Глава 3.2
Слово за словом, и я не заметила, как мы перешли на «ты». Хорошо хоть мозги не совсем отключились, и я поглядывала на табло в ожидании посадки. С тоской поглядывала. Умом понимала, что на этом наше волнующее знакомство закончится, но …что там про надежду говорят?
Увидев свой рейс, поднялась чуть ли не с королевским достоинством, правда, на ватных от волнения ногах и думала поставить точку в этом приятном предполетном разговоре.
- Ты тоже в Сочи? – удивленно изогнул бровь Олег.
- В Сочи, - сердце екнуло и едва не провалилось в желудок, а то и ниже. Неужели это знак?
- И мы летим одним рейсом. Значит, еще пересечемся. Честно, не хочется расставаться. Такое ощущение, что мы знакомы всю жизнь, - он словно отсканировал мои чувства и озвучил их. - Давай обменяемся номерами, потом мало ли что. Вдруг телефон сядет, или в толпе потеряемся. Такие вещи нельзя пускать на самотек.
Внутри меня тихо повизгивало от радости какое-то маленькое неизбалованное существо, которому вдруг улыбнулась удача. И хотя я по-прежнему была уверена, что второй встречи, во всяком случае согласованной, не будет, все же послушно протянула свой «редми». Олег улыбнулся своим мыслям и покачал головой.
- Совершенно правильный жест. Я забиваю в твой телефон свой номер и звоню. Только так можно убедиться, что номер записан правильно. А то бывает при диктовке ошибешься на одну цифру и потеряешь судьбу. Про судьбу прозвучало так естественно и легко, что я не уловила намека на что-то серьезное. Ну обменялись телефонами. Ни к чему это не обязывает. Сойдет с трапа и тут же забудет. Вон сколько ярких и стильных по-настоящему, а не так, как я, - по ситуации, девушек. Но он, к моему удивлению, не шутил.
- Идем? Мы отправились на посадку. Но первый прокол в моем успешном имидже не заставил себя ждать. На последнем этапе проверки перед посадкой пассажиры разделились на два ручейка – эконом и бизнес.
Олег направился к бизнесу и вопросительно посмотрел на меня – чего я торможу. Потом сообразил, что бизнес-класс – это не всегда и не для всех очевидный выбор, и коротко кивнул.
- Встретимся.
Я неловко улыбнулась и пристроилась в свою очередь. Всю недолгую дорогу к самолету я пыталась натянуть на лицо непринужденную улыбку. Хотелось показать, что мне без разницы где сидеть – в эконом или бизнес-салоне. Но ничего так и не получилось. Встретившись глазами с Олегом, комфортно расположившемся в кресле у окна бизнес-салона, я снова вымученно улыбнулась и пошла к своему месту, мысленно посыпая голову пеплом. Какого черта я поддалась на провокацию Ульки?! Очевидно же! Чтобы вести себя как богатый и успешный человек, нужно быть богатым и успешным человеком. Иначе любая мелочь может выдать правду о тебе.
То, что места у нас были в разных концах самолета, давало возможность снять розовые очки и посмотреть трезво на ситуацию.
Но они словно приросли ко мне и подло не собирались сниматься. Весь полет я смаковала каждую деталь нашего знакомства, внутренним взором воскрешала его внешность Олега. Твердо очерченные губы, характерный прищур серых глаз, его голос…
Правда, когда командир сообщил, что мы приступаем к посадке, меня накрыла совершенно нерациональная, какая-то глупая обида на судьбу. Сейчас мы еще в одном пространстве, а через несколько минут расстанемся. Слово «Встретимся» вполне могло быть сказано из вежливости.
Я убеждала себя, что мы из разного теста. Он в бизнес-зале как у себя дома, а я по факту самозванка.
Принцы на Золушках не женятся. Ну или очень редко. По большому везению. Мой же уровень везения – это как математическая функция, которая стремится к нулю. Нацепив на лицо доброжелательность, вышла из самолета, ответив искренним спасибо на слова стюардессы: «Будем рады видеть вас снова!»
В аэропорту по полной окунулась в нервяк – надо было найти стойку с багажом.
Я принялась крутить головой, и снова едва не присела: услышала голос Олега почти над ухом.
- Пойдем. Стойка номер шесть, - он уже получил свой стильный кожаный чемодан в специально отведенном месте и теперь заботился обо мне.
Как ледокол, уверенно лавировал среди толпы, а я, как легкое суденышко, послушно семенила в его фарватере и жадно ловила его запах. Правда, при этом ругала себя за то, что мозг превратился в какой-то розовый зефир.
Улька учила меня: «Ты достойна самого лучшего. Поэтому веди себя с достоинством аристократки. Без заносчивости, но доброжелательно. И слегка дистанцируясь».
Доброжелательно и сдержанно – это пожалуйста. Но внутри – синдром самозванца и одновременно – доверчивого щенка.
И этот щенок, как я ни стараюсь его приструнить, сейчас беззаботно хлопает ушами и хочет, чтобы этот мужчина стал хозяином, который будет заботиться о нем, чесать за ушком и играть.