16. Она

  Кошмарные видения закончились так же неожиданно, как начались. Все вдруг исчезло, и я снова оказались за столом в комнате без окон. Сидела, обалдевшая от всего пережитого, и боялась лишний раз пошевелиться.

  Дверь распахнулась от сильного толчка. Я даже не дернулась. Меня парализовало и не столько от страха, сколько от вида командора. Вот он – живой демон, явился по мою грешную душу.

   Я сразу поняла, что мужчиной в видение был он. Я не могла этого знать, но тело почувствовало. Оно откликнулось на его появление мгновенно: сладкой дрожью мышц и тянущей слабостью внизу живота. Тело настойчиво просило закончить начатое. Оно помнило однажды пережитое удовольствие и было не прочь повторить.  

    Дурманящий запах атланта ни с чем не спутаешь. Сандал и что-то экзотическое, с резкими нотками. Аромат других планет и цивилизаций. Люди так не пахнут. Я облизнула пересохшие губы, а потом резко свела вместе и сжала ноги. Не о том сейчас думаю, ох не о том. Он меня пытать и возможно убивать пришел, а в голове крутятся фантазии о его пальцах во мне.

    Это все проклятые гормоны. Жить без секса в двадцать три года не так просто, особенно когда точно знаешь, чего лишена. Тело требует свое. Давно пора было откупорить эту бутылку. Теперь приходится бороться с последствиями воздержания.

   — Это реально, — просветил атлант, и я дернулась от звука его голоса. Как удар плетью по интимному месту. Больно и сладко одновременно.

   Мне казалось, я провела в иллюзиях вечность, но он утверждал, что всего два часа. По моим ощущениям это не могло быть правдой. Но зачем ему лгать? Да и взгляд на часы подтвердил его правоту.

  — А теперь представь, что я могу сделать за более длительный срок, — заявил мужчина.

   И я представила. Пульс мгновенно подскочил до двухсот ударов в минуту, только вовсе не от страха. Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Вот ведь скотство! Никак не выходит избавиться от непристойных мыслей. Мне всегда было плевать на парней. Они не замечали меня, я – их. Дашка – единственное, что меня волновало. Пока она не в безопасности, о каких развлечениях может идти речь? А тут прямо заклинило. Я, оказывается, грязная девчонка. Кто бы подумал.

   А, может, это очередное внушение атланта-телепата? Будь он проклят с этим своим даром! Он уже доказал – ему ничего не стоит залезть мне в голову и творить там, что вздумается. И все же кое-что командору не под силу изменить. Я по-прежнему люто его ненавижу. Этого он у меня не отнимет.

   Командор обошел меня кругом. Я втянула голову в плечи, не зная, чего ожидать. Ласки? Боли? Но он как всегда удивил. Схватился за спинку стула и выдернул его из-под меня. Я едва не упала носом в пол, в последнюю секунду перегруппировалась и устояла на ногах.

  — Пойдем со мной, — атлант схватил меня за волосы и потянул к двери.

  — Куда? — я пыталась вырваться, но он держал крепко. Еще немного и скальп снимет.

  — Увидишь, — в словах мужчины сквозило обещание. Но чего? Очередного кошмара?

  Знала бы я, куда он меня ведет… Впрочем, убежать бы не вышло. Командор вцепился в меня как клещ. Ясно, что не отпустит. Кричи, брыкайся, он все равно одержит верх. Такие, как он, привыкли побеждать. Всегда получают, что хотят. Моя разрушенная жизнь для него ничего не значит. Я всего-навсего очередной трофей. Поставив на полку, он тут же его забудет. У него таких сотни, если не тысячи.

   Атлант пинком распахнул дверь и втолкнул меня в помещение. Ноги заскользили по кафелю, я, неловко размахивая руками, проехала пару метров, пока не ткнулась во что-то. Пальцы вцепились в холодный санфаянс. Я вскинула голову и встретилась глазами с собственным отражением в зеркале. Ну и видок у меня! Но хоть грим пока на месте.

   И тут до меня дошло, где я. Душевая. Мы в чертовой душевой! Я держусь за раковину, а в зеркале помимо меня отражается душевая кабинка. Белый кафель блестит, под потолком мигает и трещит лампа дневного света, и я, кажется, сейчас умру от сердечного приступа, так мне страшно.

  В следующую секунду я задала самый идиотский вопрос в своей жизни.

  — Зачем мы здесь? — спросила сипло, как будто-то это не очевидно и есть варианты. На прогулку, блин, вышли.

   — Будем купаться. Вставай под душ, — кивнул командор на кабинку и добавил: — Учти, я пока прошу по-хорошему.

   Нет. Нет! НЕТ! Что угодно, только не это. Я на все согласна. Унижения, пытки, минет. Только не это. Только не вода. 

  Повернувшись к атланту лицом, я выставила руки перед собой в защитном жесте и крутила головой. Не надо, пожалуйста, умоляю, не надо. Ты же увидишь, ты все поймешь. Ты уже догадываешься. А я не хочу, я не смогу так. Я не зверушка, я – человек. Со мной нельзя так. Нельзя!

   — Ладно, — вздохнул атлант, — пусть будет по-плохому.

    Скинув пиджак прямо на пол, мужчина принялся за рукава. Он не торопился: расстегнул запонки и подчеркнуто медленно, аккуратно закатал один рукав за другим. Как будто продлевал себе удовольствие, а мне пытку.

    Когда атлант шагнул ко мне, я рванула в сторону. Черта с два я так просто сдамся. Но он оказался быстрым и ловким. Один бросок, и я поймана. Снова сжав мои волосы на затылке, мужчина крепко схватил меня и потащил в душевую. Я боролась за каждый шаг: цеплялась за все, до чего могла дотянуться, брыкалась, пыталась кусаться, за что получила по губам. Не больно, но обидно.

   Все впустую. Ноги разъезжались на кафеле, пальцы соскальзывали с гладких поверхностей, и душевая кабина неумолимо приближалась. Чем ближе она была, тем сильнее я паниковала. Казалось, стоит туда войти, и сердце остановится, не выдержав нагрузки.

    Командор втолкнул меня в душевую: кабина из кафеля с дырой в полу для слива воды, закрытая обычной шторкой. И сам вошел следом. Вдвоем в тесном пространстве было не развернуться. Я прижалась к стене, чтобы не соприкасаться с атлантом. Сейчас он меня ни капли не привлекал. Я не чувствовала ничего кроме ужаса. Душащего, сводящего с ума осознания, что все потеряно. Я проиграла.

    Атлант включил воду. Холодная. Я задрожала под ледяным градом. Попыталась спрятать лицо, но он не позволил. Сжав затылок, заставил запрокинуть голову и подставить лицо под струи воды. Я захлебывалась и отплевывалась. Вода текла в глаза, нос и рот сплошным потоком. Я ничего не видела и не слышала.

   Мужская ладонь прошлась по моей щеке. Она терла и давила. Грим держался крепко, не так-то просто его смыть. Я пользовалась специальными растворителями. Но грим был нанесен давно, и вода постепенно размачивала клеевую основу. В итоге силикон по краям отошел от кожи. Атлант подцепил его и сдернул рубец одним рывком. Щеку обожгло болью, но холодная вода тут же ее остудила.

     Я заскулила как раненый зверь. Все внушаемые командором кошмары были пустяком по сравнению с этим – стоять перед ним без защиты грима и понимать, что он все знает.

    Рука, держащая меня исчезла. Я смогла опустить голову. К этому моменту была насквозь сырой. Волосы, платье, белье – все намокло и прилипло к телу. Холодное, липкое. Мерзкое ощущение.

   Атлант сделал шаг назад, выходя из-под водяного града. По его лицу не прочтешь эмоций. Оно словно высечено в камне. Бесчувственная статуя! Какой ураган он сейчас переживает? Я могла только догадываться.

   Мы замерли друг напротив друга, тяжело дыша после борьбы. Вода хлестала из душа, лупила меня по затылку и плечам, а еще по кафелю. Брызги разлетались в стороны. Мы частично затопили душевую. В лужах на полу плескались наши искаженные отражения.

    Мужчина промок, как и я. Белая рубашка облепила торс второй кожей, мокрые пряди упали на лоб, по щекам стекали капли воды. Передо мной стояло само совершенство. Широкие плечи, мощная грудная клетка, рельефный пресс и узкие бедра – идеальная мужская фигура.

    Нельзя быть таким убийственно красивым. Это надо запретить законом. В средние века на кострах сжигали красивых женщин якобы за ведьмовство. Я бы не отказалась поджарить пару атлантов за то же. И первым на костер отправится командор.

   Я смотрела на его грудь и руки и не могла оторваться. Вовсе не потому, что залюбовалась рельефом мышц или прессом, хотя и то, и другое было на высоте. Причина была в странном голубом свечении на коже. Оно складывалось в замысловатый узор на обеих руках и еще на груди в районе сердца. Рисунок переливался и, кажется, менял очертания, словно у атланта под кожей плавает стайка светящихся рыбешек.

   Это зрелище завораживало. Настолько, что я не сразу поняла: атлант изучает меня не менее пристально. Только, если я пялюсь на его торс, то он впился взглядом в мое лицо. Мне не нужно было зеркало, я и так знала, что он там видит: меня настоящую. Ту, что я давно спрятала, как думала, надежно. Но невозможно убежать от себя. А еще от прошлого. Оно обязательно нагонит. Вот и я недалеко ушла.  

    Налюбовавшись лицом, мужчина опустил взгляд ниже. Стоять перед ним практически обнаженной (мокрое платье почти ничего не скрывало), ощущать, как его взор скользит по телу, изучая и препарируя, было неловко, порочно... и дико возбуждающе. Командору без сомнений нравилось то, что он видел. Чувственная улыбка на тонкий губах и блеск возбуждения в глазах намекали на все те вещи, которые он планировал сделать со мной. Не сомневаюсь, ему известен целый арсенал способов, как доставить женщине неземное удовольствие. И один из них эйфория. Стоило вспомнить о ней, и я пришла в себя. О чем вообще думаю?

   Атлант тоже очнулся от ступора. Шагнул ко мне, схватил за подбородок, посмотрел в лицо. Несколько минут, которые показались вечностью, он пожирал меня взглядом, а потом выдохнул:

    — Хороша, — и добавил шепотом, от которого у меня волоски на руках встали дыбом: — моя Радость.

  Вот и все. Узнал. Сомнений быть не может. Старая кличка тому подтверждение.

 — Посмотрим, соответствует ли тело лицу, — хмыкнул атлант.

  Я ахнуть не успела, как он схватился двумя руками за вырез моего форменного платья и рванул его в стороны. Ткань жалобно затрещала и порвалась. А говорят, одежду горничных делают из прочных материалов. Может, и из прочных, но атланту они что лист бумаги – разорвал и не поморщился.

   Я оттолкнула его и прикрылась обрывками платья. Командор, к счастью, больше не пытался прикоснуться ко мне. Внешне он по-прежнему был спокоен. Лишь глаза выдавали волнение – две полыхающие страстью синие бездны. Я буквально ощущала его вожделение кожей. Оно обволакивало меня облаком ядовитого пара. Его взгляд обещал многое: расплату за грехи, море страданий и океан удовольствий. И тот факт, что мне ничего от него нужно, командора мало заботил.

   В коридоре раздался топот ног. Кто-то услышал мои вопли и спешил… нет, не на помощь. Не найдется дурака, который заступится за меня и перейдет дорогу Арею Ризарту. Просто хотят проверить, что случилось, и при необходимости убрать труп. Не атланту же руки марать. Вот так и живем: им можно все, а нам разрешено одно – угождать.

  В душевую ворвались сразу пятеро. Двое атлантов и трое землян. Последние были из разведки. Серые костюмы и такие же лица выдавали в них работников ФСБ.

   Мужчины прошлепали по воде, разбрызгивая ее вокруг, и остановились. Все пятеро смотрели исключительно на командора, а не на полуобнаженную меня. Страх перед ним был сильнее похоти.

   А командор выглядел, как ни в чем не бывало. В мокрой одежде, с растрепанными влажными волосами и расцарапанной щекой – все такой же идеально собранный, спокойный и уверенный в себе.

   — Заверните, — кивнул он на меня. — Я забираю ее с собой.

   Словно не о живом человеке шла речь, а о вещи. Он меня как товар в витрине выбрал и присвоил. И никто не посмеет ослушаться. Упакуют, еще и бантиком сверху перевяжут. Хозяин будет доволен.