Часть 63. Яна

— Это что тут у вас сгорело? — размахивая перед лицом сложенной газетой, недовольно пробурчал Тимур. Убрал со своего любимого места полотенце и важно приземлился во главе стола.

— Оладьи. И не преувеличивай. Дым давно рассеялся, да и не было тут особой гари.

Тимур недовольно покосился и водрузил на переносицу очки для чтения. Аккуратно развернул газету, расправив замятый уголок.

Снова проснулся не в духе, и узнавать причину мне совсем не хотелось. Настроение ему могло испортить всё, что угодно — от проблем в конторе до криво постеленной простыни, никогда не угадаешь, что именно сегодня явилось поводом для раздражения.

Вот из-за его такого переменчивого нрава я не любила воскресенья. Длинный выходной день, когда вся семья сидела дома. Присутствие дочери меня совсем не напрягало, даже наоборот, но Тимур… Будучи ярым трудоголиком — не пропускал работу даже с высокой температурой и приступами остеохондроза — он считал воскресенье неприкосновенным и всегда в этот день неизменно отдыхал. Даже если в конторе цейтнот, даже если горели дела чрезвычайной важности. Он предпочитал проводить выходной дома, читая книги и просматривая научные передачи по кабельному.

Обычно я старалась нагрузить себя по-максимуму: маникюр, магазины, встречи с подругами. По возможности удирала утром, возвращаясь под вечер.

Но только не сегодня. Сегодня обуяла какая-то апатия, ничего не хотелось, только лежать в своей спальне и слушать, как дождь барабанит по стеклу. Даже присутствие Тимура мало трогало. Пусть ходит, брюзжит, хуже всё равно уже не будет.

— У тебя не только оладьи подгорели, но и кофе как какие-то помои, — понюхав содержимое чашки, демонстративно скривился.

— Не нравится — вари сам, — отняла у него кружку и вылила напиток в раковину. После чего, под изумлённый взгляд мужа, покинула кухню.

К чёрту! Пусть думает, что хочет! Надоело под всех подстраиваться. Хоть кто-нибудь, хотя бы раз поинтересовался, чего же хочу я?! Да всем плевать. Мама и жена — незаменимый девайс в их комфортной жизни. Подай, принеси, приготовь… Надоело!

Заперла дверь спальни и села у косметического столика. Рассматривая отражение в зеркале, выискивала невидимые изъяны. Волосы тусклые, морщины, контур лица поплыл.

Старая!

Слова той размалёванной фифы так и стояли в ушах. А брошенная фраза про неостывшую постель буквально с корнем выкорчёвывала сердце, заполняя пространство ревностью, злостью, обидой.

Дура, возомнила себе, что он к тебе до сих пор неравнодушен! Ходила счастливая после того поцелуя, буквально порхала, не ощущая почвы под ногами. Хорошо, что не успела поделиться с Асей — выглядела бы сейчас как полная идиотка.

Зачем ему я, если в его распоряжении такая красотка? Таня Коршунова — модель, ведущая, блоггер — всё это я с лёгкостью отыскала в интернете. Едва ввела в поисковик слова «модель» и «Таня», как Яндекс тут же выбросил мне варианты, среди которых была она.

Активистка, спортсменка, всевозможная "мисс всего чего только можно". Золото — а не женщина. Без довеска в виде взрослой дочери, мужа и десятка лишних лет в паспорте.

Золото. А я просто дурочка. Сидела в машине, выискивая зарёванными глазами его окно. Надеялась, что он выйдет, удержит. Хотя бы с балкона выглянет. Как это глупо и несерьёзно. Как стыдно, просто сквозь землю провалиться! Перед самой собой стыдно.

И на утро надеялась, что приведёт мальчика в школу — ведь сам же напросился. Была обижена, зла, но всё равно ждала. А в итоге всё без толку: Богдана не привёз, не позвонил. Просто исчез и всё.

Да и к чёрту его! Пусть делает, что хочет и с кем хочет.

Было жаль себя, своих иллюзий, растраченных впустую ночей от непрекращающихся мыслей о нём. Ну ничего, пережила тогда, девятнадцать лет назад, переживу и сейчас. И уж точно не буду так долго убиваться. Это был просто флирт по старой памяти. Я замужем, у него отношения, всё остальное — моя больная фантазия.

Телефонный звонок заставил вздрогнуть, выдёргивая из пелены невесёлых мыслей.

Наверное, Ася, или кто-то из родителей учеников. Разговаривать ни с кем не хотелось, но чувство долга заставило взглянуть на экран.

Ника.