27. Тайны и волшебство

— Мне нужно увидеть Корвина, — выдохнула я.

В животе заворочалось волнение. Прежде, чем покинуть дом, я, наконец, вспомнила, что нужно захватить плащ Корвина. Как-то совсем уже неловко держать его у себя.

Корвин снова был в своем кабинете вместе с Альдусом — еще более хмурым, как мне показалось. Хотя я не слишком хорошо разбираюсь в гримасах волков, что обычных, что кристаллических.

Но разве они не должны расследовать что-нибудь за пределами стен Дозора? Или то, что случилось с Альдусом, больше не позволяет их начальству доверять им сложные, серьезные дела?

Корвин при виде меня улыбнулся — тепло и открыто.

— Мира!

— Да, я тут… плащ принесла, — смущенно сказала я.

Зефирка, покачивая пушистыми бедрами, прошла к Альдусу, который, словно страж, сидел у стола Корвина.

— Здравствуйте, благородный господин, — мурлыкнула она.

— Ты же понимаешь, что он не может тебе ответить? — осведомилась я.

— Но он меня слышит. Это главное.

Альдус моргнул. Я перевела заинтересованный взгляд на Корвина, но переводить он не стал. То ли это был совершенно обычный жест со стороны скар’рина, который не нуждался в переводе, то ли… он не был предназначен для наших ушей.

Зефирка грациозно прошествовала мимо, и ее хвост будто невзначай скользнул по носу Альдуса. Я закусила губу, чтобы не захихикать. Нет, мне совершенно определенно надо учиться у нее навыкам флирта. А то стою тут, таю от одной улыбки и не могу придумать, что бы такого остроумного сказать.

Мда. Наверное, мои дела совсем плохи, раз в качестве примера для подражания я всерьез рассматриваю ожившую зефирную кошку.

— Корвин, я хотела тебя спросить…

— Да? — с готовностью откликнулся он.

Ну конечно, Корвин же обещал помогать мне во всем. Загладить свою вину — как он это видел. Я считала иначе, но…

— Ты хорошо знаешь Ханиглоу. Можешь подсказать, кто может научить меня… как это… чарам тишины?

Боюсь, отпустит Финна не скоро. Если отпустит вообще.

— Есть, — с ноткой удивления отозвался Корвин. — А тебе зачем?

— Кажется, я сделала ну уж очень удачное пирожное вдохновения, — покаялась я. — Так что если на улицах города встретишь людей, которые часами во все горло распевают песни или сутками декламируют стихи… Возможно, это моих рук дело.

Зефирка, сидящая напротив Альдуса и сверлящая его влюбленным взглядом, покачала головой.

— Нет, ну вот кто признается стражу порядка в своих преступлениях?

— Ну ты и скажешь, — хмыкнула я. — Пока мои творения до смерти еще никого не довели.

Надеюсь.

— В общем, на моего соседа, кажется, накатило вдохновение. Да так, что не отпускает его вот уже несколько часов. И никаких гарантий, что это пройдет, нет.

Уголки губ Корвина дрогнули в улыбке.

— Ты и впрямь очень талантливая волшебница.

Я готова была замурчать, как Зефирка, но ограничилась лишь польщенной улыбкой.

— У меня есть одна знакомая ведьма, которая может научить тебя нужным чарам. Я отведу тебя к ней.

— О, прекрасно! Когда ты освободишься?

— Прямо сейчас. Куча бумаг от меня точно никуда не убежит, — деланно небрежно сказал он.

Однако я чувствовала в голосе Корвина некое напряжение. Да и его слова подтверждали мои догадки.

Если бы я только могла им помочь… Но я ведь даже толком не знаю, что именно случилось с Альдусом. А расспрашивать Корвина в его присутствии как-то неэтично. Да и что можно противопоставить ослаблению дара? Как я могу это прочувствовать?

Боюсь, что никак.

Все ключи к своему дару я еще не подобрала. Быть может, со временем…

Очень странная компания — два человека и два необычных разумных создания — покинули Магический Дозор и направились прямиком к городским стенам. А потом и вовсе — за их пределы.

Ну конечно. Та, что называлась ведьмой, предпочитала жить вдали от людей.

Мы шли по узкой тропинке, ведущей в сторону холмов. Альдус шагал рядом с Корвином, величественный и молчаливый. Грациозно переступая лапками, за ним едва поспевала Зефирка.

По дороге Корвин с искренним интересом расспрашивал меня о том, как именно я вкладываю свою силу в пирожные. Я рассказывала с такой страстью, что смутилась сама.

— Надо же, — качая головой, тихо сказал Корвин. — Кажется, что ты и впрямь на своем месте.

Меня это тоже удивляло. И путало мои мысли — те, что были не о настоящем, а о будущем. К счастью, время для них еще не пришло. Я подумаю об этом завтра.

Или через месяц-другой.

Дом ведьмы был небольшим, каменным и увитым плющом. На стук она отозвалась быстро. Глядя на молодую женщину, которая открыла нам дверь, я испытывала смешанные чувства. И нет, не потому, что она была страшна, как смертный грех. Ровно наоборот.

Себя я могла бы назвать симпатичной. Она же была истинной красавицей.

Темные, бездонные глаза, обрамленные густыми черными ресницами, казались двумя черными жемчужинами. Волосы цвета воронова крыла струились по изящным плечам, подчеркивая бледность кожи. Она действительно выглядела как настоящая ведьма. Не та, что пугает детей, а та, которая сошла со страниц старинной сказки.

— Корвин, — улыбнулась она, и ее голос был таким бархатным, что растаял бы даже дракон на моей печи. — Какая неожиданная встреча!

— Давно не виделись, Лиана.

Корвин ответил ей так тепло, что у меня защемило внутри. А потом и вовсе мимолетно приобнял за плечи.

— Познакомься, это Мира.

Лиана улыбнулась, и в ее взгляде проскользнуло легкое любопытство, как у человека, что умеет видеть больше, чем положено.

— А я Зефирка, — выступила вперед кошечка, которая ну очень не любила оставаться в стороне.

— Ну надо же… — рассмеялась Лиана. — Приятно познакомиться. Полагаю, вас ко мне привело дело. Проходите.

Ее дом, вопреки моим ожиданиям, оказался скромным и уютным. И вместе с тем — достаточно таинственным и откровенно говорящем о том, что его хозяйка знает о магии не понаслышке.

Вдоль стен тянулись полки с амулетами из кости и камня, талисманами из металла и дерева, магические кристаллами и зеркалами. Кроме того, на полках стояли банки с засушенными травами, кореньями и цветами. Их терпкий аромат щекотал ноздри, а Зефирку и вовсе заставил громко чихнуть.

Посреди комнаты стоял большой стол с лежащим на нем раскрытым фолиантом с непонятными мне символами и рисунками. Рядом стояла чернильница из слоновой кости и перо. Казалось, Лиана только что прервала работу над магическим текстом — его расшифровкой, конспектированием или даже созданием.

Еще один, угловой стол был заставлен всевозможными алхимическими принадлежностями: колбами разных размеров и форм, ретортами из тонкого стекла, каменными ступки и пестиками из бронзы.

— Вот это да, — выдохнула я.

Это определенно самое магическое место, которое встретилось мне в Ханиглоу. Здесь все так и дышало тайнами и волшебством.

— Корвин сказал, что тебе нужна помощь с магией, — обратилась ко мне Лиана.

Пока я озиралась по сторонам, эти двое мило о чем-то беседовали, обмениваясь теплыми улыбками. Глупое сердце кольнула ревность. В их общении чувствовалась близость, которую я не могла не заметить.

Я попыталась заглушить в себе эти чувства… как намеревалась научиться заглушать звуки вокруг. Корвин для меня чужой человек. Я не имела права его ревновать. И то, как он вел себя с Лианой, доказывает, что он галантен и обходителен по отношению к каждой женщине.

Но уж точно не только ко мне… Как бы досадно ни было это признавать.

— Итак, чем я могу помочь? — осведомилась Лиана.

— Я хочу научиться чарам тишины. Ну, тем, которые помогут мне заглушить шум вокруг и сосредоточиться. И… немного поспать. Нет, желательно все-таки много.

Уверенная, невероятно красивая, ведьма странно действовала на меня. В ее присутствии я ощущала себя простушкой, и потому сильно нервничала.

— Ты владеешь магией? — заинтересовалась Лиана.

— Ну… что-то вроде.

Корвин склонил голову с легкой улыбкой.

— Владеет. Магия Миры особенная, невероятная даже. Просто она еще только постигает ее.

Щекам вдруг стало горячо, а в черных глазах ведьмы зажегся живой интерес.

— И в чем же твоя сила?

Я покусала губы, собираясь с мыслями. Как объяснить магию, которая прячется в сладком тесте и сливочном креме?

— Я — кондитер. Моя выпечка... иногда выходит особенной, потому что я вкладываю в тесто эмоции и частицу волшебства. И тогда магия... откликается.

Лиана задумчиво кивнула.

— Магия всегда откликается. Особенно если чувства искренни, а намерения — чисты. Но заглушка — это другой вид чар. Прямой, простой, как хорошо взбитое тесто. Но он требует сосредоточенности и контроля. Для начала тебе понадобится предмет, который будет служить проводником твоей силы.

Она достала из шкафа небольшой прозрачный кристалл, переливающийся всеми цветами радуги.

— Вот, возьми. Он поможет тебе сфокусировать твою магию в одной точке. Сожми его в руках, закрой глаза, представить себе тишину и спокойствие, а затем направь свою энергию в кристалл. Затем тебе нужно будет представить, как вокруг тебя возникает невидимая стена, блокирующая все посторонние звуки.

Я с готовностью кивнула.

Сжимая кристалл и крепко закрыв глаза, я попыталась представить мягкую, липкую тишину, которая укутывает мир, как сладкое тесто. Но сделать это оказалось не так-то просто.

— Не торопись, — мягко сказала Лиана. — Любая магия требует терпения и практики. Представь себе самое тихое место, которое ты знаешь.

Мне вдруг вспомнилось… нет, не место, скорее один конкретный день. Кухня в старом родительском доме, погруженная в сон деревушка и бесшумно падающий за окнами снег.

Я почувствовала, как кристалл в моих руках нагревается, и вокруг меня возникло ощущение покоя. В доме ведьмы было и без того достаточно тихо, но чары определенно работали — меня будто запеленали в кокон тишины.

Сквозь него до меня с трудом пробился голос Лианы. Глухой, едва слышный.

— Чтобы прекратить действие чар, представь, как барьер вокруг тебя лопается или расходится по швам.

Я представила аккуратную прореху, которая ползет по кокону вверх. Он раскрывается, как бутон цветка, и его лепестки опадают по обеим сторонам от меня. Звуки стали объемнее, четче.

— Спасибо, — тепло сказала я ведьме.

Возможно, это самые простые чары, которым здесь учили даже младшеклашек. Но мысль о том, что я владею магией, будоражила меня.

Не терпелось узнать, на что же я еще способна.