Глава 8

В кабинете у отца все прошло на удивление быстро и просто. Нам передали карту, чтобы изучили, потому что завтра ночью нас отведут ко входу в катакомбы.

А дальше – сами.

– Значит, так… Кеша, – процедил отец, пристально глядя на черно-красную птицу, сидевшую на подлокотнике моего кресла. – Если с девочкой что-то случится…

Кеша невинно хлопнул глазами и сказал:

– Нет, я, конечно, в меру сил и возможностей… Но я же такой маленький и слабенький!

– Если не убережешь, то будешь еще и дохленький, – нехорошо усмехнулся наг. – Айнир Тарнигар Нурикеш, я прекрасно знаю, каковы твои возможности.

– Навели справки все же. – Попугай встряхнулся и, распушив перья, громко рявкнул: – Были, лорд! Были возможности! Тепе-р-рь же я слаб, как птенец.

Тут вмешалась Гаррини, сначала разрушив напряжение легким смехом, а потом проговорив:

– Феникс, вы можете лгать Лалидари, она малышка и ничего не поймет. Но тем, кто видит внутренний источник, – нет!

– Видящая, – скривился пернатый. – Тогда вы должны бы понимать, что источник блокирован. Мне доступна лишь десятая часть былых возможностей, иоли[4] Гаррини! Десятая! Я даже обер-р-рнуться не могу…

– Значит, защищай как можешь, – усмехнулся папа и многозначительно добавил: – Когда я тебя обратно в анабиоз запаковывал, ты меня едва по стенке не размазал! Так что не надо тут…

Нурикеш только ненавидяще посмотрел на чету нагов и медленно кивнул.

А я в первый раз задумалась над тем, куда и с кем собираюсь. Тут что сама задумка – авантюра чистой воды, что сопровождающий такой, что просто слов нет. Цензурных.

В свой адрес у меня, впрочем, тоже не самые приличные эпитеты. Почему я только сейчас вообще задумалась?! Вернее, только сейчас я… испугалась?

Да. Мне страшно.

В катакомбы столицы Змеиной провинции не спускались очень давно. Есть, конечно, определенные туристические маршруты, но они небольшие. А нам с Нурикешем предстояло достичь самого центра подземного лабиринта. Капища богини Земляны. Бред чистой воды.

Ради того, чтобы обойти Закон? Не только! Просто… подчиниться сейчас означало склониться перед системой, отдать себя… Я же не полноценная нага. Какая я буду потом? Морально.

Как ни скрывайся, ни прячься, но какие-то чувства к Инейрану у меня есть. Так что два варианта. Если мужчина будет жесток и несдержан, то мне предстоит физическая реабилитация, да и такое не проходит даром для психики. Если он будет нежен и ласков, если мне понравится… а потом он, насытившись, меня бросит… такое тоже повлияет.

Идем дальше. Да и просто… если есть шанс, то почему надо отказываться?! Путь к капищу не должен быть опасным: из-под земли ничего не лезет, город Нар спит спокойно. Да и папа с мамой не стали бы посылать нас на верную гибель. А значит – да будет так.

Когда-то же надо прекращать быть домашним цветочком?

Я так сильно сжала пальцы на тонкой бумаге с картой, что она хрустнула, и я испуганно опустила взгляд. Фу-у-ух! Просто согнула сильно, а пергамент старого производства, отсюда и звук.

– Я узнавал: в катакомбах все спокойно, да и навесим на вас все, что можно и нельзя, – деловито говорил папенька. – Разумеется, по пути к капищу могут встретиться ловушки, но не смертельные, так как раньше это было общедоступное место. Сейчас же оно просто заброшенное за ненадобностью, после того как богиня в сердцах сказала, что ноги ее там больше не будет. Но на зов феникса Земляна обязана явиться, ведь между ней и этим малочисленным народом есть древний договор.

– Понятно, – брякнул Кеша, косясь недовольным взглядом. – Если вы с угрозами в мой адрес закончили, то я могу идти? Боюсь, инструктаж для вашей змейки неактуален в моем случае, а терять время я не люблю.

– И какие же у вас тут дела могут быть, господин Айнир Нурикеш? – вскинула бровь Гани, с иронией глядя на попугая.

– Пожрать, – спокойно отозвался феникс, ввергнув меня в некоторый шок таким выражением. – Раз больше пока делать нечего… Хотя у вас в доме есть поистине занимательная литературка!

Я не сдержалась и хихикнула, вспомнив трагическую романтику Дуары и Лудана.

Папа же, не расслышав иронии в голосе Кешки, довольно кивнул:

– У нас и правда замечательная библиотека с редкими книгами, которые чрезвычайно сложно достать.

– О да! – серьезно подтвердил пернатый. – Такого я еще нигде не видел! Ну а теперь, если препятствий нет, то позвольте, я вас покину.

И, не дожидаясь ответа, Кешка вспорхнул с подлокотника, долетел до двери и спикировал на ручку, опуская ее вниз. Створка отворилась, и наш умненький птиц с видом победителя важно вылетел в коридор и скрылся за углом.

После я еще долго сидела, выслушивая советы родителей, разбирая вместе с ними план подземелий, стараясь выбрать оптимальный маршрут и усваивая множество жизненно важных и не важных сведений.

В итоге выползла из кабинета в прострации и с кашей в голове. Впрочем, это ощущение было ошибочным, потому что когда спустя полчасика, после душа, я в халате села еще раз просмотреть записи и схему, то обнаружила, что все хорошо запомнилось и отложилось. Ну и замечательно!

Эх… вечер. А хочется чаю с пироженками.

Я взглянула на Кешу, который примостился на шкафу и, казалось, дремал. Кто же ты такой, Айнир Нурикеш? И за что тебя так жестоко прокляли?

Впрочем, размышления о смысле жизни и ее несправедливости надолго не задержались, вытесненные все тем же: «Хочу пироженок!» Я смирилась со своим моральным падением и уже почти созрела до налета на кухню, когда воздух в центре спальни заискрился и оттуда шагнула очень-очень серьезная брауни.

– Мышка, – улыбнулась я и, подобрав полы халата, сползла с кресла на ковер, чтобы быть на одном уровне с девушкой, сейчас достающей мне до пояса.

– Привет, Лали, – кивнула в ответ Мышисса, тряхнув золотистыми кудряшками, и нервно расправила передник. А затем невинно поинтересовалась: – Как дела?

О как! Интересно! И только за этим Мышка и пришла? А вот и не верю!

– Замечательно, – улыбнулась я и вернула подачу с тем же наивным выражением лица, какое сейчас было у подружки: – А у тебя?

– Тоже хорошо, – стушевалась брауни и потупилась.

Я лишь закатила глаза и решительно сказала:

– Мышь, говори уже, зачем пришла! И так понятно, что не просто проведать!

Она посмотрела на меня, прикусила губу и на одном дыхании выпалила:

– Возьмите меня с собой!

– Куда? – оторопело поинтересовалась я.

– Я знаю, куда ты собираешься, – понизила голос златовласка и, нервно заломив руки, сбивчиво продолжила: – Возьми меня к Земляне! Пожалуйста! Я всегда мечтала попасть в ее капище, чтобы попроситься на службу к высшей силе! Но это почти невозможно, потому что она крайне редко отвечает на призыв! А ты в такой компании… что успех практически гарантирован.

– Но, Мышка… – пробормотала я, взволнованно прикусывая губу и не зная, что делать.

– Ты же обещала меня взять, когда учиться поедешь! – перешла в наступление приятельница. – Обещала! А такими темпами ты обратно домой точно не вернешься! Или что, хочешь нарушить обещание?!

Чтоб мне полинять досрочно!

Я и правда давала слово… почти шутя… но все же. Ведь тогда я не считала это какой-либо проблемой. Юные наги, если позволяет ситуация, всегда уезжают в большой мир с сопровождающим. И добро на это нам с брауни было дано…

Ох, что же теперь делать?!

Но если рассматривать ситуацию с иного ракурса… Мышка – существо почти уникальное, как и каждый фейри. Она может ходить по изнанке пространства в любую точку страны, если у нее есть там ориентиры. И хозяйственная, а при заключении договора и связке с хозяином брауни заботится о нем по мере сил. То есть очень и очень хорошо.

Если со мной будет Мышисса, многие проблемы просто испарятся.

Но есть одно «но».

– Мышь, а как быть с теми узами, которые связывают тебя с домом?

– Перекину на тебя, – спокойно ответила девушка, откинув за спину густые солнечные кудряшки. – Заключим стандартный контракт на три года, после которых я свободна в дальнейшем выборе пути.

– Есть проблема, – хмыкнула я. – Служба брауни стоит очень дорого. И, стало быть, ты мне не по карману.

– Тогда еще проще, – немного поразмыслив, отозвалась Мышка. – Контракт с твоим отцом и на дом. Но так как узы будут на тебе…

– И потом мне будет выволочка от папы за уворовывание ценных наемников. И велика вероятность получить ремня от твоего батюшки за заманивание его брильянтовой!

Да-да, в детстве достопочтенный мистер Торн не погнушался выпороть нас обеих за побег с территории дома в прилегающий парк.

– Твой папа согласен, я только что от него, – не моргнув глазом отозвалась Мышисса и уже гораздо более неуверенно закончила: – И обещал поговорить с моим… потом.

Тогда вообще все великолепно!

– Ну ладно, – улыбнулась я подружке и повернулась к фениксу. – Кеша, мы берем Мышку с собой.

Кеша приоткрыл зеленый глаз, оглядел брауни и, отвернувшись, буркнул:

– Разве что как сухой паек. Буду голодный – поклюю.

– Что? – тихо-тихо переспросила златовласка.

– Что слышала, – вновь развернулся к нам попугай и, расправив крылья, несколько раз взмахнул ими, разминаясь. – Дур-р-рочка, я против.

– Почему? – Я от удивления даже на обзывалку внимания не обратила. Паяц есть паяц, что с него взять? И что обижаться на убогого.

Но судя по тому, что я успела узнать, Айнир Нурикеш идиотом не был точно. И должен понимать, сколько положительного в том, что с нами пойдет Мышисса.

– Не люблю я мелочь-брауни, – признался феникс, окинув девочку неприязненным взглядом.

– Я от тебя тоже не в восторге, – заверила его Мышка и мстительно добавила: – А уж от вашей расы не в восторге все королевство. И ничего… Терпим!

– Приходится, – не менее злорадно ответил Кеша. – Именно фениксы – самые лучшие ученые, политики и военные высшего звена. Если бы мы не стояли во главе государства, то эту страну уже давно растащили бы по кусочкам соседи!

– Самомнение стремится в стратосферу, – покачала золотистой головкой брауни.

Кешка замолчал. Вот серьезно!

А потом повернулся ко мне и сказал:

– Я на распутье.

– Ты о чем? – оторопело поинтересовалась я.

– О том, что ответить на ее подколку можно двумя вариантами, – «смущенно» признался феникс. – И вот не знаю, что выбрать… Один ребяческий, но очень хочется. А второй – умнее…

Мышисса внезапно громко рассмеялась и махнула рукой.

– Озвучивай оба, ехидство в перьях!

– Я, между прочим, представитель высшей аристократии!

Того, что он в перьях и реально ехидство, это не отменяет…

– Излагай уже, – вздохнула я.

– Выберу-ка я умный вариант, – все же решил Нурикеш. – Так вот, самомнение у моей расы, может, и до небес, но совершенно обоснованно. Мы лучшие. Мы сильнейшие.

– И от скромности явно не помирающие, – покачала я головой. – Это, разумеется, так, моя птичка… Но ты забыл сказать: «одни из умнейших, сильнейших» и так далее. Да, не спорю, если сравнивать, то в указанных тобой сферах фениксов очень много… но все потому, что у вас есть такие склонности. У большинства крылатых – аналитический склад ума и повышенная хитропопо… – Я замолкла, немного покраснев, и завершила фразу уже несколько иначе: – Именно поэтому в указанных тобой сферах вас много. Просто способные. А нагов много во врачебных и магических направлениях науки. Остальные расы тоже, как правило, имеют таланты в определенных сферах.

Да, фениксы у нас в стране – высшее звено. Как раз из-за того, что, когда у них проходит юношеская дурь, они могут использовать все свои возможности. И предела у них практически нет. Вернее, достигнуть его еще никому не удавалось. Крылатые или тормозили развитие самостоятельно, потому что болезнь безумия силы еще никто не отменял, или не тормозили… В последнем случае их либо убивали, потому что они заболевали или потому что комплекс «Хочу быть властелином мира» проявлялся во всей красе.

В свете того, что я сейчас вспомнила, становится и правда очень интересно, за что же наказали этого феникса. Особенно если учесть, что он все же не юнец. Взрослый, сильный и наверняка немало добившийся мужчина, которого скрутили, как мальчишку, и сделали, что захотели. Могу представить, как его это царапает изнутри. Айнир Нурикеш потерял все. Облик, силу, положение. Для феникса нет краха страшнее.

– Лали, – на плечо приземлилась увесистая попугайская тушка. – Твое решение неизменно?

– Ты про Мышку или…

– Про брауни, – оборвал меня Кеша. – Разумеется, если ты все уже обдумала, то я могу лишь согласиться. Права голоса я не имею.

Феникс спрыгнул на пол, потом перелетел на подоконник, а затем и вовсе скрылся в ночной тьме.

– Ну так ты меня берешь? – дернула за рукав Мышисса.

Я перевела взгляд на малышку брауни и кивнула.

– Тогда сегодня-завтра проведем ритуал, – встряхнула кудрями Мышка и улыбнулась мне, торжественно поведав: – Лали, ты не пожалеешь!

– Конечно, – медленно кивнула я, глядя, как подружка растворяется в сверкающей золотой пыли, которая исчезает, не долетев до ковра.

Волшебная девочка.

А у фениксов, кстати, служат не брауни, а гремлины. Может, именно поэтому Кеша и не хотел, чтобы Мышь с нами шла? Какая-нибудь расовая неприязнь? Или все же что-то личное?

Я смотрела в окно, в которое вылетел пернатый, и думала, что притираться нам друг к другу придется долго, и процесс этот явно будет сложным, несмотря на то, что мы оба стараемся. Да-да, невзирая на отвратительное поведение, этот поганец действительно старается. Заметно. Иногда.

Я улыбнулась, подумав, что и правда очень уж «иногда», но потом мне отчего-то стало грустно. Он для меня слишком необычен и непостижим, я не в силах представить, что было у этого создания в жизни. Какой опыт за плечами. А я же для него, наверное, наоборот – слишком обычная. Глупенькая, молоденькая, и даже не нага. Так… полукровка.

Полукровки, как это ни прискорбно, часто гораздо слабее, что в физическом, что в умственном плане, чем чистокровные. Тестирование у меня, конечно, отклонений от среднего уровня нагов не выявило, но… стереотип – это стереотип. Может, и Инейран себя вел так именно поэтому. Дурочка – и дурочка! Гр-р-р!

Я устало потерла виски и встряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Про Инея вообще думать нельзя. Потому что и правда глупею. Например, размышляю о том, что пока он не осмелел сегодня, мне было… хорошо? Так! А вот теперь точно лишнее! Ио Лалидари, если вы не желаете стать илу не только формально, то извольте заниматься делом!

Я вздохнула и вернулась к изучению как маршрута, так и плана катакомб. Еще нужно было определиться с тем, что нам взять с собой. Мышка очень пригодится. Не придется тащить все на себе: брауни просто закинет вещи в один из пространственных карманов – и все! Полезная у меня подружка. Очень полезная.

Но вернемся к капищу Земляны. Что я знаю? О богах вообще, об этой богине в частности и о причинах, почему сейчас все больше и больше храмов и капищ становятся такими, как наше. Почему боги отказываются являться, хотя еще несколько поколений назад кто-нибудь из пантеона постоянно спускался на землю? Раньше праздники не обходились без визитов высших, которые контролировали магические потоки мира и держали в своих руках чаши великого равновесия.

Земляна – девушка скандальная, хитрая и коварная. Ну и с весьма специфическим чувством юмора. Видать, потому фениксы с ней общий язык и нашли – одна и та же противная порода. И в услужение к ней шли, по сути, только крылатые, потому что только у них получалось выполнить задания капризной высшей. Может, просто мозги с одинаковыми завихрениями, вот и понимали фениксы Земляну.

В столицу Змеиной сия своенравная барышня отказалась являться после того, как жрецы, вычитав в древней книжке про самый лучший дар, решили преподнести его ей на какой-то большой праздник. К сожалению, о том, как именно служители богини истолковали туманные характеристики Книги Земли, история умалчивает. Пыталась история умолчать и о реакции Земляны, но это оказалось сложновато. В общем, подарочек настолько сильно не понравился высшей, что она официально заявила: в это капище хвостатых извращенцев она больше ни ногой! И капище оказалось заброшено, а потом и вовсе почти забыто… Так что теперь надежда только на Нурикеша и на то, что клятва богини вынудит ее откликнуться на зов феникса.

Идти нам не очень долго… По Западному Лучу, после переходим на первый круг и идем по нему до Северного Луча. Почему нельзя пройти сразу до капища – неизвестно…

Гаррини, когда я спросила, просто отмахнулась и, серьезно глядя на меня, с нажимом повторила, что идти надо именно так, как указано, и никак иначе. И даже если меня куда-то не туда потянет мой пернатый «билетик» на аудиенцию к Земляне, то, по выражению отца, надо дать Кеше по клюву и тащить в нужную сторону.

И опять-таки ничего мне не говорят. Вот тебе, деточка, карта, вот тебе рекомендации, и даже не думай о том, чтобы ослушаться. С одной стороны, в этом есть смысл и родителям виднее. А с другой… я что, овца?! Почему если нельзя, то не говорят, по какой причине нельзя?!

Ладно! Размышлениями я ничего не добьюсь. На сегодня я уже все сделала, осталось только дождаться Мышку и провести ритуал. Хотя она разбудит, когда придет.

Я с чистой совестью забралась в постель и накрылась вытащенным из шкафа дополнительным одеялом. Потому что некоторые с прытью, широко известной в узких кругах Дуары, улетели навстречу ночи. И я оставила открытым окно.

Ночь прошла беспокойно. Сначала явилась брауни, глубоко возмущенная тем, что я не с трепетом ожидаю ее, а бессовестно дрыхну.

После была пентаграмма, шаманские пляски с бубном и клятва на крови. Что я, Лалидари ист Нарийн, принимаю на службу сроком в три года Мышиссу Тарри из рода Лисьей Хитрости.

Надо заметить, что про род златокудрой девчушки с наивными голубыми глазами я узнала только сейчас. Такое вообще не афишировалось, потому что… слишком многое становилось явным.

И правда многое!

Создание уз с брауни далось нелегко, потому что ритуал опустошил мой магический резерв. Потом Мышка растворилась в золотой пыли, а я с удовольствием уснула… ровно до того момента, когда ко мне под одеяло с ворчанием не полезло что-то холодное. Разумеется, я завизжала и… с рук сорвалась какая-то странная искристая сеть, кинувшаяся на черную тень. Тень хорошо тряхнуло, отчего она выматерилась голосом феникса.

– Кеша? – робко спросила я.

– Уже не знаю, – мрачно откликнулись с пола. – Но если и Кеша, то лысый и малость прожаренный. Ты почему не сказала, что уже инициирована, магичка недоделанная?!

– А непонятно, что ли?! – рявкнула в ответ. – Если я под Закон о чистоте крови попадаю. Потому и илудара пришлось искать как можно быстрее.

– Да я что, в ваших традициях разбираюсь?!

– Хватит кудахтать! – рассердилась я и задала очень интересующий меня вопрос: – Какого феникса ты ко мне в постель полез, извращенец пернатый?

– Холодно! А тебе одеяла и тепла тела жалко?! Я всего лишь около лодыжки пристроиться решил.

– А почему тогда до бедер дополз?

– Так под одеялом темно! Оно большое, кровать тоже немаленькая, пока до тебя добрался, пока сориентировался, в какой стороне лодыжки! Ну и… немного неправильно сориентировался.

– Бедненький, несчастненький, – едко отозвалась я и со вздохом села, нашаривая тапочки. – Судя по болтливости, ты живой и практически здоровый, но давай я тебя все же осмотрю.

– Не надо, – категорически прозвучало в ответ, и послышался цокот когтей, указывающий, что Кешка удалился в противоположную от меня сторону. – Я еще жить хочу.

– Если хочешь жить благополучно, то не стоит лезть без спроса к девушкам в постель, – назидательно поведала я птицу.

– Лялька, если бы я спрашивал у девушек, можно ли лезть к ним в постель, то каждый раз получал бы по клюву, а то и заклинанием! – иронично донеслось откуда-то из-под туалетного столика. – У вас, женщин, почему-то очень большая потребность в том, чтобы вопить: «Нет», а телом говорить: «Да». И слушать, как выясняется, надо именно тело… потому что потом голос приходит с ним в согласие.

– Опытный мой! Не за это ли тебя в попугая?!

– И не только, – не стал отрицать феникс.

Я хлопком включила свет и подошла к Кеше, потом опустилась на колени и заглянула под столик, откуда на меня настороженно смотрели зеленые глазки.

– Прелесть моя, иди сюда, – ласково проворковала я, впрочем, не торопясь тянуть к попугаю руки.

– Я так похож на дурака? – поразился пернатый.

– Ну знаешь… – Я села на пол и подмигнула фениксу. – Судя по твоим же заверениям, попка – дурак.

– Попка – дурак с хорошо развитым чувством самосохранения, что делает его в разы умнее, – подкорректировал мою фразу Нурикеш.

– Как скажешь, – улыбнулась я. – Кеш, если все в порядке, то давай закроем окно, я выдам тебе второе одеяло, и спать!

– Пошли, – вздохнуло черно-красное бедствие, выбираясь из своего убежища. – Вот же, а… девушка сама зовет в постель, да еще и, добрая душа, одеялом одаривает… А я совершенно недееспособен!

Я замерла, уже наполовину вытянув небольшое покрывало из шкафа, и спокойным тоном проговорила:

– Айнир Нурикеш, я бы очень просила, чтобы вы не переходили границ допустимого. Да, мы с вами общаемся на уровне приятелей, но некоторые шуточки мне неприятны и мешают вас воспринимать с положительной стороны.

– Прошу прощения, – так же официально ответил феникс.

Я вернулась в постель, села, дождавшись, когда это бедствие устроится на простыне, и укрыла его одеялом. Легла и закрыла глаза. Через минутку началось шевеление и послышались тяжкие вздохи.

– Ну что такое? – с мукой вопросила я у темноты.

– Жарко и дышать нечем.

Спокойствие и только спокойствие!

Я села и откинула одеяло с головы этого нахохлившегося несчастья.

– Так нормально, спасибо, – вежливо отозвался Кеша.

– Пожалуйста, – не менее любезно ответила я и легла обратно.

Минут пять я лежала, ожидая еще чего-нибудь от пернатого, но он затих, а там и я незаметно уплыла в сон.