Глава 12

– Это все? – уточнила я, вновь пряча нож под резинку носка и одергивая штанину.

– Простой клятвы было бы достаточно, – как-то неодобрительно, словно я ему не магическое обещание дала, а вчерашний суп вместо свежего предложила, пробурчал Рохт. – Дай руку.

Я ничего не ответила на это недовольное ворчание, хотя хотелось много чего: от пафосного в духе: «Жизнь моего брата стоит клятв на крови» – до банального: «А на хрыг просил тогда дать магическое обещание?» – но вместо тысячи слов я сделала один глубокий вдох. Рано, Хелл. Рано! Все выскажешь этому ящерюге потом.

Подавив раздражение, я протянула дракону ладонь. Он легонько подул на кожу, и порез на той начал мгновенно затягиваться. Только белесая полоска шрама и осталась. Да и она скоро наверняка исчезнет.

Я и сама могла бы… Да я вообще во многих вещах без чьей-то помощи обходилась. В лечении порезов так точно. А сегодня вот столкнулась с тем, с чем в одиночку не справиться. Да даже с Рохтом вдвоем тоже. Нам нужен был третий.

Об этом я и сообщила дракону.

– Какой у тебя план? – уточнил Рохт.

– Точный и чёткий, но с элементами импровизации, – тут же ответила я и удостоилась скептического взгляда, который заменил целый словарь ненормативной лексики.

Да, Рохт ничего не сказал. Пока. Но так громко подумал, что стало предельно ясно, в каком гробу он видел эту мою спланированную импровизацию.

– Так. Давай поподробнее, – потребовал он.

– Скажи, ты когда-нибудь охотился на уток? – издалека начала я, уже успев подобрать метафору о гончей, камышах, испуге, заполошном полете и стрельбе.

– Предпочитаю рыбалку, – ответил водный дракон. Ха! Кто бы сомневался! – Но суть уловил. Тебе нужен кто-то на роль борзой?

– Не кто-то, а профессионал. И у меня есть такой, – с ноткой гордости ответила я.

Кто-кто, а папа знал о борзости все, а также о том, как брать на испуг, давить, подсекать… одним словом, был непревзойденным охотником. Но не на уток.

– И кто же этот… оборзевший тип? – вкрадчиво, с рокочущими нотками, в которых мне послышались угрожающие отзвуки, произнес ящерюга.

Нет? Серьезно? Сдавленный рык? Сейчас-то что этому мистеру «я всем недоволен» не нравится? Будь мы парой, решила бы, что это драконья ревность и собственнические инстинкты. Но Рохт же сам дал понять, что между нами может быть только что-то зыбкое и далекое. Например, расстояние. Миль так в сто. А лучше – в пару тысяч. Так чего теперь у дракона такое мрачное лицо, словно сожрать какого-нибудь рыцаря в доспехе хочет, несмотря на грозящее после этого несварение?

– Ты отлично знаешь этого типа. Даже ел с ним за одним столом, – с намеком протянула я и, увидев озадаченный взгляд ящерюги и насладившись им, пояснила: – Мой отец.

Рохт стал еще мрачнее. Словно он уже смирился, что вляпался в одну Бризроу, а тут оказалось, что на подходе еще один представитель этого криминального семейства. Дракон посмотрел на меня недовольно, но прежде, чем он успел открыть рот и что-то возразить, я достала переговорный амулет и нажала на кристалл связи.

Сделав вид, что сильно занята тем, что дожидаюсь ответа, и не могу сейчас разговаривать с Рохтом, даже приподняла указательный палец в жесте «тише». Так что мы с ящерюгой стояли и в молчании слушали тишину и гудки, разбивавшие ее.

Наконец папа ответил.

– Да, зайка… – выдохнул отец.

Судя по тому, что он тяжело дышал, а на заднем фоне раздавались квакающие звуки, словно методично месят тесто, но при этом еще что-то попутно ломают, стало ясно: папа занят, папа на работе.

– У тебя есть минута?

– Дочка, ты не могла бы позвонить попозже. Я тут выбиваю информацию…

Угу. Причем выбивал отец ее, судя по всему, отнюдь не фигурально.

– Ты нашел Нара? – прямо спросила я.

– Пока нет, но…

– У нас осталось меньше двенадцати часов, – перебила я. – После его перебросят куда-то из столицы, и тогда брата будет уже не найти.

– Откуда ты знаешь? – отец насторожился. Настолько, что перестали быть слышны чавкающие звуки. Сдается, папа, до этого планомерно выбивавший кому-то зубы и даже ради звонка дочурки не прервавший своего занятия, все же сейчас остановился.

– От одного полудохлого информатора. Но сведения точные.

– Это ты его так? – деловито уточнил отец с ноткой гордости.

– Обстоятельства. До меня он вообще почти трупом был. Так что пришлось не добивать, а спасать и только после – допрашивать, – призналась и тем огорчила папу. – Так что сейчас мне нужна твоя помощь. Сможешь подъехать через полчаса… – Я отняла переговорник от лица и, зажав его рукой, прошептала Рохту: – Где там живет твой Хэнк?

– В квартале Серебряной Луны, дом тридцать, – ответил мрачный дракон.

Я назвала отцу адрес с отклонением в пару домов. Все же готовить план по запугиванию под окнами у жертвы – это моветон.

– Понял. Буду, – бросил в переговорник отец.

– Буду тебя ждать, – выдохнула я и отключилась, чтобы ровно спустя назначенный срок торчать под кустами жасмина рядом с указанным домом.

Папа слегка запаздывал. Рохт слегка матерился. Я нервничала. Для разнообразия не слегка, а очень конкретно так. Даже дошла до того, что начала грызть ногти. Такого со мной не случалось со времен начальной школы. А тут – поди ж ты…

В тот момент, когда необглоданным остался лишь один мизинец, я увидела, как лихо из-за угла выруливает пикап.

– Ни фига себе! – выдохнул Рохт, глядя на отца за рулем.

Я была полностью согласна с драконом в этой оценке. Поразила нас с ящерюгой вовсе не лихая езда папеньки и даже не то, где он умудрился раздобыть этот драндулет, который на своем веку наверняка видел, как менялись правящие режимы, рождались и умирали цивилизации, поднимались литосферные плиты и уходили под воду континенты.

Нас впечатлило то, что именно вез господин Бризроу в открытом кузове. Многоствольный магомет сотого калибра! Да этой малышкой можно положить целую роту. Причем сделать это через кирпичную стену, за которой скрываются солдаты. А все потому, что магические заряды, которые выплевывали дула, прошибали камень толщиной десять футов, как спущенная с тетивы стрела – кленовый лист.

– Ты где это взял? – вместо приветствия прошипела я отцу.

– Эту винтажную ласточку-то? – покосившись на пикап, спросил отец. – У одного очень доброго, отзывчивого и щедрого джентльмена. Он готов был отдать к ней бесплатно и запасной набор шин, лишь бы я ушел побыстрее…

– Я не про пташку, – возразила, скрестив руки на груди. – Я про ее клювик. Огнеплюйный. – И взглядом указала на многоствольную пушку.

– Так это шло в комплекте с пикапом. К полу приварено… Поэтому ее и выбрал. Ты же не сказала, какая именно моя помощь и поддержка нужна. Огневая, моральная, магическая…

– Психическая, – прервала перечисления папы, догадавшись, что отец захватил с собой на всякий случай все – от магомета до яда.

– Хелл сказала, что вы мастер по тому, как правильно припугнуть, – вмешался в разговор Рохт, выйдя из густой тени, в которой до этого стоял.

– А этот тут откуда?! – буквально взревел отец, увидев офицера.

– Я тоже рад вас видеть… – начал было Рохт, но потом все же долг законника превысил воспитание, и чешуйчатый добавил: – Жаль, что не за решеткой.

– А мне жаль, что ты еще не труп, – не остался в долгу папа. – Но ничего, сейчас я его тебе, чешуйчатый, быстро организую.

– Ваш? – педантично уточнил дракон, чем довел папу до состояния, когда он вот-вот закипит и лопнет от злости, а кипятком ошпарит и нас.

– Папа! – рявкнула я так, что могли возникнуть вопросы: кто из нас двоих с законником дракон, а кто невинная дева. – Рохт помогает в поисках Нара! Так что если хочешь, чтобы мы нашли младшенького, то собери всю свою волю в кулак и… – хотела сказать «прояви дипломатию», но вспомнила, что папа ведет переговоры обычно с пульсаром в руке и сталью у горла собеседника, и решила выразиться более кратко и емко: – Помолчи!

– И чем же он уже успел напомогать? – едко уточнил отец. Впрочем, тон он сбавил и прикончить Рохта из магомета больше не рвался. Хотя на взгляды папа санкций не наложил и метал в ящерюгу исключительно убийственные взоры.

– Нам удалось узнать, что целью похищения был не Нар конкретно… – попыталась объяснить я, но тут же была перебита:

– Как это неконкретно, если конкретно моего сына похитили!

– Хелл хотела сказать, что местные маготорговцы похитили вашего сына как чародея с сильным даром, понятия не имея, кто такой Нар, посчитав его обычным добропорядочным приезжим, который только сошел с небесного корабля.

Дракон умудрился в одной фразе, пусть и не самой короткой, изложить всю суть. А отец, что удивительно, – ее понять.

– Моего сына что?.. Приняли за какого-то лопуха и…

Ответом на так и не досказанный вопрос отца стало наше с Рохтом выражение лиц. Одно на двоих.

Не знаю, что уж папу уязвило больше: что его прошлые враги тут ни при чем, как и он сам, или что кого-то из Бертрандо посчитали простофилей, которого можно обвести во… точнее, свести со двора, как безмолвную скотину. Так или иначе, свои эмоции отец выразил исключительно на южном диалекте.

– Non può essere! Questi orchi senza cervello osano rubare Nara! Sì, moriranno dalla loro stupidità e dalla mia mano! – негодовал папа.

– Что он говорит? – склонившись к моему уху, тихо спросил Рохт.

Я не стала переводить дословно про орка, задницу, руки и тупость, а выразилась лаконично:

– Отец нам поможет.

– Это все? – не поверил дракон и правильно сделал.

– Это главное, – заверила я.

Когда же отец спустил пар, то одернул лацканы пиджака, словно артист после выступления, и деловито поинтересовался:

– Кого будем мочить?

– Запугивать, – поправила я. – Нужно одного типа до усрач… до паники довести. Быстро.

– Ну всегда можно совместить угрозы и убийство, – воодушевленно ответил папа.

– Не в нашем случае, – возразил дракон. – Брать на испуг придется помощника главы департамента внутренней безопасности. Нужно, чтобы он запаниковал и попытался встретиться с теми, кого прикрывает.

Папа присвистнул.

– Да уж… Таких мне еще не приходилось раскалывать. Но ничего, ради сына я готов на все, везде и всегда, – заверил отец и после поинтересовался: – У этого хмыря семья есть?

– Нет, Хэнк женат исключительно на работе.

– Угу, а в любовницах у него банда, которая и платит мзду, чтоб ребят крышевали, – усмехнулся отец. – Тогда мне нужны его номера переговорника и квартиры, где этот хмырь живет.

По тому, как кровожадно оскалился отец, я по опыту догадалась: будет жарко, громко и нервно. Все в лучших традициях семьи Бертрандо. А вот Рохт этого еще не знал, но своей драконьей печенкой почуял подвох, не иначе.

– А можно поподробнее план ваших действий? – вроде бы спокойно, но с нажимом поинтересовался дракон.

– Тебе лучше на это не смотреть. – Папа был сейчас воплощением младшей сестры таланта. Той самой, которая из-за своего роста могла проходить не в дверь, а в форточку.

– И все же… – Рохт подпустил в голос рокочущих нот.

– Не рычи на меня, чешуйчатый. А то я и из магомета огрызнуться могу, – пригрозил отец.

– Что задумал? – наплевав на выканье, произнес Рохт, которого манера семьи Бертрандо недоговаривать явно начала раздражать.

Отец хотел что-то съязвить, но наткнулся на мой мрачный взгляд и нехотя, под нажимом обстоятельств в лице дочери и демонова дракона, выложил:

– Да я сначала шмальну разок по дому этого хмыря, чтоб, значит, кладку вынесло, а потом позвоню, побеседую, намекну на проблему…

– Может, наоборот? Сначала позвонить? Этого может и хватить, – предложил Рохт.

Второй раз за день участвовать в разрушении зданий ему сегодня явно не улыбалось. Но если взрыва в квартале Теней было не избежать, то сейчас…

– Нет, – категорично возразил отец. – Это дамочку рафинированную звонок по переговорнику проймет, а тут тертый калач.

– Я согласна с папой. Нам нужно, чтобы он задергался, а не начал анализировать, что происходит.

Рохт посмотрел на меня. На отца. Потом снова на меня. На пушку, торчавшую своими стволами из пикапа, и плюнул.

– Овощ вам в помощь! – мрачно пожелал нам дракон.

– Это ты о чем? – прищурился папа.

– Хрен с вами, господин Бризроу, действуйте. Только чтоб невинные не пострадали.

– Я буду сама аккуратность, – заверил отец.

Увы, сразу Рохту узнать, что значит «аккуратность» в исполнении главы семьи Бертрандо, не удалось. Помощника главы департамента дома не оказалось. Так что мы убили больше часа, дожидаясь, когда же Хэнк появится. Наконец я, устроившая стратегическую засаду в пышных кустах акации напротив нужного нам подъезда, увидела знакомую фигуру и подала отцу сигнал.

Папа запрыгнул в пикап, чтобы спустя совсем немного времени остановиться в нем ровно напротив окон квартиры Хэнка. А затем Рохт, присоединившийся ко мне среди ветвей, смог лицезреть, что имел в виду отец. Он за пару секунд педантично и кучно положил дюжину зарядов в уличную стену дома. Причем сделал это так, что в каменной кладке образовалась дыра. Через нее-то мы с драконом, устроившие стратегическую засаду в пышных кустах акации, смогли наблюдать Хэнка.

Помощник главы департамента, к его чести, не растерялся.

Хэнк уже успел снять рубашку со штанами, щеголяя по дому в костюме «мужик боевой, полуготовый к выходу»: носки, трусы, майка и кобура с оружием, пристегнутая к лодыжке. Так что этот верткий (не только фигурально) тип тут же нурнул рыбкой под прикрытие еще не пробитой стены и начал яростно отстреливаться оттуда.

Плевки пульсаров из дула были редкими, что намекало: зарядов в магомете у Кремня не так уж и много. Зато папа – щедрая душа – не экономил и поливал из многостволки пульсарами вовсю, не давая противнику высунуться.

Залпы шли с такой скоростью, яростью и громкостью, что перекрывали все. И визг случайных прохожих, оказывавшихся не в том месте и не в то время, и грохот обвалившегося куска стены, и наверняка треснувшей психики соседей помощника главы департамента.

Дула многостволки с чавкающим звуком выплевывали заряды один за другим. Они вылетали короткими вспышками, озаряя на доли секунд папу, который стоял в открытом фургоне, держа одной рукой гашетку, а второй – рычаг поворотника.

Я не видела отца таким никогда. Отчаянным, несокрушимым, неутомимым, не…

– Не могу поверить, что я на это согласился, – ворвался в мои мысли голос Рохта.

Дракон тоже смотрел на моего отца. Только, в отличие от меня, не восхищался, а ужасался.

– Да никто не пострадал даже. Психика некоторых особо чувствительных прохожих не в счет. Здание и то почти целое…

Тут, вторя моим словам, раздался грохот, и… обвалилась часть стены, открыв на отличный прострел почти всю квартиру Кремня, а заодно и его самого. Жаль только, что хозяина – ненадолго. Бывший военный тут же спрятался в очередное укрытие и пальнул в отца. И все бы ничего – первый раз, что ли, папу убить пытались? Только эта сволочь драконистая в него попала.

Тело отца мотнуло, развернув, а затем он упал. Хотела кинуться к нему, чтобы помочь, посмотреть, сильно ли зацепило или…

Я дернулась, но тут же почувствовала, как в плечи вцепились сильные руки, а у самого уха раздался шепот.

– Сиди тихо! Иначе план твоего отца полетит к демонам в Пекло!