Глава 22

Пелагея

Я мчалась обратно во дворец как будто за мной гнались все черти моего мира и все ловчие этого, глотая на ходу горячие, соленные слезы, которые несмотря на все мои усилия все-таки брызнули из глаз. Как Тихомир мог? Да и вообще почему? За что?

Почему, когда мне нужна была поддержка от тех, кому я доверяла больше всего они от меня отвернулись, как я вообще умудрилась оказаться в такой ситуации? Все эти мысли метались в моей голове, когда я стрелой летела обратно в место, которое наводило на меня ужас. Однако от одной мысли о том, чтобы вернуться домой становилось буквально нестерпимо больно. Мне хотелось буквально вычеркнуть Тихомира из своей жизни за его поведение и беспочвенные упреки, однако я понимала, что это просто сиюминутные эмоции, которые надо преодолеть. Вполне возможно, что он действительно меня потерял и перенервничал, потому и повел себя так, однако я понимала уже четко, что возврата к прежним отношениям уже не будет. Я просто не смогу смотреть на него как прежде и от этого было просто невыносимо больно.

Охранник при входе во дворец окинул меня любопытным взглядом, но, на мое счастье, воздержался от вопросов. Даже сложно представить, чтобы я ему сейчас вообще ответила. Так и шла по длинным переходам, не обращая внимания на удивленные взгляды и настойчивые перешептывания, которые доносились со всех сторон от придворных, но мне было совсем не до этого. Я просто хотела немедленно попасть в свою комнату, упасть на кровать и мутузить подушку изо всех сил. Полным счастьем было бы сейчас еще не нарваться на императора, Бажена или советника, потому что я за себя сейчас вообще не отвечала, и могла наговорить много такого за что потом точно пришлось бы расплачиваться и возможно даже своей головой.

Наконец я достигла дверей в свою комнату-сад и захлопнула с силой дверь за собой, одновременно сползая по ней и буквально задыхаясь от слез. Сколько я так сидела и ревела, и сама не знаю, но ноги затекли так сильно, что и пошевелиться было невозможно, поэтому я так и оставила свою котомку возле входа и на карачках отправилась к кровати. Тут, конечно, сад и дорожки с гравием сыграли со мной дурную шутку, камешки больно впивались в ладошки и даже коленки, даже плотная ткань длинного платья меня не спасала. Пришлось, пошатываясь подниматься и медленно превозмогая боль, немоту в конечностях и болезненное покалывание брести к кровати.

Вот только на ней меня ждал сюрприз! Прямо на кровати лежал огромный букет полевых цветов, коробка и записка. Я опустилась на кровать и вскрыла конверт, не ожидая ничего хорошего. Как-то в последнее время меня подобные конверты совсем не радовали своим содержанием.

Пелагея, я хотел бы сегодня с тобой поужинать, зайду за тобой на закате. В коробке платье, которое я выбрал на свой вкус, однако, ты можешь одеть все, что хочешь.

Бажен

Ну вот и что мне теперь делать? И главное ведь не откажешься, это просто невозможно, этот блондинчик запросто может снова скрутить в рог и унести куда ему вздумается и ни одна живая душа не посмеет возразить. Одно хорошо, хоть не у меня тут решил ужин устроить… А что, если у него? От этой мысли меня передернуло, и я с тоской выглянула в окно, с ужасом осознавая, что солнце уже начинает медленно, но верно катиться за горизонт.

Черт! Получается сейчас вместо того, чтобы упиваться своей обидой и разочарованием придется тащиться в душ и приводить себя в порядок. Потому что если я что-то и поняла о наследном принце, так это то, что он настоящий тиран, которому не знакомо слово нет. Видимо весь в папочку императора пошел. Делать не хотелось ничего, я находилась в полнейшей прострации, но пришлось взять в себя в руки и отправляться в душ. И это совсем не потому, что мне хотелось произвести на блондинчика впечатление, а потому что я понимала, что, застав меня в подобном состоянии от вопросов мне отвертеться не удастся и еще не известно, чем это все тогда закончиться.

Однако вода принесла облегчение, смывая с меня всю боль и эмоции этого дня успокаивая и принося облегчение. Можно даже сказать, что из душа я вышла новым человеком и по дороге задумалась. Если дела с Тихомиром буду идти в том же направлении, то, наверное, мне надо бы забрать Финика с собой во дворец, если конечно неугомонный филин согласиться… хотя он наверняка согласиться, будет считать это чуть ли не разведывательной миссией. Может стоит спросить Бажена об этом? Он ведь явно пытается мне угодить чем может.

Погруженная в размышления я на автомате открыла коробку и ахнула, потому что на меня смотрело просто потрясающее платье цвета молодой зелени, да уж с моим волосами вообще смотреться будет отпадно! Я подняла его из коробки и повертела в руках, вырез не глубокий, лодочкой, по дворцовым меркам так вообще само целомудрие и я решилась, если не одену, то хотя бы примерю и посмотрю как сядет и я одним движением сбросила с себя полотенце и тут же нырнула в платье.

Бажен

Я подошел к комнате Пелагеи, когда солнце только начало лениво и медленно заползать за горизонт. Ничего не мог поделать, меня непреодолимо тянуло к этой девушке. Рядом с ней заботы и тревоги о положении дел в стране, о задумках советника отходили на второй план. Я наконец мог расслабиться и дышать полной грудью.

Я несколько раз постучал в дверь, но мне никто не ответил, я постучал снова, и снова тишина. Я уже начал было тревожиться, кто его знает, что могло произойти, поэтому я решительно, хоть и без спросу открыл дверь. Я должен проверить, что с моей лисой все в порядке и достигнул стеклянной двери ее спальни именно в тот момент, когда девушка сбросила с себя полотенце для того, чтобы облачиться в платье. Я даже не успел ничего сказать, не успел произнести и звука для того, чтобы сообщить ей о своем присутствии. И вот ее тело уже скрывало зеленое платье, которое я выбрал для нее ранее.

А я стоял как громом пораженный не в силах выкинуть из головы картинку, которую только что увидел, мучительно краснея и одновременно смущаясь от огня страсти, которое охватило все мое тело, но пришлось так не ко времени. Главное, чтобы Пелагея меня сейчас не заметила и никогда не узнала, что я заходил, что был тут ранее…

Я начал медленно и верно отступать обратно к двери, молясь всем богам, да и вообще всему на свете, чтобы девушка сейчас не обернулась. Однако на мою удач, она была слишком увлечена платьем, которое ей неимоверно шло. Я ужом выскользнул за дверь и еще раз громко постучался. И на этот раз мне ответили.

-Входите, - раздался из-за двери голос Пелагеи, которого даже с натягом нельзя было назвать довольным и счастливым… а сейчас то, что не так?

Однако зайдя снова, я первым делом уткнулся взглядом на котомку с вещами, которая валялась возле входа, было заметно, что вещи в нее были покиданы второпях и кое как. Что же произошло? Я же дал ей времени целый день. Но я решил не делать поспешных выводов и двинулся в направлении девушки.

-Ты уже готова, - поинтересовался я как можно более спокойно.

-Да, -ответила девушка, развернувшись ко мне и я снова удивился, обычно девушки хотели еще немного уделить времени и внимания своей внешности, чтобы быть полностью неотразимыми. Однако сейчас на меня смотрело сосредоточенное и полное раздумий лицо, еще и немного припухшее, как будто она спала или плакала…

Но я поспешил отбросить все свои сомнения и галантно подал девушке, свой локоть, который она проигнорировала. Черт! Почему именно с ней у меня все идет не так как надо? Впрочем уверен, что то, что устроил садовник произведет на нее должное впечатление.

Но и тут меня поджидало горькое разочарование. Пелагея зашла в комнату и как будто не заметила ни романтической обстановки, ни красивого заката… Она как будто сейчас была совсем не со мной. Я усадил девушку за стол и предложил закуски, она не отказывалась и ела, вот только я совсем не был уверен, что она даже понимала, что кладет себе в рот, ее ответы были какими-то односложными и отстраненными. Что за чертовщина происходит? Я так старался, а она…

Наконец после того, как я виртуозно разделал поросенка, она наконец задумчиво посмотрела на меня, словно хотела о чем-то спросить и не решалась.

-Ну не томи, говори уже, - ободряюще я улыбнулся ей.

-Я была сегодня дома и это было, - в этот момент она скорбно поджала губы, словно там произошло что-то серьезное и непоправимое, но глубоко вздохнув продолжила, - одним словом у меня есть домашний питомец и я не уверена, что смогу организовать заботу о нем, пока я тут…

Я лишь радостно улыбнулся и закинул руки за голову, наверное, у нее какая-то кошка, о которой она сейчас печалится. Ну да что же мне совсем не сложно порадовать мою Лису такой малостью. Это ведь, в сущности, такая чепуха!

-Не переживай, об этом, ты можешь забрать с собой своего питомца или даже лучше, я могу послать слуг для этого, тебе не о чем беспокоиться!

Но вот реакция на эту фразу меня встревожила, потому что, вместо того, чтобы обрадоваться на лицо Пелагеи набежала тень из страха из сомнений.

-Нет не надо слуг! Я все сделаю сама, если ты позволишь. Уверена, что мой филин никого здесь не потревожит.

Филин? Мне стоило огромных усилий удержать лицо и не изменить расслабленную позицию тела. Может ли быть столько совпадений? У нее филин? Уж не тот ли это филин, о котором говорил голосок в храме, тот кого истерично искал советник? Может ли это быть правдой или просто совпадение, и я слишком много думаю?

-Конечно, это вообще не вопрос, - улыбнулся я девушке, а в голове уже вовсю работал план. Я должен проследить ща ней и узнать, что именно она скрывает если скрывает, уж слишком много тут непоняток, невероятных совпадений. Весь романтический настрой мигом слетел с меня, однако мне было необходимо сидеть напротив и счастливо улыбаться, пока в голове прокручивались самые различные варианты.

Наконец мы приступили к десерту, после ее просьбы разговор не клеился от слова совсем, а мне нужно было чтобы у нее не возникло ни малейших сомнений и именно в этот момент я вспомнил о подарке, который умудрился заполучить у ювелира. Правда сейчас я совсем не был уверен стоит ли мне его отдавать или нет..

Однако я решил отбросить свои сомнения, списав все это на профессиональную паранойю, в конце концов как глава ловчих я был просто обязан никому не доверять и всех проверять. Поэтому я, улыбнувшись достал коробочку и поставил перед Пелагей.