Глава 30

После этой поездки на дачу я была сама не своя. Очень много думала над словами Дроздова. Пыталась прислушаться к себе: почему я так категорично считаю, что мы не подходим друг другу?

Всё дело в том, что даже когда я осознала, что влюблена в Артёма, никогда не представляла его своим парнем. Потому что головой понимала — этому не бывать. А теперь — боялась узнать его с другой стороны. Было страшно, что если признаюсь, то парень в очередной раз сделает мне больно. Ведь любое общение с Дроздовым рано или поздно заканчивалось плохо для меня.

К тому же, я не могла поверить в то, что действительно заинтересовала Дроздова как девушка. А если ещё начать вспоминать сколько гадостей и обидных слов было сказано этим человеком в мой адрес… Разве всё это реально забыть? Могу ли я так запросто простить его? Голова шла кругом от собственных мыслей и предположений…

Артём больше не писал мне в социальных сетях. А вдруг он ничего не помнит? Хотя, если бы не помнил, продолжал бы наше приятельское общение. Да и новость о том, что Катя подыгрывала ему, никак не укладывалась в моей голове. Но спросить у девушки, правда ли это, мне не хватало духу.

Мои родители и сестра решили, что я заболела. У меня не было аппетита. Ходила по квартире туда-сюда, как тень, и не могла понять, что мне делать дальше.

На парах я тоже была погружена в свои мысли. Даже Влада поинтересовалась, что со мной не так. А что я ей скажу? Извини, но я — печально влюблённая дура, которая понятия не имеет, как ей правильно поступить?! К тому же, подруга ничего не знает о моей тайной привязанности к Дроздову. Поэтому я отшутилась и соврала, что немного приболела.

Моим спасением могла быть Яна, но, как назло, она сейчас была в завале на работе, да и на учебе сдавала долги за прошлый семестр. А обсуждать свои метания по телефону я не хотела.

Танцы! Вот то занятие, которое реально отвлекало меня. К тому же, наш преподаватель постоянно твердила: "Девочки! Единственное, что останется с вами навсегда — это ваше отражение в зеркале! Всё остальное может в любой момент уйти! Поэтому никогда не переставайте заниматься спортом и следить за собой!" Что-то мне подсказывает, что она заимствовала эту фразу откуда — нибудь из социальных сетей, но, надо признать, здравый посыл в этих словах присутствовал.

На танцах я занималась до того состояния, когда становится тяжело дышать, руки и ноги трясутся, и кажется, что перевернутые внутренности вот — вот вывалятся откуда-то наружу. Если вам не совсем понятно данное описание, значит, скорее всего, вы никогда не мучили себя до полного изнеможения. И правильно делали!

Когда в пятницу мне позвонил Вовчик и предложил собраться у него на выходных, я не знала, радоваться или паниковать. С Артёмом мы не общались почти три недели. Может, не стоит идти на эту встречу? Что я ему скажу? Или мы будем делать вид, что всё как раньше? Ну уж нет! Пора уже расставить все точки над «i», иначе я свихнусь! И будь, что будет.

Если Дроздов правда намерен узнать меня поближе, то пойду ему на встречу — дам один шанс. А если нет? Тогда я должна понять это как можно скорее и закрыть данную тему навсегда.

Так как я планировала остаться у Вовчика с ночёвкой, то в первую очередь подготовила алиби для родителей: я еду ночевать к Яне. Мы давно не общались и нам нужно время всё обсудить. Папа поворчал-поворчал, но достаточно доводов, чтобы не отпускать меня к подруге, не нашёл. Врать родителям — плохая идея, я знаю, но другой мысли, как спокойно повеселиться с ребятами и не привлекать к себе внимание, у меня не возникло. К тому же, Алиса сразу же решила воспользоваться моим отсутствием и позвать к нам домой на ночёвку свою лучшую подружку, которая будет спать в моей кровати.

Мне кажется, я ещё никогда так сильно не нервничала и никогда так долго не решала, в чём же мне пойти к Вовчику. В конце концов решила надеть васильковую юбку — колокол и темный бадлон. Волосы выпрямила, на глазах нарисовала стрелки (с пятидесятого раза, наверное). Собрала пакет с одеждой для сна, косметикой и зубной щёткой. Мама во время моих сборов подозрительно посматривала, но, слава богу, ничего при папе не сказала.

И вот я, вся такая красивая и окрылённая мыслью о разговоре с Артёмом, звоню в квартиру Вовы. Первое, что слышу, когда открывается дверь, это мерзкий женский смех в глубине помещения. Я вопросительно смотрю на друга. Он помогает мне раздеться и шепчет:

— Я не знал, что Паша её притащит!

Нехорошее предчувствие подтвердилось, когда в коридор вышла вся размалеванная Милана, в коротком обтягивающем красном платье и белом жакете сверху.

— А я думала это мой Тёмочка пришёл! — мерзким голоском прощебетала сестра Паши. — Привет! Напомни, как тебя зовут?

Собрала все силы в кулак, чтобы не стукнуть эту приторную стерву по голове. Я вообще не агрессивный человек, но почему — то само присутствие этой лицемерки меня жутко разозлило. Ну и её слова, конечно.

— Это Арина! — ответил за меня Вовчик, в то время, как я, раздевшись, направилась в комнату к ребятам.

Паша, Никита и Катя рубились в какую — то компьютерную игру, Влада что — то строчила в своём телефоне, а Денис листал телевизионные каналы. Я, поздоровавшись со всеми, присоединилась к последнему. Но моё настроение было испорчено.

Ещё, как назло, Паше вскоре пришлось убежать от нас на работу. Парень с прошлого года подрабатывал после универа в гипермаркете электроники. Ему позвонил начальник и срочно вызвал. Разумеется, Милана осталась с нами. Как только её брат вышел за порог, скинула с себя белый жакет, оставшись в одном только платье. Мало того, что само по себе одеяние было очень откровенным, так ещё и обтягивало так, что было очевидно, что девушка ходит без белья.

Собственно, Никита сразу же начал проявлять активный интерес к Пашиной сестре. Даже Денис периодически пялился на не оставляющие простор для фантазии части тела Миланы. Хотя эта девица жутко бесит, должна признать, что фигура у неё действительно отпадная. У меня нет никаких шансов перед ней! Остаётся только надеяться, что сегодня Артём по каким-нибудь причинам не придёт и не увидит свою бывшую привязанность во всей красе. Но звонок в дверь разрушил все надежды.

Для меня этот вечер был очень напряженным. Настольные игры раздражали, подвижные — бесили. Мало того, что Дроздов специально избегал моего взгляда, он, похоже, был совершенно не против, что Пашкина сестрица в буквальном смысле трется вокруг, около и об него при любой возможности. Вот и поговорили! Его реакция на Милану красноречивее любых слов! Я снова почувствовала себя полной дурой.

Последней каплей стала случайно брошенная Никитой фраза о том, что Милана и Артём, вероятно, уединились в комнате брата Вовчика. Практически сразу я соврала ребятам, что родители срочно требуют моего присутствия дома и просят вернуться на такси. Благо, успела удрать ещё до того, как увидела сладкую парочку.

Разумеется, ни о каком такси не было речи, и я буквально побежала, чтобы успеть в метро на пересадку.

Набирала номер Яны, но подруга не брала трубку. Чёрт! Я так надеялась сейчас поехать к ней. Если девушка в ближайшее время не перезвонит и не одобрит мой визит, то придётся ехать домой и придумывать версию для родителей, почему же я не осталась у подруги посреди ночи. И снова всё из-за этого дурацкого Дроздова! Что он там говорил? Меня к тебе тянет?! Похоже, к фигуристой легкомысленной девице его тянет намного больше! Почему я всё время наступаю на одни и те же грабли? Неудачница!

Внезапно кто-то похлопал меня по руке сзади. Я на ходу, с каменным выражением лица, повернулась к нарушителю моего личного пространства.

— Думаешь, бегом быстрее доберёшься домой, чем на такси?

Я обрадовалась, что это был именно Артём, а не какой-нибудь маньяк или бомж, но виду не подала.

— Тебе какое дело? Может ещё на пересадку в метро успею! — пробубнила, продолжая свой путь, краем глаза отметив, что Дроздов последовал за мной.

Я не оставляла попытки дозвониться до Яны, но тщетно. Артём быстрым шагом шёл рядом, искоса поглядывая на меня, но молчал. Это начало раздражать.

— Ты чего меня преследуешь? — не очень дружелюбно обратилась к парню.

— Хочу убедиться, что ты доберёшься домой в целости и сохранности.

Я фыркнула.

— Я ещё может и не домой! Это, во-первых. А во-вторых, у тебя же были полураздетые и размалеванные дела поважнее! Или ты так быстро справился?

— А ты что, ревнуешь? — Дроздов самодовольно улыбался.

Вот же гад!

— Сочувствую. Слушай, иди назад к своей даме и ребятам. Я сама доберусь!

Но упорства и вредности Артёму не занимать. Парень продолжал шагать рядом. И, на самом деле, я была очень рада его молчаливой компании. По крайней мере, он не с сестрицей Паши развлекается. От этой мысли мне действительно стало легче.

Как мы с Дроздовым не бежали, на пересадку всё равно опоздали. Яна по-прежнему не отвечала на мои звонки. Вот чёрт! Ещё каким-то неуловимым образом, Артём просёк, что мои планы сорвались и ехать мне некуда, а домой — неудобно. Недолго думая, парень предложил переночевать у него. Я сразу отмела эту идею, но Дроздов был настойчив. Он сказал, что живет вдвоём с папой в двушке, каждому по комнате. И, якобы, к нашему приезду, папа будет уже спать у себя, а рано утром ему на работу, и он никогда не тревожит сына. К тому же, Артём поведал, что у него в комнате кровать и складной диван. Мне парень благородно пообещал отдельное спальное место на кровати и поклялся, что не будет приставать. Я знаю на что это всё похоже, но почему-то доверяла Артёму. Да и любопытство посмотреть, как живет Дроздов, взяло верх над моей осторожностью.

Оказывается, дом Артёма находится даже дальше, чем я предполагала. Живет он, как и я, на шестом этаже. Забавное совпадение…

Мы с ним тихо, как два воришки, прокрались в комнату парня, попили чай, заботливо приготовленный Артёмом, переоделись и легли каждый на заранее обговорённое место — я на огромную двуспальную кровать, Дроздов — на расправленный диван.

— Зачем тебе одному такая большая кровать? — спросила сразу же, как хозяин комнаты погасил свет.

— Чтобы по диагонали спать! — Артём смеялся. — На самом деле, в этой комнате раньше жили родители. Это их кровать…

Повисло неловкое молчание. Мне так много хотелось у него спросить, но я не решалась. К тому же, постель, в которой я лежала сейчас, пахла Дроздовским парфюмом. Ну вы знаете моё отношение к этому запаху… Как в такой обстановке можно привести мысли в порядок?

— Можно я, всё же, вернусь в свою кроватку? — парень нарушил тишину первым. — Просто лягу, приставать, как и обещал, не буду!

А, может, я хочу, чтобы он ко мне пристал! Или не хочу? Я и правда очень туго соображаю, но всё же разрешаю парню вернуться на своё законное место для сна. К тому же, кровать действительно очень большая, потому что я практически не почувствовала вибрацию, когда Дроздов лёг с другой стороны, но моё тело неуловимым образом ощутило тепло его присутствия. Я нервничала. Поэтому молчала.

— Я уже тут, если что! — снова заговорил парень.

Ну же, Арина, сейчас самое время задать свой главный вопрос.

— Артём! За что же, всё-таки, ты так поступал со мной в школе? Почему ты меня ненавидел?

Прозвучало коряво, но я уже произнесла это вслух. Сердце бешено колотилось в ожидании ответа.

— Что прям так, в лоб спрашиваешь? — усмехнулся парень. Я молчала. — Хорошо! Я попробую объяснить, раз теперь это становится неизбежным. Только давай сразу договоримся о двух вещах… Первое: ты будешь называть меня не так официально. Тёма вполне сойдёт. И второе: всё, что я тебе расскажу останется только между нами.

Я согласилась с его условиями.

— Мне очень неприятно говорить о тех временах, но я постараюсь объяснить… насколько сам понимаю… — парень вздохнул и продолжил. — Когда я был маленьким, то всегда считал, что у меня идеальная семья: любящие родители, которые проводили со мной всё свободное время, милые бабушки и дедушки, которые души во мне не чаяли… Не хватало разве что брата, которого временами просил. Но я и без этого был самым счастливым ребёнком, пока однажды всё не изменилось. Сначала, в июле, умерла бабушка по папиной линии, что в принципе повергло меня в шок. Я впервые столкнулся со смертью близкого человека. Потом, в августе, перед началом восьмого класса я узнал, что мои родители хотят развестись… Честно, это был настоящий удар по моей ещё детской психике. Потому что я ни разу не видел, чтобы они сильно ругались или как-то холодно друг к другу относились… И вот, на тебе! Каждый день дома были скандалы и истерики: летали вещи, билась посуда. У меня тоже начало сносить крышу… Если коротко, то я срывался сначала на всех подряд, потом на отдельных людей, которые мне не нравились…

Артём замолчал. Мне уже было неприятно слушать, но я терпеливо ждала продолжения его монолога.

— Меня почему-то сразу оттолкнули твоё поведение и внешний вид. В классе именно на тебя я стал срывать свою злость… Неосознанно. Но мне становилось немного легче, когда делал тебе какую-нибудь гадость. Я и правда думал, что если выживу тебя из класса, то это меня порадует… Родители, тем временем, начали меня «делить». В девятом классе я постоянно был как на иголках, потому что понятия не имел, с кем останусь жить. По идее я уже мог сам выбрать, но моего мнения никто не спрашивал. Мама стала часто не ночевать дома, и это бесило меня и отца. Он начал пить… В итоге, оказалось, что у неё есть другой мужик, и она оставляет меня с отцом. От этой новости у меня был настоящий нервный срыв. Я творил ужасные вещи… Лучше не вспоминать! Короче, папа с оставшейся бабушкой и дедушками объединили усилия и затолкали меня к психотерапевту. Врач помог разобраться с моими вспышками агрессии и в рамках терапии велел извиниться перед всеми теми невинными людьми, на которых я срывался. В том числе, и перед тобой. Но моя мальчишеская гордость взяла верх, и я решил, что для тебя будет достаточно того, что я просто перестану обращать на тебя внимание. К тому же, у меня появилась подружка… даже не одна. Тем самым, я заглушил голос своей совести. Футбол, пьянки, гулянки, девчонки… Но в одиннадцатом классе мой план игнорировать твоё существование дал сбой, так как всё время, как назло, учителя ставили с тобой в пару… Это жутко раздражало, потому что ты ассоциировалась с плохими временами в моей жизни, и я снова начал показывать своё презрение. На тот момент я уже жил вдвоём с отцом. Мама приходила иногда, но эти встречи обычно плохо заканчивались… Я не хотел её больше видеть и знать. Поэтому периодически снова срывался. Хотя думал, что пережил уже этот долбанный развод родителей! Мама пару раз назвала меня причиной их с папой бед и после практически не появлялась в моей жизни. Как будто меня никогда и не было! Собственно, до сих пор она забывает мне позвонить и поздравить с Днём рождения. Но я уже привык…

Артём замолчал. Я чувствовала, как тяжело ему давался этот рассказ, что должна его как-то поддержать, но не могла сказать ни слова… Мне стало снова очень обидно за себя.

— Хочу, чтобы ты знала: я себя не оправдываю! Я общался и поступал с тобой плохо, и жалею об этом. О том, что не решился извиниться ещё в школе. Хотя хотел. Надеюсь, ты сможешь простить меня… Арина?

— Мне надо это переварить! — не сразу ответила я. — Спокойной ночи!

Но о никакой спокойной ночи уже не было и речи. Я не могла заснуть и была уверенна, что Дроздов тоже не спит.