Глава 38. Илья
До кровати мы добрались только с третьего раза. И то кое-как. Казалось, что кто-то забыл перекрыть поток воды к брандспойту, и он на полной мощи сносил нас к чертям собачьим.
Она была невероятная. Именно такая, какая являлась во снах: чувственная, женственная и бесконечно сексуальная. Не мог насытиться ее телом и не только…
– Варь, расскажи мне, что произошло.
Мы лежали на кровати, а на наши тела лился лунный свет из окна в потолке. Только сейчас стал замечать, насколько чудесная квартира ей досталась.
Пришлось очень постараться, чтобы узнать, где она живет. Пытал весь отдел Красовского, пока мотоциклист не сдал мою кудряшку с потрохами. За это я простил ему их совместные поездки. Пусть живет.
Теперь понимал, что, пожалуй, это самое подходящее место для подобных откровений. Не в моем же стариковском доме? На фоне этого места даже мне он бы казался чрезмерно страшным.
Девушка в ответ на вопрос застыла. Мгновенно превратилась в каменное изваяния. Даже кожа стала холоднее и бледнее. Но я больше не собирался ее отпускать.
Обнял крепче, пройдясь по ее округлым бедрам, и стал разогревать девочку. Через пару минут она заерзала и жарко поцеловала в ответ на старания. А потом посмотрела прямо в глаза своими удивительными голубыми озерами с коричневыми крапинками и тихо спросила:
– Ты уверен, что хочешь знать это?
Просто кивнул. Давно не был в чем-либо так уверен. Потому как если не разобраться с прошлым, то как двигаться в светлое будущее? А я был уверен, что хочу его именно с ней.
Она перевернулась на спину и прикрыла глаза. Начала рассказ. Сначала тихо и монотонно, а потом все больше погружаясь в себя. В то время, когда ей было всего восемнадцать и весь мир лежал у ее ног. Буквально.
Их история началась с танцев. Она тогда им уделяла почти все внимание. Разные стили. Разнообразие и природный талант. Балет в смешении с хип-хопом.
Он усомнился в ее мастерстве и вызвал на батл, в котором, к ее неудовольствию, победил. В качестве награды попросил свидание. Щупленький, но крепкий парень с самыми добрыми на свете глазами.
Он привел ее в аэропорт и увез в Сочи. Первое свидание закончилось падением с двухсотметрового моста в скай-парке. А потом холодное майское море принимало их в свои объятия.
Все так быстро закрутилось, что не было сил оторваться. Каждый день – адреналин, каждый день – жизнь и бешеные эмоции. Не только запредельное, но и простое: нежность и забота, ленивые утренние пробуждения.
У него был блог, и он прекрасно зарабатывал. Плюс ко всему казалось, что Леша умеет все на свете. Но и она не хотела отставать. Вместе они перепробовали бесконечное количество дел, пока как-то раз он не вложил в ее руки камеру.
И тогда-то Варя поняла, что это ее. Работы разлетались как горячие пирожки, а на страницах в социальных сетях восхищались тонким вкусом девушки. Никогда она не была так счастлива.
Жила и дышала полной грудью, каждый день ловя себя на мысли, что лучше не бывает. Каждый день становился лучшим, даря все новые эмоции и улыбки. И каждый день рядом был он.
Родители сначала устроили бешеную истерику, не приняли, и лишь крестный помог их успокоить. Они просто разные. Что такого, если кто-то мечтает о стабильности, трех квартирах и автопарке, а кто-то – о простенькой вилле на Бали?
Принять такую нестандартную дочь было очень сложно. Но они со скрипом это сделали. За что она и благодарна им, и нет, ведь принятие не всегда означает понимание.
Они объехали полмира. Даже стали задумываться о детях, решив отложить это лет до тридцати, потому что хотели выбрать страну для жизни, хотели обустроить свой спокойный и уникальный уголок.
И они нашли его. Нашли сказочное место на сказочном острове. Оставалось лишь заработать. А потом все полетело в тартарары.
«Один раз Алеша пришел и сказал, что нужно поговорить». На этом месте голос девушки сбился, по щекам покатились слезы. Сначала я даже боялся коснуться, но потом наплевал на собственные страхи. Я нужен ей.
Обнял, прижав к себе и нежно поглаживая по животу, спине, бедрам. Легкими движениями вселял уверенность в то, что все хорошо. Напряжение каждой мышцы ее тела сводило с ума. Хотелось помочь и освободить эту боль. Выпустить ее наружу. Хотелось придушить этого Лешу, подсадившего ее на иглу эмоций.
Варя снова заговорила. Но уже более спокойно. Бесцветным голосом рассказала, как парень сообщил ей, что смертельно болен. У него в голове нашли какую-то очень большого размера опухоль. Даже если удалить ее, то жить как прежде он не будет.
Не будет того калейдоскопа эмоций и активности, все растворится в больничных палатах, и он не хочет, чтобы Варя это видела. Был жуткий скандал, она уговаривала его лечиться. Умоляла не пороть чушь и утверждала, что они справятся.
А на утро, когда они, обессиленные, казалось, уснули, он тихо выбрался из домика на Бали, взял серф и пошел в море. Она проснулась внезапно, словно от толчка.
Почему-то сразу все поняла и побежала звать на помощь. Вместе с общими друзьями они обшарили все побережье. Ее называли чокнутой, просили съездить в больницу. Говорили, что он просто ушел на какой-нибудь мастер-класс с туристами.
Смеялись и балагурили, а по ее щекам непрерывным потоком текли слезы. Она просидела у моря ровно сутки, пока губы не потрескались. Ночью, когда все спали, море вернуло его доску.
Она никому ничего не стала доказывать, просто заперлась в доме и пролежала как мумия несколько дней. Потому что как можно принять такое? Как можно принять, что твой родной человек в одно мгновенье все бросил? Перечеркнул.
Друзья забили тревогу спустя неделю. Нашли ее в полуживом состоянии и вызвали врачей. Вместо скорой пришел Гера. Крестный перевез ее в Москву на частном самолете и поместил в клинику, из которой Варя сбежала, как только смогла ходить.
Родителей она видеть не хотела, ведь, когда они пришли ее навестить, в их глазах сквозило плохо скрываемое облегчение. Они не смогли принять ее выбор, а она не смогла принять их. Все просто.
Но дело было в том, что она не смогла принять и выбор Леши. Тогда-то Варя и пообещала крестному, что если за год не выйдет из этой ловушки, то сделает все, как он скажет.
Она повернулась на бок и посмотрела прямо в мои глаза:
– Знаешь, ты первый человек на всем белом свете, которому я это рассказываю. Никто не знает на самом деле, что случилось. Никто не знает, что он ушел по собственной воле, что была болезнь. Для всех Алексей Фокус – сумасбродный экстремал, нашедший свою смерть из-за пристрастия к адреналину.
Варя прижалась ко мне и нежно скользнула губами по коже едва уловимым касанием. А потом встала и нависла надо мной так, что ее кудряшки рассыпались по плечам, щекоча мне грудь.
Очки не скрывали широко распахнутых удивительных глаз. Вообще теперь слабо представлял ее без них, образ нагой девушки в моих руках был полным.
Она снова наклонилась и поцеловала. На этот раз томно и тягуче, на грани отчаяния, вложив в касание губ все чувства, накопившееся за столько лет. Ответил, сгребая ее в охапку. Заставляя снова и снова выгибаться, выкрикивая мое имя.
Я больше не ревновал к парню, оказавшемуся слишком трусливым, чтобы быть с нею. К тому, кто ушел, чтобы никогда не вернуться. Мертвых не боятся. И вообще, как и она, считаю этот поступок глупым и совершенно бездумным.
Жизнь, она так прекрасна и многогранна, в ней столько шансов каждый день… Захотелось самому вздохнуть полной грудью, захотелось…
– Илюш, я уезжаю через пару дней на Бали. Жить. Ты поедешь со мной?