Глава 41. Аня
– Ну вот мы и приехали, Анна Константиновна. Давайте поужинаем и обсудим мое предложение.
Отец Славы оказался очень импозантным мужчиной. Таким, как старое вино: выдержанным и элитным, что ли. Даже не знаю, какие слова подобрать. Он был весьма галантен, учтив и то и дело бросал на меня загадочные взгляды.
Он сразу без обиняков заявил, что у него есть для меня исключительно выгодное предложение. Мужчина сумел убедить, что это в моих интересах и бояться его совершенно нечего.
Я никогда не встречала человека с такой бешеной харизмой. Меня просто сразили наповал. Хотелось в рот ему заглядывать и выглядеть в лучшем свете.
Все-таки это же папа Славы! Его отец, а я… А кто я? Пока никто, но портить отношения с ним решительно не хотелось. Оставалось надеяться, что Красовский не будет против нашей коллаборации.
Поэтому в дорогущий автомобиль садилась с трясущимися ногами. Очень волнительно, а я в костюме спортивном, в трениках! Мрак какой. Надо было переодеться или…
Да не знаю, что «или», но перед отцом Славы было стыдно ударить в грязь лицом. Мы поехали из аэропорта в ресторан. Какой-то ужасно пафосный и дорогой, и снова я чувствовала себя дурочкой.
Где я и где такое лакшери место. Садилась на диван с прямой спиной, словно палку проглотила. Это совершенно не вязалось с моим настроением и мироощущением.
Зато отвечало страху, сковавшему все тело. И, как назло, даже телефон разрядился, а я обещала родителям позвонить. Мне пока так и не хватило смелости сказать им, что я продаю фирму.
Они бы очень удивились и расстроились, ведь это мое детище, вся моя жизнь! Столько всего пройдено, столько построено. Стало как-то даже грустно. Пока собраться.
– Анечка… Вы же разрешите так себя называть? Так вышло, что я в курсе ваших отношений со Славой, хоть мы с ним и не совсем ладим.
Напряглась. Разговор обретал очертания. До этого мужчина лишь упоительно делился историями юности и веселил меня рассказами о столице.
Теперь же смотрел понимающими серыми глазами, словно собирался залезть в душу. А я вот против. Поэтому лишь поджала губы и промолчала. Откуда это он в курсе? И почему не ладят?
Дальше мы на мгновение прервались, чтобы сделать заказ. Тут я тоже растерялась. В итоге он выбрал блюда на свой вкус. Мне в том числе. Очень властный такой мужчина, даже не по себе как-то.
Наконец он продолжил разговор, хотя я его не поддерживала и никак не стимулировала к этому. Мужчина горестно вздохнул:
– Понимаете, мы с мамой Славы давным-давно разошлись. Рабочие моменты. Мы с ней не поделили бизнес, и я до последнего времени не знал, что стал отцом. Лишь недавно правда открылась, но наши отношения это теплее не сделало.
Похолодела. Недавно узнал? Не поделили бизнес? Все это звучало как плохо срежиссированная история. Холодный пот прошиб с ног до головы. Но если это правда, то тогда многое объяснимо!
А не верить этому мужчине у меня не было никаких причин. Слава про отца не рассказывал и в подробности своей жизни в Москве в целом не вдавался. Да я и не лезла куда не просят.
Не до того было, мы знакомы всего неделю. Мужчина продолжил:
– Понимаете, я, когда узнал, что он влюбился в вас, очень испугался. Несмотря ни на что, я больше всего на свете хочу примириться с ним и сделать так, чтобы он был счастлив. Не совершал моих ошибок.
– А с чего вы узнали, что он влюбился? Откуда такая информация?
Тут уж я не выдержала. Мы всего неделю были посреди леса не в самом густонаселенном месте России. Откуда такая информация?! Стала подозрительно присматриваться к мужчине.
Но тот и бровью не повел. Немного смущенно заявил:
– Так я на блог вашей коллеги подписан. Она такая чудесная женщина! Бесконечно ею восхищен. Так вот я видел Славу пару раз, да и такие вещи отцу сразу понятны. Он же в меня…
Эээ… Он что, по сториз в Инстаграме отследил влюбленность сына? Серьезно? Сейчас это походило больше на ситуацию на грани фантастики. А в душу начинало закрадываться подозрение. Замялась.
– Простите, но я хотела бы созвониться со Славой. Мне не очень нравится, что я вот так вот, безо всякого разрешения, лезу к нему в жизнь. Уверена, что вы разберетесь и без меня.
Уже собиралась подняться, как мужчина с тревогой в голосе воскликнул на весь ресторан:
– Анечка, пожалуйста, не уходите! Мне очень нужна ваша помощь! Вы моя последняя надежда!
Вот не любила я таких людей. Которые на жалости играют. Да еще и так искусно. Отец Славы теперь не казался мне таким неотразимым, как сначала, с него словно шелуха слетала, обнажая не самую простую и приятную внутрянку.
Но я твердо стояла на своем. Нечего мне в чужих семейных дрязгах делать. Сами разберутся, а я умываю руки и срочно иду заряжать телефон. Номера Красовского на память я не знала, так что…
– Простите, но вынуждена вас покинуть.
Сказано это было немного резче, чем я планировала, но как вышло. Не люблю, когда мною пытаются манипулировать. Однако я плохо знала своего оппонента. Вернее, совсем его не знала. Он внезапно тихо сказал:
– Если вы сейчас не пойдете мне навстречу, я лишу его основного пакета акций и он не сможет купить «Кедровое» в любом случае. Ваша фирма – единственное, что может примирить меня с сыном, и я готов идти на любые ухищрения, чтобы добиться внимания собственного ребенка!
О как! Даже челюсть отпала. Я растерялась. Эта ситуация начинала напоминать мне выкуп заложников. Захотелось послушать совета родителей или, на худой конец, тети Маши.
Но, как я поняла, такой возможности у меня не будет. В ближайшее время уж точно. Вцепился же клещами… Придется решать самой. И быстро. Потому что мужчина напротив уже выглядел как безумец. Он встал и подал руку:
– Анечка, простите старика, но я уже отчаялся. Давайте сделаем так. Вы перепишете на меня «Кедровое», а я перепишу на Славу «Элитстрой». Это будет самый долгожданный подарок для сына, ведь уже несколько лет он только и мечтает об этом. Но я не могу разорвать эту связь, не создав новую. На вас же это никак не отразится!
Открыла рот от удивления. Ничего себе заявочка! Чтобы я переписала дело всей своей жизни на малознакомого человека?! Это вообще как называется?
– Вы не думайте! Вы ничего не теряете, управление полностью остается за вами, и договор оформлен будет всего на год. Зато вы приобретете признательность сына и мою благодарность. Аня, подумайте, это всего лишь год! Зато у вас появится шанс построить нормальные отношения.
Голова начинала болеть от переизбытка информации и немного кружиться. Возможно, так сказывался полет. Не будет же отец Славы меня чем-то опаивать?
В итоге он долго уговаривал, а голова моя гудела и гудела. Болела и болела. Становилось не по себе. Но его доводы словно просачивались в душу, и надежда расцветала в сердце. Простая девичья надежда на то, что я смогу быть счастливой с таким мужчиной, как Красовский.
И вот меня уже ведут куда-то, осыпая комплиментами. По-отечески держат за ручку, приговаривая, какое доброе дело я совершаю, как помогаю воссоединиться семье.
И вот я уже сижу напротив хмурой женщины в очень красивом и дорогом кабинете. Она объясняет мне что-то и подает ручку, спрашивает, уверена ли я.
Над ухом постоянно бубнит отец Славы. Уверена ли я, что Слава мне дорог, что я хочу попробовать быть с ним? Уверена? Да, скорее всего, да.
И вот словно со стороны вижу свою кисть, ставящую корявую подпись на документе, и ликующий, немного безумный взгляд отца Красовского. А потом приходит странное ощущение, что эта закорючка на бумаге разделит мою жизнь на «до» и «после».
Но это уже будет в другой истории, когда я очнусь от проклятого тумана. Надеюсь, тогда рядом окажется Слава.