Глава 7

Утро субботы прошло шумно. Дочь постоянно спрашивала, приедет Вадим или нет. – Мам, ну, позвони ему, у тебя же есть его номер. – Уль, если даже не приедет, мы сами можем съездить на каток. – Ты кататься не умеешь. – Тебя будет учить инструктор, а я рядом буду. – Мама! Позвони дяде Вадиму, ну-у-у, пожалуйста. – Ульян, что за капризы? Человек отдыхает. Не навязывайся. Дочь обиженная ушла в свою комнату. Ненавижу этого мужчину! Из-за него всё идёт наперекосяк. Тяжело вздохнув, я взяла телефон в руки и нашла контакт. Хотела нажать на вызов, но передумав, нажала “изменить контакт”. “Вадим” превратился в “Репей”. Нажала “сохранить” и с улыбкой уже нажала на вызов. – Цветочек? – сонно пробормотал мужчина. – Привет. Разбудила? – и вот даже извинятся не буду. Не стыдно нисколечко! – Поздно с работы вернулся, что-то случилось? – Нет. Ульяна попросила позвонить, узнать поедем на каток или нет? – Мм. Чёрт. Вчера вырубило моментально, забыл будильник поставить. Я сейчас приеду. – Хм, хорошо. Я передам Уле. – Рит? – А? – Накормишь меня завтраком? Не выдержав напора этого мужчины, я засмеялась. – Ладно, приезжай уже. – Ты – лучшая, Рит. И вот чего я лыблюсь, как дура? Несмотря на готовящейся обед на плите, я полезла в холодильник за новыми продуктами. Надо же человека завтраком накормить, но перед этим заглянула к дочери в комнату, обрадовала известием, что Вадим скоро приедет. Когда гость приехал, у меня был готов тыквенный суп-пюре и венские вафли. Не знаю, ест Вадим такое или нет, но мы с дочкой обожаем вафли, а Вадиму, если, что предложу бутерброды с колбасой. – У вас уютно. Оглядываясь по сторонам, сообщил мужчина. – Спасибо. Вешай пальто, руки помыть можешь вот здесь – это ванная, и проходи прямо, у нас там кухня. А я пока включу чайник. – Маргаритка, а кофе есть? – с надеждой спросил Вадим. – Не-а, мы с Улей чай пьём. – отвечала с каким-то садистским наслаждением. Но Вадиму всё нипочём, вот он уже широко улыбается и довольно говорит: – Значит, буду пить чай. Ульяна радостно прыгала вокруг гостя, звала посмотреть её комнату и грамоты. – Ульян, сначала обедаем, потом всё покажешь. – Пойдём, Ульяш, обещаю: не уйду, пока всё не посмотрю. Я закатила глаза и подумала, что с его то напор ещё хрен выгоню из дома. Теперь у него будет даже отмазка: не все Улины грамоты и медали посмотрел, или книжки и рисунки. Мало ли что дочери ещё захочется. Истерический смешок вырвался их меня. Ну уж нет. Такого точно не будет. Должен же Вадим хоть в чём-то меру знать?! – О чём таком смешном подумала, Цветочек? Возник этот чёрт за моей спиной. Убедившись, что Ули нет рядом, ответила честно: – Испугалась твоего обещания Ули, что ещё выгнать тебя не смогу. Вадим нахмурился, надеюсь, я не обидела его. – Не бойся, Маргарита, на твою жилплощадь не претендую. – мрачно ответил мне. – Вадя, я не хотела тебя обидеть. Просто я уже говорила, ты так прёшь иногда! Или всегда. Пять дней знакомы, а ты уже у меня в гостях и я готовлю тебе завтрак. Вот стою тут, распинаюсь, а мужик-то поплыл. – Вадим! – Не-а. – Что «не-а»? – Не-а, назови меня по-другому. И снова эта блаженная улыбка на пол-лица. Не ну, бесит! Честно бесит! – Дядя Вадим, смотрите, это мама мне на Новый год платье купила! Красивое, да? А вы с нами будете встречать Новый год? – Уля! Да что же за дочь мне досталась! А если он согласится?! – Ульяна, ты зачем сейчас надела платье, иди обратно переодеваться. – тяжело выдохнув, только и говорю. А этот сидит, ржёт в ладони. Поднимает лицо, хочет что-то сказать, но натыкаясь на моё лицо, лишь по новой начинает смеяться. – Дядя Вадим, вам не нравится? – грустно спрашивает дочь. Тот мотает головой, делает глубокий вдох и сквозь смех всё-таки произносит: – Нравится, Ульяшка. – А почему вы тогда смеётесь? – Потому что твоя мама скоро меня прибьёт чем-нибудь и не заметит. Утирая слёзы от смеха, говорит этот… этот нехороший человек! – Не бойтесь, дядя Вадим! Мама добрая. – Сейчас злой буду, Уля, беги переодеваться! – Хорошо. Понурив голову, дочка убежала, а я обратилась к мужчине. – Даже не думай соглашаться! – Маргаритка, ну как я могу Улечке отказать? Ненавижу! Вот честно! Хватают кухонное полотенце и ударяю им по плечу мужчины. – Не смей, Вадь! – новый удар. – Даже не думай соглашаться! Вадим поймал полотенце, когда я снова замахнулась и притянул к себе, и меня вместе ним. Он тут же обнял меня за ноги, а подбородком упёрся в живот, заглядывая мне в лицо. – Маргаритка, ну чего ты разнервничалась? А я ответить ничего не могу из-за его объятий, только и чувствую, как щёки краснеют. Как дурочка, мотаю головой невпопад. Вадим мягко смеётся и притягивает ещё ближе к себе, утыкаясь лицом в живот. Вот так и стоим, пока дочка не вбегает на кухню и подозрительно не спрашивает: – А вы что тут обнимаетесь? – Угу, – отстраняясь, говорит Вадим, – иди сюда, и тебя обниму. Дочка подходит, и сама обнимает Вадима, а потом переводя взгляд с меня на Вадима и обратно спрашивает: – Я у бабушки сегодня ночевать буду, да? У Вадима начался новый приступ смеха, а я залилась краской и начинаю мямлить перед дочкой в ответ: – Нет, конечно же, Ульян. Мы с тобой сегодня ночует дома, – и на всякий случай решаю уточнить, – а дядя Вадим у себя дома. – Ну ладно. – пожимает она плечами и добавляет, – но если что, я не против и у бабушки переночевать. Вот спасибо, дочка! Щедрую какую воспитала. Но ничего не говорю, а пытаюсь сменить тему. – Вадим, я тебе венские вафли приготовила, если такое не ешь, сделаю бутерброды. – А мне можно вафли, мам? – Тебе суп сначала надо съесть. – Я тоже буду суп, а потом и вафли можно. – Не лопнешь, деточка? – Не-а, мне ещё вас учить на коньках стоять. Кстати! Вы не против, если к нам присоединится мой брат? Он конькобежным спортом занимался. – Мам, можно? Я пожимаю плечами, а мне что? Может, даже и лучше, что кто-то ещё будет. Вдруг Вадим будет себя приличнее вести? – Я не против. – Отлично, Маргаритка. Может быть, мне только показалось, но мне не понравился игривый блеск в глазах Вадима. Ощущение будто он что-то задумал нехорошее.