Глава 36 · Жара

Джаред торопливо стягивает с меня трусики, засовывая себе в карман брюк. Секунда, и он освобождается, демонстрируя мне во всей красе, как сильно я его успела завести. Его руки скользят по моим бёдрам, приподнимая меня, прижимая к холодной стене. Я обхватываю его ногами.

Он смотрит мне в глаза. Горячим, ненасытным взглядом, полным такого жгучего желания, что по моему телу прокатывается волна обжигающего трепета. Он медленно опускает меня на себя.

Я чувствую, как глубоко и уверенно он проталкивается. Всё дальше и дальше, заставляя меня закусить губу, чтобы не закричать от этого сладкого ощущения наполненности. Замирает, когда достигает предела.

— Тихо, — шепчет Джаред с лёгкой усмешкой. — Нас услышат.

— Разве тебе не всё равно, Вальтерра? Главное, что ты добился своего.

— Так и есть. Я всегда добиваюсь своего, — заявляет он нагло и резко дёргает бёдрами. Я стону, царапая его прямо через рубашку. — Но и ты ведь такая же. Моя ненасытная, целеустремлённая, горячая девочка.

— Хватит болтать, — ворчу я. — Просто двигайся, Джаред. Быстрее.

Он усмехается. Этот низкий, вибрирующий звук проходит по моей коже вкусными мурашками. Он подчиняется моей просьбе и ускоряется. Ритм становится жёстче, глубже, и я чувствую, как внутри нарастает то самое ощущение, когда кажется, будто ты вот-вот сорвёшься в бездну.

— Джаред, — шепчу я, и мой голос срывается на стон.

— Тсс, — он прикусывает мою нижнюю губу, и это больно, но при этом невыносимо сладко.

Он всё активнее и активнее врывается в меня, и я забываю обо всём на свете. Как обычно рядом с ним, я сосредоточена только на нём одном. На его толчках, на его горящих страстью глазах, на его хриплом, тяжёлом дыхании.

Тёмные волосы взмокли от напряжения, капелька пота стекает по его лбу. Я чувствую его напряжённые мышцы. Он держит меня на весу, такой сильный, такой умопомрачительно прекрасный. И он мой.

— Вика, какая же ты обалденная, — выдыхает он, входя ещё резче и грубее.

Я уже даже отвечать не могу. Прикрываю глаза, отдаваясь полностью этой первобытной, жёсткой страсти. Моя спине елозит по холодной стене, охлаждая немного разгорячённое лаской тело. Вальтерра ускоряется ещё. Этот нарастающий ритм обещает скорую разрядку, которой так жаждет моё тело.

И я достигаю предела. Выгибаюсь дугой ему навстречу, впиваюсь ногтями в его плечи. Закусываю губу, чтобы не кричать, но всё равно получается рваный стон с его именем на губах.

— Джаред, — шепчу я обессиленно.

— Моя красавица, — выдыхает он в ответ. — Ты просто пушка, Давыдова.

Вжимается в мои ягодицы с ещё большей силой. Кажется, ждут меня назавтра синяки от его усердия. Ещё пара твёрдых, грубых толчков, и он срывается вслед за мной, не пытаясь даже удержать свой хриплый довольный стон. Замирает. Просто прижимается лбом к моему лбу.

Мы оба тяжело дышим. Пытаемся прийти в себя от этого безумия. Я всё ещё цепляюсь за него. Обвиваю руками шею, а ногами его упругие бёдра. Штаны у Вальтерра спущены, моё платье наполовину съехало вниз, обнажая грудь. Растрёпанные, потные, запыхавшиеся, но такие довольные.

Это было фантастически приятно. Как и всегда с ним.

— Ты невыносима, — шепчет Вальтерра и целует меня в губы. — Заставляешь меня делать всякие глупости.

Я фыркаю. Правда получается слабо, потому что у меня после такого огненного марафона просто сил не осталось. Я вообще не понимаю, как ещё могу держаться за него, а не сползти вниз по кафелю на пол.

И как после всего этого возвращаться в зал и продолжать веселиться? Меня вообще ноги держать будут или нет?

— Сам виноват, — отвечаю я, всё ещё пытаясь отдышаться. — Ты ведь всегда готов.

— С тобой — точно. В любом месте, дорогая.

Он наклоняется и впивается в мои губы. Целует жарко, глубоко, будто собирается на второй заход. Снова без перерыва. И судя по тому, как я чувствую внизу снова твёрдость, которая стремительно распирает стеночки, он действительно планирует продолжить наше безумное развлечение.

Ну уж нет. Мы ведь не можем торчать в туалете весь этот вечер. Какой смысл? Тогда стоило бы подумать о том, чтобы вернуться в общежитие. Там и душ под боком, и кровать, в конце концов…

И в этот момент дверь, когда я думаю, что надо намекнуть Вальтерра, что мы могли бы покинуть сей праздник жизни… с грохотом открывается. Мы застываем. Вальтерра первым отрывается от моих губ.

Медленно поворачиваем головы в сторону шума.

На пороге стоит Калеб. Его лицо, как всегда, бесстрастно, но в глазах мелькает едва заметная тень раздражения. Он смотрит на нас. На то, в какой откровенной позе мы застыли. Я всё ещё прижата к стене с задранным платьем, и Джаред, который даже не думает отстраняться. Да и какой смысл? Он вообще-то всё ещё во мне.

С ракурса, в котором стоит Калеб, видно только моё перепуганное лицо, да задницу Джареда и его спущенные штаны.

Калеб медленно закатывает глаза. Складывает руки на груди и всем своим видом демонстрирует, что мы его порядком запарили.

— До общаги потерпеть не могли? — бесстрастно спрашивает он, но ответа не ждёт.

Просто разворачивается и уходит, с громким металлическим скрежетом закрывая за собой дверь.

Я чувствую, как жар стыда заливает всё моё тело. Краснею до корней волос.

— Ты что⁈ — шиплю я, толкая Джареда в плечо. — Дверь не закрыл⁈ Он же всё видел!

Джаред смотрит на меня несколько мгновений, а потом начинает хохотать.

— Перестань! — бью его в грудь. — Это не смешно! Он опять нас застал! Второй раз, между прочим! Он сейчас всем расскажет, какими непотребствами мы в общественных местах занимаемся!

— Ну, — он всё ещё смеётся, но прижимает меня к себе, не давая вырваться. — Зато теперь это традиция. Калеб — наш личный стражник. Всегда придёт и закроет глаза.

— Я тебя убью, Вальтерра.

— Потом, — он целует меня в висок. — Сначала — вечер. Мой. Без свидетелей. Я предлагаю всё-таки отправиться ко мне. Кажется, вечеринка уже не настолько актуальна для нас с тобой.

Я глубоко вздыхаю. Несмотря на абсурдность ситуации, я чувствую, что всё ещё горю. От его взгляда и от того, какой он железобетонный, как он всё ещё хочет меня. Но только не здесь, блин.

— Ладно, — говорю я. — Но если Калеб расскажет всем…

— Калеб не рассказывает, — он приподнимает меня и снимает наконец-то, ставя на пол. — Ты же знаешь.

Знаю. Кажется, он такой ерундой не занимается. Но всё равно неловко как-то. Я поправляю платье, и в эту секунду понимаю, что наша вечеринка ведь действительно закончилось. Значит… впереди вся ночь. Только для нас двоих.

И внутри разливается сладкое предвкушение.