Эпилог

Наташа – Ты расстроилась? – Николас обнимает меня со спины, когда улетает самолет с семьей. – Не знаю. Пока не поняла. Я каждый раз грущу, когда мы расстаемся на время. А тут, я словно с ними попрощалась навсегда. Все так стремительно изменилось, Ник. Казалось, совсем недавно мы встретились впервые, а сегодня я твоя пара, жена, почти по всем законам. Совсем скоро у нас будет свое отдельное место. Жизнь изменится. Не представляю, как буду жить. Мужские руки крепче прижимают к себе. С одной стороны, мне становится тепло и уютно, с другой – одиноко. Не знаю, с чем это связано. – Ты просто взрослеешь, твоя жизнь меняется. Это нормально скучать по родным. Моя малышка очень тихая и домашняя, но с внутренним огонечком. Просто поверь мне, со временем ты перестанешь так тосковать. Я никогда никому это не рассказывал, но у меня было так же. Поворачиваюсь в его руках, заглядывая в глаза, и понимаю, что это правда. Не представляю, как ему сложно было это сказать. Он ведь великий вожак, тот, у кого не должно быть слабостей. И тут такое откровение. Ник переплетает наши пальцы и ведет на выход из аэропорта. Понимаю, что он хочет поговорить без свидетелей, откровенно и рядом со мной. И через полчаса мы сидим в нашем домике, который нам выделил дедушка. Мы расположились около камина, и он притянул меня к себе. Сейчас будет откровенный разговор. Впервые будем говорить так спокойно и долго. Сегодня наш день. Ни ведьм, ни проклятий. Только мы, треск поленьев и ночь. – Тетя заменила мне маму, дядя – отца. Двоюродные брат и сестра стали друзьями. Но в какой-то момент это стало душить. Никогда не считал их дом своим, но уйдя, понял, что тоскую. Мне было очень одиноко. Хоть на луну вой. Но это ломка. Десять лет ломался, пока не встретил Дамира. С ним стало все сглаживаться, притупляться. Когда рядом с тобой появляется близкий человек, становится спокойно и уютно на новом месте. – Ты не говорил, – уютнее устраиваюсь в его руках и готовлюсь слушать дальше. – Не видел смысла вспоминать. Это уже давно прошло. Просто сейчас тебе нужна моя история. Первый год я вообще шатался по странам. Хотелось заменить теплоту дяди и его дома, пытался вливаться в новые компании, заглушал тоску другими людьми. Не вышло. Мне понадобился год, чтобы понять, суррогат, он и есть суррогат. Сейчас мой мир – ты. Больше никто не сможет заполнить пустоту. Но у меня уже прошел этап ломки. Ты только начинаешь ее переживать. Вместе мы скорее его преодолеем, но готовься, что это не быстрый путь. Можешь даже у мамы спросить, или у сестры, какого им было, когда упорхнули на учебу. Они скажут тебе тоже, нужно время и любимый человек рядом. А ведь в его словах есть что-то. Мама рассказывала, как ей было тоскливо всю учебу. Пока в ее жизни не появился папа и мы, заменили ей дедушку и бабушку с братьями. – Возможно, ты и прав. Просто столько всего навалилось. Я привыкла к одному миру, а тут столько всего. Наверное, мне тебя мало, потому что слишком резко выбили почву из-под ног. До утра мы проболтали совершенно ни о чем. Я узнала о нем много новых историй. Даже успела укусить его, когда он сказал, что с другой волчицей просто так хотел метками обменяться. Возмутительно! Вы себе не представляете, чего мне стоило не стать вдовой. Мы даже устроили драку подушками. Угадаете кто победил? А вот и нет. Николас. Это было наше последнее откровение, потом была только любовь. – - – - – - – - – Ну, почему? – и ножкой еще топаю, когда Ник говорит свое очередное «нет». – Я все сказал, Наташа. Ты не будешь заниматься физическими тренировками. У тебя есть я для защиты. Закрыли тему. Как же мне надоело слышать его рык в очередной раз. – Да ответь ты мне, чтобы я могла понять тебя, и мы больше не ссорились по этому поводу. Это не блажь, Ник, это реальность. Ты не всегда сможешь быть рядом, а я не хочу оказаться беззащитной перед лицом опасности. У нас впереди еще столько всего неизвестного, что глупо полагаться на случай. Истинный фыркает, явно несогласный с моими словами. Как же до него сложно достучаться в этом вопросе. Ничего, я ведь женщина, как говорит мама, смогу добиться желаемого. Нужно только привести достаточно весомый аргумент. – Нат, я не хочу, чтобы ты была похожа на свою мать. Пойми, ты девочка, самка, не становись ты на одну планку с волками. – Я и не хочу. Просто позволь мне научиться защищаться. У меня ведь вообще нет никаких навыков. – Лукавишь, – еще и пальчиком грозит, явно намекая на тот случай с Даном. Да, согласна, что определенный уровень имеется, но он чисто на уровне самозащиты. Мне этого мало. Хочу суметь защитить его. – Ты мой защитник, мой любимый и истинный. Я не рвусь вперед тебя, но хочу знать, что в случае чего смогу дать тебе время встать и снова защищать. Смотрит, сверлит взглядом. Ну, же, давай, поддавайся. Больше мне ничего не надо от тебя. Никогда не буду просить о чем-то, что противоречит его взглядам. Надеюсь. – Ладно, но на моих условиях. – Ура, – прыгаю ему на шею и целую. Победила. Плевать на условия, главное, что пошел на уступку. И теперь мы закончим наши ссоры. Самый сложный шаг на пути к миру и счастью сделан. На ужин ему сегодня будет запеченное мясо, как любит. За полторы недели я даже выведала, что ему нравится, в каком сочетании. Да, многое из моих рук он не пробовал, но уже и не хочет. Вот что значит одинокий мужчина. Мне кажется, он просто боится поправится. Вон, уже на тренировки начал тратить на полчаса больше. Не могу поверить, что за такой короткий промежуток времени стала по нему так скучать. Даже ревную, и, возможно, даже из-за этого и хочу начать заниматься. Чтобы проводить с ним время. – Что ты улыбаешься? – зарываясь носом в мои волосы, рычит сквозь улыбку. – Со мной будешь заниматься, никого не подпущу. Дома будем работать над тобой. Только так. – Я не против. Крепче обнимаю его и понимаю, что дом – это не здание, не место, это человек. Твой, родной, единственный. И пусть над нами висит угроза ведьм, мы все равно счастливы, стоя в обнимку, недовольно пофыркивая. Счастье – оно в том, кто рядом, и пока человек рядом, тебе все ни по чем.