остатки дерева в мешки, чтобы погрузить их на мусоровозку.

— Ю На! Мы кажется выяснили всё в прошлый раз, и я чётко дал тебе понять, что эта тема закрыта.

Моего плеча коснулись её руки, и я вздрогнул, когда она обхватила меня и сцепила пальцы на моем животе, положив голову на мою спину.

— Прости меня… Я… Мы все делаем ошибки. Я так долго ждала этого момента. Так долго хотела поговорить с тобой и объяснить всё. Мы были подростками, детьми… Я… Мне было страшно, Джин! Я не хотела отпускать тебя, но… Я хотела другой жизни.

— И ты её получила! — я схватил её за руки и попытался расцепить их, но девушка сильнее прильнула к моей спине и я услышал тихие слёзы.

Опять эта ложь. Она словно блажь, появилась перед моими глазами и я обернулся. Но лучше бы этого не делал…

Ю На резко привстала и вцепилась в мою шею мертвой хваткой, впившись в губы.

Что я чувствовал? Я мыслил, что женщины бывают до невозможного глупы и недалёки. Я смотрел на то, как она ждет моего ответа на свои действия и просто стоял.

Когда Ю На поняла, что этот жест не возбудил меня, мало того даже не удивил, она медленно опустилась обратно и отпустила меня.

— Теперь ты наконец поймёшь, что нет смысла больше унижаться передо мной, Ю На. Просто живи своей жизнью. Мы не подходим друг другу…

Я развернулся и направился в дом, оставив ее одну. Но она не удивила меня и тут.

— А медсестра из совершенно чужого мира значит подходит? Да?

— Не смей!

Я обернулся в пол-оборота и посмотрел ей прямо в глаза.

— Даже не смей заговаривать об этом, На. Просто уходи. Я действительно устал от твоего излишнего внимания в последнее время.

— Ты ещё поймешь, что это неправильно. И я буду ждать этого момента, Джин!

Она развернулась и быстро ушла в сторону внутреннего двора.

— Я не хотел вмешиваться…

— А нужно было, Дже!

Друг вынес мне телефон и я сразу же поднял трубку.

— Вылет в эту пятницу. Задачу одобрили, документы у руководства.

— Слушаюсь!

— Вернитесь целыми, Ван Джин!

— Приказ понял, майор Ю!

— Выполняй!

— Есть!