Глава 16

Однажды Вове в голову пришла мысль — всей компанией поехать к нему на дачу с ночёвкой. И почему-то именно в этот день очень сильно похолодало, что не свойственно обычно для начала мая. Но никого из ребят проказы погоды не остановили, и мы, предварительно закупившись в гипермаркете, отправились прямиком в дачный посёлок.

За пару дней до поездки Вовчик, между делом, рассказал мне, что Милана, под предлогом того, что сейчас ей парень не нужен, отказала Дроздову в предложении с ним встречаться. Поэтому я предположила, что Артём либо вообще с нами не поедет, либо будет раздражен и в плохом настроении. Но, к моему удивлению, парень вёл себя вполне дружелюбно, стремясь хорошо повеселиться в отличной компании.

Когда после сорока минут на электричке и тридцати минут пешком от перрона мы, наконец, дошли до дачного домика родителей Вовчика, то столкнулись с тем, что входную дверь заклинило изнутри. И сколько каждый из нас не пробовал, отворить её снаружи никак не получалось.

Но в какой-то момент Вову удачно осенило: родители совсем недавно были здесь, а, значит, окно в туалете скорее всего не закрыто на щеколду. Друг надеялся, что тот, кто самый маленький из нас, то есть Катя, сможет пролезть в этот узкий оконный проём и попробовать открыть дверь изнутри.

Никита и Артём подсадили девушку и она, лично убедившись в догадке Вовчика насчёт щеколды, попыталась пролезть в окно. Будь подруга немного плотнее, этот номер бы не прошёл. Но Катя очень миниатюрная, и через пять минут, она уже впустила нас в дом.

На первом этаже были: небольшая кухня, туалет, бильярдная, которую сразу оккупировали мальчишки. Поднявшись на второй этаж, мы с девочками обнаружили одну большую комнату с тремя кроватями, столом и обогревателем, и одну маленькую, в которой были какие-то шкафы и кровать. Влада сразу застолбила последнюю для них с Денисом. Я, видимо, буду спать с Яной и Катей на одной кровати в большой комнате, а парни разделятся между собой на оставшиеся два места.

Пока мальчишки играли в бильярд, мы разобрали продукты и нарезали овощи. После, взглянув на время, решили, что пора на улице разжигать мангал. Денис и Артём были отправлены на эту сверхответственную миссию.

Мы же с девчонками за разговорами распили две бутылки вина на четверых и пошли сменить парней, активно терроризирующих бильярдный стол.

Я и Яна играли против Влады и Кати. И всё было великолепно до тех пор, пока Вовчик с Артёмом, оставив Дениса, Пашу и Никиту на улице жарить сосиски и печь картошку, не пришли наблюдать за нашей новой партией.

Я сразу, словно по щелчку, перестала попадать по шарам. Конечно, смеялась над этим вместе со всеми, шутила, что перебрала, но, на самом деле, причину моих неудач можно было легко идентифицировать и конкретно обозначить — Артём Дроздов.

Наконец, когда все устали и проголодались, мы отправились к столу. Кушать на улице было холодно, поэтому решено было накрыть на втором этаже в большой комнате. Несмотря на то, что в доме тоже было весьма прохладно, обогреватель включать никто не спешил.

Мы ели, болтали и хохотали, обсуждая, чем займёмся дальше. Но вдруг я каким-то неведомым никому образом умудрилась проколоть себе ладонь шампуром. Да-да! Слава богу, не очень глубоко, но было ощутимо больно. И кровь хлестала во все стороны, как в фильмах ужасов.

Перепугавшись, ребята засуетились. Вовчик начал бегать по дому и искать аптечку, кто-то пытался найти какой-нибудь спирт. Артём же, будь он неладен, громко сокрушался: "Как ты вообще умудрилась это сделать?!"

А чего ты удивляешься, дружок? Я же неаккуратная! Всё именно так, как ты сказал.

В итоге, Паша притащил сомнительную бутылку с остатками прозрачной жидкости и стал поливать ей мою конечность, а Вова нашёл только кусок бинта. В несколько рук, мне все же обеззаразили и забинтовали рану. Благо, кровь остановилась.

После нелепой случайности с шампуром, мы засели рубиться в мафию. Это происходило неописуемо весело, учитывая, что все были весьма пьяненькие. Играть за мафиози мне выпадало крайне редко, и я радовалась этому втихаря безумно, потому что не умею так искусно врать, как другие. Но один раз, когда мы с Артёмом волей карт оказались мафией, то умудрились виртуозно победить горожан. Меня слегка удивило, что мы с ним так легко сыгрались.

Наше веселье длилось до раннего утра. Потом мне неожиданно позвонила Алиска. Я спустилась в бильярдную, чтобы понять, что у неё такого случилось, что она звонит так поздно. Или слишком рано. По словам сестры, родители сильно повздорили, и она сидит — ревет, переживает, что же будет дальше. Я её успокаивала, как могла, растолковывая, что завтра предки помирятся, и всё будет, как и прежде. Будто раньше они не ругались… Мелкая, что с неё взять?!

В итоге, я болтала с Алиской около часа и, покинув бильярдную, удивилась, что все уже притихли. Постояла немного около лестницы, прислушиваясь к тишине. Но тут из туалета вышел Артём и из-за того, что он был не очень трезв, картинно вскинув руки, якобы испугался: "Ой, это ты!" Я проигнорировала его тупую шуточку.

Мы поднялись по лестнице и обнаружили, что все уже спят, причём не так, как планировалось. На одной кровати Яна, Катя и Вовчик. На второй — Паша и Никита. Третья, самая узкая кровать, свободна. Причём, ребята так разлеглись, что ни к кому не подлечь. Ещё в комнате было катастрофически холодно. Эти умники что, не врубили обогреватель? Но в такой темноте, я не рискну разбираться, как заставить неизвестный прибор работать.

Пока, застыв у входа, я судорожно думала, что делать, Артём нагло плюхнулся на свободную кровать.

— Минуточку! — старалась говорить как можно тише, чтобы не разбудить ребят. — А мне тогда куда ложиться?

— А что, больше некуда? — недоверчиво пробубнил Дроздов.

— Нет. Если только внизу у лестницы диван, но там ещё холоднее, чем здесь. Я туда не пойду. Может быть, ты там поспишь? — спросила с робкой надеждой. Пьяному же море по колено!

— Нет. Не приставай, я спать! — невнятно, но уверенно отрезал парень.

— А мне что делать? — перспектива ночевать внизу совсем не радовала меня.

— Ну, ложись сюда, раз больше некуда! — отвернувшись к стенке, недовольно буркнул Дроздов, имея в виду кровать, на которой он сам развалился.

Я постояла ещё чуть-чуть, но ничего лучше придумать не смогла и аккуратно подлегла к парню. Было невыносимо холодно.

— Артём, ты спишь? — спросила я шепотом.

— Да!

— Очень холодно! Можно, я тебя обниму?

Что, блин, я только что спросила? Арина! Ты в своём уме?

— Как хочешь! — равнодушно шикнул Дроздов.

Я повернулась на бок, тоже лицом к стене, и придвинувшись ближе, положила свою руку на парня.

Через пять минут по дыханию Артёма было понятно, что он спит. Я же всё никак не могла заснуть. Такая близость к Дроздову меня ужасно пугала. Снова почувствовала запах его парфюма и крацнула зубуми от безысходности.

Не знаю, сколько я ещё не спала, но парень во сне начал елозить и внезапно перевернулся на другой бок, лицом ко мне.

Артём был очень близко, я буквально чувствовала на себе его размерянное дыхание.

Секундный порыв обернулся тем, что я, очевидно спятив, прикоснулась к его прохладным губам своими и легонько поцеловала. Осознание содеянного мигом накрыло меня, когда почувствовала, как Дроздов ответил мне тем же способом.

От страха я быстро отодвинула своё лицо от лица парня, сильно зажмурила глаза, хотя в комнате и так было темно, и, притаившись, старалась не дышать. Губы горели, а сердце предательски колотилось. Как это вышло то?

Через какое-то время, услышав рядом медленное, расслабленное дыхание, присущее спящему человеку, я почти бесшумно повернулась на другой бок и не хотела больше думать о том, что и зачем сделала.

Проснувшись утром от шума мужских голосов, не сразу поняла, где нахожусь. В кровати я была одна. Тут же вспомнила, что ночью совершила непростительную глупость, и сердце снова гулко заколотилось. Теперь я боялась реакции Артёма. Лишь бы он ничего не помнил!

Яна, заметив, что я не сплю, подошла к моей кровати со словами: "Наконец-то! Как твоя рука?"

Рука? Точно! Я же вчера проткнула ладонь шампуром. Пошевелила пальцами. Есть неприятная резь в ладони, но не критично.

Показав подруге знаком, что всё хорошо, я встала с кровати и, случайно кинув взгляд в сторону зеркала, пришла в ужас от своего внешнего вида.

Несложно было догадаться, что все ребята сейчас были где-то внизу. А мне всего-то нужно спуститься на первый этаж, чтобы привести себя в порядок, хотя бы умыв лицо и почистив зубы. Но я нарочно тянула время, интересуясь у Яны, давно ли все проснулись, где Влада и Денис, и не замёрзла ли она ночью.

К нам в комнату зашёл Никита и радостно известил, что яичница, которую на кухне готовят Катя и Паша, скоро будет пригодна к употреблению.

Молясь, чтобы не встретиться с Дроздовым до того, как немного приведу себя в порядок, я начала спускаться вниз по лестнице и получила сиеминутное доказательство, что Неудачница — моё второе имя. Может, в паспорте сразу поменять?

Артём как раз вальяжно выплыл из бильярдной комнаты и, разминая плечи, остановился у лестницы. Увидев меня, насмешливо прокомментировал: "Как долго же ты дрыхла! Мы уже пять партий сыграть успели!" и, не дожидаясь моей реакции, пошёл в туалет, куда я, собственно, и направлялась.

Так… Вроде бы он ведет себя как обычно. Значит ли это, что Дроздов не помнит моего ночного помутнения рассудка? Очень надеюсь.

До 15:00 мы убирали за собой дом, а после, собравшись, пошли в сторону перрона, чтобы успеть на электричку в город.

Несмотря на холод, все были довольны поездкой. Оказывается, обогреватель был сломан и очень хорошо, что я ночью всё же не полезла его включать.

Прибыв на вокзал назначения, мы с Артёмом попрощались с ребятами и вместе зашли в вагон метро. Я была взволнована и боялась лишний раз посмотреть на парня, но, благо, Дроздов, как обычно, уткнулся в свою электронную книжку, и я с облегчением выдохнула.

Ура! Похоже, парень всё же ничего не помнит. Я тоже попытаюсь забыть свой маленький позорный секретик.

В универе к нам в группу с другого факультета перевёлся новый студент Дима, который сразу же покорил женскую часть факультета. Влада, как могла, намекала, что мне надо с ним познакомиться поближе, ведь, цитирую: "Он такой классный!". Но, как вам уже известно, я не любительница идеальных на вид парней, которые пользуются популярностью у девушек. Дима, в свою очередь, кокетничал со всеми подряд, что определённо было ещё одним минусом для меня. Да и не до отношений сейчас было. Надо разобраться в себе и как-то по-другому избавится от своей странной мании к Артёму.

В эту пятницу вечером нас позвал к себе домой Никита. Яна прийти не смогла, Паша поехал на день рождение к Милане, а все остальные с радостью согласились. Получилось так, что Влада поехала с Денисом, а я встретилась у метро с Вовчиком, и мы вдвоём направились к Никите.

По дороге, помимо всех своих университетских новостей, друг сообщил мне, что Милана через Пашу звала на свой день рождения и их с Артёмом, но Дроздов категорически отказался. Меня эта новость немного удивила. Это он так показал, что обижен на неё?

Уже у Никиты в гостях я убедилась в том, что у Артёма действительно отвратительное настроение, и он, не стесняясь, вовсю заливает своё горе алкоголем. Все остальные ребята старались не акцентировать на этом внимание, и мы начали играть в карты.

Потом хозяин квартиры включил музыку и стал рассказывать парням про какую-то новую компьютерную игру. По отсутствующему виду Дроздова было ясно, что ему ничего не интересно, и в какой-то момент он просто куда-то ушёл из комнаты.

Поговорив ещё немного с ребятами, я направилась за стаканом воды, так как в помещении, где мы сидели, было весьма душно.

Когда распахнула дверь кухни, то даже немного испугалась, потому что не ожидала увидеть там Артёма, развалившегося на спинке дивана и пьющего алкоголь прямо из горлышка бутылки.

— Ты чего тут один сидишь? — аккуратно поинтересовалась, собираясь подойти к столешнице за пустым стаканом.

— Не пойму, хоть убей, что тут написано про розыгрыш… — подал голос Дроздов, разглядывая надпись на этикетке своей бутылки.

Я зачем-то присела рядом и попросила у него дать посмотреть мне на то, в чём он там не может разобраться.

— Так. Тут написано, что надо собрать пять таких красных этикеток и… — приглядевшись к мелким буквам, прочитала я. — Блин, срок акции уже прошёл. Ты не успел…

В этот момент Артём неожиданно резко одной рукой отобрал бутылку, а другой — схватив за затылок, придвинул моё лицо ближе к своему, закрыл глаза и начал целовать в губы. Требовательно и настойчиво.

Я не могла пошевелиться от шока. Это был совсем не невинный поцелуй! Но Дроздова по ходу совсем ничего не смущало: зарываясь ладонью в мои волосы, он умрямо пытался углубить поцелуй.

Не знаю, о чём я только думала, но инстинктивно ответила ему и как будто сразу опьянела.

Я почти ничего не помню, всё какими-то урывками… Нечёткими, стремительно меняющимися картинками.

Сначала мы активно и чертовски страстно целовались на диване. Потом каким-то чудным образом, не сбавляя темп, оказались на полу. Затем снова мягкая поверхность дивана. Я понятия не имею, как мы передвигались!

В итоге, я оказалась верхом на сидящем Артёме. Всё происходящее, как в непроглядном, но невероятно приятном тумане. Помню, что во время крышесностного поцелуя обнимала Дроздова за плечи и в какой-то момент, ощутив потребность, прижала к себе теснее.

Запах его парфюма обжёг ноздри и породил во мне новые, неведомые ранее ощущения. Артём тоже сильнее сжал меня в объятьях, а после начал, поглаживая, запускать руки мне под футболку, поднимаясь всё выше. Тут до меня, наконец, дошло, что он не собирается останавливаться, и я, как ошпаренная, спрыгнула с парня и шумно села на другой конец дивана.

— Это какой-то бред! — резюмировала толком не отдышавшись, игнорируя скачущее в груди сердце.

— Почему? — подозрительно безэмоционально поинтересовался Дроздов.

— Ты пьяный!

— Это что-то меняет?

Вы не поверите, но у меня в голове не было ни одной мысли. Просто пустота! Даже ветер не гулял. Я смотрела в одну точку и молчала. Но тут же вздрогнула от нового вопроса Артёма:

— Чего ты хочешь от меня?

В голове всё также пусто.

— Не знаю.

Потом, почти сразу на кухню зашёл Вовчик. Увидев нас с Дроздовым по разным сторонам дивана, он деликатно уточнил:

— Всё в порядке?

Артём не говоря ни слова встал и, будто раздраженно обойдя Вову, вышел из кухни.

Друг сел рядом со мной.

— Арина, что случилось? — спросил он тихо.

— Все в порядке, Вовчик. Я позже тебе расскажу, хорошо?

— Хорошо. Ты хочешь посидеть на кухне?

Я вообще не знала, чего хочу. Более того, я не представляла теперь, как буду смотреть в глаза Артёму. Что мне делать?! Что вообще творится?!

— Нет, — ответила, — пойдём в комнату к остальным.

Видимо, зря я так сильно переживала, потому что Дроздов развлекался на полную катушку и делал вид, что совсем ничего не произошло. А может для него это действительно ничего?

Я последовала примеру Артёма и дурачилась со всеми, хотя внутри меня терзало какое-то гадкое чувство.

Когда мы уходили от Никиты, Дроздов радостно выкрикнул, глядя прямо на меня:

— Как же хорошо, что мы все друзья!

Да уж, лучше не придумаешь! Мои губы до сих пор пылают от его требовательных поцелуев, а щеки предательски вспыхивают, стоит мне только начать вспоминать, что мы с ним буквально час назад вытворяли на чужой кухне. У меня пока нет объяснений такому странному поведению парня, поэтому я отворачиваюсь и стараюсь вести себя как обычно.

В метро я ехала одна, так как Артёму неожиданно потребовалось забрать какие-то конспекты у Вовы. Не знаю, специально ли парень это придумал, чтобы не добираться до нужной станции вместе, но меня такой расклад более чем устраивал. Потому что я для себя ещё не решила, как теперь буду общаться с Дроздовым наедине.

Самое удивительное, что по дороге домой и в своей квартире, я вообще не вспоминала о случившемся, но после того, как легла спать, проснулась в 04:00 утра и уже никак не могла уснуть. Картинки наших с Артёмом поцелуев мелькали в голове, но я почти не помнила деталей. А его вопросы: что он хотел от меня услышать? И что меняют мои ответы, если я прекрасно знаю его отношение к себе?

Дроздов явно, протрезвев, поймёт, что я на него запала, раз не оттолкнула сразу. А может, парень уже давно знает, как я к нему отношусь и решил получить "лёгкую добычу", учитывая что с Миланой не получилось? Много вопросов крутилось в моей голове, и я не знала, что мне делать.

Утром решила позвонить Вовчику и спросить его мнение. Выслушав мой рассказ, друг какое-то время переваривал услышанное и сказал, что он сбит с толку. Вова считал такое поведение Артёма нелогичным. На мой вопрос, стоит ли мне пытаться поговорить с Дроздовым на эту тему, парень посоветовал последить за его поведением и, отталкиваясь от этого, принять решение.

Долго думая, я всё же позвонила Яне и спросила, сможет ли она со мной встретиться для разговора. Подруга была заинтригована и согласилась на встречу днём в центре города. Владу я пока не хотела впутывать в свои странные проблемы, так как мне вчера показалось, что она повздорила с Денисом и ей сейчас явно не до меня.

Уже прогуливаясь с Яной в центре, я была вся какой-то дёрганной и не знала с чего начать.

Мы пошли гулять в сторону парка и, немного успокоившись, я выдала подруге всё, что меня тревожит. Выражение лица Яны менялось почти постоянно во время моего рассказа, но она ни разу не перебила меня. Потом девушка шумно выдохнула и как-то не очень ободряюще выдала:

— Я догадывалась, что у тебя что-то есть к Тёме, помимо отголосков школьной ненависти. Но, понаблюдав за ним, поняла, что, скорее всего, это безответно. Поэтому и не хотела бередить тебя этой темой…

— Что, по-твоему, значило его поведение? — расстроенно спросила я, когда подруга сделала паузу.

— Не знаю. Но, если честно, думаю, что для него это ничего не значит. Тёма не получил внимание от Миланы, поэтому решил отыграться на какой-нибудь другой девушке…

— То есть, если бы на моем месте оказалась, например, Катя, было бы то же самое? — тихо произнесла я, а самой стало неприятно от своего же вопроса.

— Не в обиду, но, мне кажется, что Тёма понимал, что именно ты его не отвергнешь. Скорее всего, он заметил, что нравится тебе, и ты была беспроигрышным вариантом на тот момент.

— Но я же ему не нравлюсь! Какая разница, что я там думаю о нём?! — воскликнула я, еле сдерживая слёзы.

— Ты забываешь о том, что у парней всё не совсем так, как у нас. Для них не обязательно испытывать глубокую симпатию к девушке, с которой можно просто провести время для удовлетворения своих сексуальных нужд.

Я из последних сил сдерживаюсь, чтоюы не расплакаться.

— Я не хотела обидеть тебя, — продолжила Яна, — но я также не хочу, чтобы ты летала в облаках своих иллюзий и, чтобы тебя использовали… Аринка, ты — офигенная девчонка! Чуть ли не самая классная из всех тех, кого я знаю. И, если Артём всего этого не видит, значит, он — не твой человек, и не нужно из-за него лить слёзы.

Пока Яна говорила, несколько слезинок действительно скатились по моим щекам. Подруга крепко обняла меня.

— Ты права… — прошептала еле слышно, уткнувшись носом в её плечо. — Я постараюсь избавиться от своего идиотского наваждения.