29
Я бы могла решить, что это банальная ревность. Если бы Давид не выставил меня с детьми за порог посреди ночи, наплевав на счастливый брак, на все чувства и клятвы, которые он мне давал. Если бы он сам не поступил со мной и с нашими тройняшками как настоящий подонок. Но учитывая все происшедшее, о какой ревности теперь могла идти речь? Полный абсурд.
Скорее всего Арсанова зацепило то, что я не пропадаю одна, не лью по нему слезы. Уж слишком он циничный и расчетливый ублюдок. Увидел рядом со мной другого мужчину, причем понятно же, что этот мужчина достойный. И все – взыграла его гордость.
Он мог найти мне замену. А я должна была страдать. Такое положение вещей наверняка устроило бы Арсанова гораздо больше, чем ситуация, которая вдруг открылась ему сейчас.
Захотелось нервно рассмеяться, но я решила не показывать никаких эмоций. Давид ничего от меня не заслужил. Разве только абсолютное равнодушие. И пусть мое глупое сердце до сих пор болезненно сжимается при виде бывшего мужа с его новой женой, я никогда и никому этого не покажу. Особенно ему!
Пусть негодует. Пусть бесится. Это исключительно его проблемы.
Повернулась к Арсанову спиной и улыбнулась Молотову.
– А вообще, можем зайти за покупками, – сказала ему.
– Только не думай, будто я позволю тебе самой все оплачивать.
– Клим… – попыталась возразить.
– Это не обсуждается.
Мы прошли мимо Арсанова внутрь торгового центра. Тройняшки увлеклись общением с Молотовым, поэтому не заметили отца.
Удачно все сложилось.
Однако я представить не могла, каким окажется продолжение.
На следующий день сюрприз ожидал меня прямо в университете, куда я пришла, чтобы решить те вопросы, которые нельзя было решить онлайн.
Куратор приняла меня без очереди, сразу же пригласила в кабинет. Мы все быстро обсудили, и я уже обрадовалась, что поскорее смогу вернуться домой, к малышам. Однако все оказалось не настолько просто, как я считала.
– Вам лучше задержаться, – сказала куратор.
– Почему?
– С вами хочет поговорить один важный человек.
– Не понимаю…
– Сейчас я его приглашу, – быстро прибавила она. – Подождите минутку.
Вышла из кабинета, оставив меня одну.
Странная ситуация.
Что происходило?
Начали закрадываться нехорошие подозрения. Сразу вспомнилась вчерашняя встреча с Арсановым.
Неужели он обратился в университет? Хочет помешать моей учебе? Решил так теперь отомстить? Или как это понимать?
Ворох мыслей поднялся в голове, и я осознала, что близка к истине, когда в кабинет зашел начальник охраны Давида.
– Борис? – обронила удивленно. – Что здесь…
– Нам стоит кое-что обсудить.
– Это приказ Давида?
– Нет, господин Арсанов не в курсе. Уверен, он бы не одобрил мою инициативу, но оставаться в стороне я тоже не мог. Вопрос нужно обсудить сейчас.
– Нечего нам обсуждать, – покачала головой и поднялась. – К тому же, я тороплюсь.
– Это не займет много времени.
Что-то в его тоне заставило меня застыть на месте.
На душе стало неспокойно.
– Вы собираетесь замуж? – спросил он.
– Нет, но…
– Просто решили завязать отношения с этим Молотовым? – тут же последовал новый вопрос.
– Моя личная жизнь вас не касается.
– Все очень серьезно, Ирина.
Бред какой-то. Он утверждал, будто действует самостоятельно. Однако обсуждал такие вопросы, которые его совсем не касались.
– Послушайте мой совет, – продолжил Борис. – Не заводите ни с кем роман. Не важно, как именно это будет. Серьезно или нет. Я вам настоятельно рекомендую оставаться в стороне от любых мужчин на вашем пути.
– И после таких заявлений вы действительно хотите сказать, будто вас отправил не Арсанов? – горько усмехнулась.
– Я сказал правду, – уверенно заявил он. – Это мое решение выйти с вами на связь. Разумеется, тайно. Никто не должен узнать про наш разговор. Моему хозяину это не понравится. Он не одобряет решения за своей спиной.
– Вчера я случайно встречаюсь с Давидом, а сегодня вы такое мне говорите. Очень странное совпадение, не находите?
– Возможно, – он не спорит, выражение его лица остается безразличным. – У вас дети, Ирина. Не забывайте о них. Отношения с новым мужчиной могут серьезно поменять всю вашу жизнь.
– Это угроза?
– Предупреждение.
Я замолчала. Горло сковало холодом.
– Вы же знаете, господин Арсанов никогда не предупреждает. Он действует резко и сразу. Без малейшего промедления. И очень надеюсь, вы никогда не попадете ему под горячую руку.
– Давид отказался от детей.
Борис молчал.
– Он выгнал нас из дома.
Возмущение закипало внутри меня. В том, что начальник охраны моего бывшего мужа заявился сюда с абсурдными требованиями ощущалась воля Арсанова. Иначе подобное нельзя никак объяснить.
– Мое дело – предупредить, – наконец произнес Борис. – А вы принимайте решение самостоятельно.
– Благодарю, так и сделаю.
Если захочу новые отношения, то ничто и никто меня не остановит. Особенно Арсанов. Он как будто взбесился. Ему же наплевать. И на наших малышей. И на меня саму. И если измену, новую жену еще можно как-то объяснить. Чувства прошли, потерялась прежняя острота. Захотелось новизны… То как же можно отказаться от родных детей? Еще и настолько цинично?
Но Давид не успокоился. Он хочет больше. Я вообще не должна жить нормально в его понимании. Так выходит? Иначе откуда такой запрет?
– Просто учитывайте, что детей вы можете потерять в любой момент. И на этом ваши проблемы не закончатся, а только начнутся.
Слова Бориса заставили меня заледенеть на месте.
Что?..
Это уже не было просто намеком или туманной угрозой. Он прямо пояснял, что мои дети могут оказаться в опасности.
– Господин Арсанов может решить, что если вы увлечены новыми отношениями, то для детей стоит подобрать более внимательную и заботливую мать. Но повторюсь, подобное будет лишь началом череды трудностей.
– Давид хочет отобрать моих детей?
– Я этого не говорил.
– А что тогда…
У меня дар речи пропал от заявлений Бориса.
– Я вас просто предупредил, – заключил он. – Любой ваш неосторожный шаг может сильно повлиять на вашу жизнь. Удачи вам, Ира. Будьте благоразумны.
Борис вышел из кабинета, а я так и не могла шевельнуться.
Сердце оборвалось.
Нет, я не хотела новых отношений. Сама ничего такого не планировала. Но дело же было не в моих планах. А в том, на что способен Арсанов. Бывший муж всерьез рассматривал вариант того, чтобы отобрать моих детей.