Глава 11.

Я замерла. Воздух в лёгких закончился, голова закружилась. То есть наш убитый внешний вид никого не удивляет? А нить, которая идёт вразрез с любыми приличиями и здравым смыслом, воспринимается как вполне приемлемая вещь?

А Рик… как давно ему известно моё настоящее имя?

Я не понимала. Стояла и с трудом переваривала происходящее.

Пока я думала, король воскликнул:

– Истинная любовь? Чудесно! – И после недолгой паузы: – Свадьбу назначайте на середину осени. Я желаю присутствовать на этом торжестве и произнести речь!

Голова закружилась сильней, и я осмелилась сказать:

– Ваше величество, это недоразумение. Мы не женимся.

– Как это? – возмутился граф, пихая меня в бок, мол – тише! Ты разве не знаешь, что возражать королям нельзя?

Но я не собиралась за Арзанского! Я ведь только-только признала свою к нему симпатию, и этого точно мало, чтобы назначать свадьбу! К тому же…

– У меня жених. Я помолвлена с Олафом…

До фамилии Олафа дело не дошло. Монарх перебил, заявив:

– Уже не помолвлена. Я расторгаю эту договорённость. Своей высочайшей волей. Король я или кто?

Тут он широко улыбнулся и, не дожидаясь нас, направился к парадным дверям.

– Что там с ужином? – пробормотал, жадно потирая руки. – Надеюсь, аперитив и закуски уже на столе?

Рик кашлянул, а я изумлённо уставилась на своего спутника.

– Свадьба – это, разумеется, то ещё решение, – тихо произнёс Арзанский. – Я не в восторге, но раз сам король желает…

Я не выдержала:

– Ты сейчас шутишь?

– Ничуть!

Не шутка? Тогда издевательство! Об этом я и сказала, но на меня посмотрели как на странную. С подтекстом: какие уж тут издевательства? Я действительно не в восторге! А улыбаюсь лишь потому, что губы от нервов свело.

Я хотела возмутиться, но неожиданно утонула в таких невероятных глазах. Какая разница что он там говорит, когда тут… не глаза, а наваждение какое-то. И цвет непонятный, но самый прекрасный в мире. Никогда не встречал подобный оттенок, а он очаровывает… Так, что даже сердце выпрыгивает из груди.

В реальность я вернулась, когда мимо проскочили верховный маг, парочка королевских слуг и ещё несколько придворных. Хозяин замка, гипнотизировавший в этот момент мои губы, тоже опомнился и развернулся, чтобы последовать за правителем. Только ушли мы недалеко.

От вновь прибывшей горстки гостей отделился молодой мужчина в щегольском камзоле и воскликнул, махнув рукой:

– Рик! Рик!

Рик неожиданно дёрнулся и напрягся.

– О, друг! – продолжил радоваться встрече щёголь. – Не убегай!

С этими словами он вприпрыжку помчался к нам.

С лицом Арзанского начало твориться что-то совсем уж странное. Щёки то раздувались, то втягивались; глаза то округлялись, то наоборот. Ещё он пытался показать что-то свободной от нити рукой, делал какие-то жесты, но…

– Приветствую! – воскликнул щёголь, подскочив к нам и, сняв шляпу, согнулся в витиеватом поклоне.

Ну а выпрямившись, окинул меня взглядом и… даже не спросил, а просто констатировал:

– Леди Самирина? – И уже Рику: – Неужели ты её всё-таки поймал?

Лицо Арзанского приняло непередаваемое выражение, а щёголь добавил:

– От всей души поздравляю!

Я на несколько секунд впала в ступор, опять-таки переваривая, а потом сделала очень глубокий вдох. Я впилась ногтями в руку графа, за которую с недавних пор держалась и спросила с фальшивым дружелюбием:

– Что значит «поймал»?

Арзанский нервно кашлянул.

– Это не то, о чём ты подумала.

Только я подумала совершенно верно! Щёголь же явно относился к числу тех друзей, с которыми и врагов не нужно:

– А я всё переживал, что не сумеешь подсунуть леди Самирине тот свиток. Всё-таки притвориться замызганным барахольщиком, торгующим всякой рухлядью, не так легко. Тут нужен неподдельный актёрский талант! Не думал, что он у тебя есть.

У меня опять приоткрылся рот, потому что именно у такого торговца я свиток и покупала. Причём он сам пристал! В тот момент даже возникла нелепая мысль, что это какая-то ловушка. Только кому я для ловушек нужна?

Барахольщик подошёл, когда я уже уходила с торговой площади и стал перечислять свои «ценности» – какой-то мусор, – затем упомянул свиток с тайниками замка Ризель, и…

То есть мне тогда не показалось? Это была западня?

Кстати, насчёт суммы за свиток он не постеснялся! Пришлось отдать большую часть всех моих денег и фамильное кольцо!

Впрочем, не в жадности суть.

– Я требую объяснений! – выдохнула я, разворачиваясь к Арзанскому.

Вот теперь до так себе друга дошло…

– Оу, я что-то не то сказал? Рик, поверь, я не…

Всё. Достаточно. Мои нервы сдали, и я щёлкнула пальцами, возводя вокруг нас с графом непроницаемый купол.

Все внешние звуки словно отрезало, окружающий мир пошёл лёгкой рябью из-за оптического искажения.

– Вообще-то там король, – осторожно напомнил Арзанский. – И я, на правах хозяина, обязан…

– Подождёт! – злобно рявкнула я.

Между нами повисло молчание – недолгое, зато выразительное. Я была напряжена, а Арзанский с каждой секундой веселел.

Наконец он наклонился к моему лицу и произнёс:

– Да, я тебя поймал.

– В каком смысле?

– Во всех.

Я покосилась на яркую нить и приготовилась превратиться из магички в убийцу. Прибью гада! Точно-точно!

– Нет, – верно истолковал мой взгляд Арзанский. – Искра – это форс-мажор! Как и визит короля.

Король…Тут я в очередной раз застонала. Не явись в Ризель его величество, мы бы мирно уладили вопрос с нитью, избавились бы от неё как-нибудь, и всё. А тут…

Стало неудержимо грустно. До слёз. Но это не помещало сосредоточиться, вспоминая и складывая все детали нашей головоломки.

Я последовательно вспоминала всё, что со мною случилось. Побег из дома и скитания, тот разговор в кабаке, из-за которого я начала страстно искать Искру, несколько месяцев безуспешных поисков в течение которых я, кроме прочего, осваивала медитации. Затем была встреча с графом в водах священного озера и опять-таки поиск.

И вот совсем недавно мне попался свиток, который изменил всё.

– Зачем ты подсунул свиток? – недобро прищурилась я.

Раскаянием от графа и не пахло:

– Чтобы заманить тебя в замок, Самирина.

– Зачем? – я нахмурилась сильнее.

– Чтобы ты, наконец, обратила на меня внимание и перестала ускользать.

Я очень удивилась, уставилась оторопело, а Рик неожиданно насупился.

– Помнишь нашу первую встречу? У тебя был стеклянный взгляд и выражение лица как у полоумной, но голову я всё равно потерял.

По сравнению с этими словами решение о нашей свадьбе, принятое королём, было не таким уж шоковым.

Рик в меня влюбился? Серьёзно? Но то «знакомство» состоялось больше года назад.

– Я сначала не понял кто ты такая. Решил, что просто чудачка, которая решила поселиться в нашей глуши в надежде на уединение. Ведь я наблюдал за тобой, Самирина. За всеми этими твоими… – он выпучил глаза и уставился в пустоту.

Передразнивал! Смеялся! Но вышло совсем не обидно.

Больше задело другое:

– Наблюдал? Но как? Когда?

– Периодически, – уклончиво ответил граф. – Я вёл себя шумно, только тебя не смущали ни хруст веток, ни шевеления кустов. Ты была погружена с головой.

По спине невольно побежали мурашки. У «магии для бездарных» в самом деле есть значительный минус – погружаясь сознанием в тонкий мир, ты почти не контролируешь происходящее в мире материальном.

Я была беззащитна, и хорошо, что за мною наблюдал кто-то приличный.

– Спасибо, что не причинил зла, – выдохнула я, поёжившись.

Собеседник неожиданно посмурнел.

Я посмотрела непонимающе, а он заявил:

– За последние полгода я лично прирезал троих подбиравшихся к тебе негодяев. Поэтому давай договоримся, что все медитации ты будешь проводить под присмотром и в безопасных местах?

Неприятные мурашки побежали опять.

Так. Ясно. Но эту тему мы обсудим позже!

– Ты хотел познакомиться? – я вернулась к главному и самому непонятному. – А подойти в другое время, вне медитаций, не мог?

Рик пожал плечами.

– Так я и хотел, но каждый раз, приближаясь к твоей хижине, попадал на медитацию.

– А просто дождаться когда закончу?

– Пробовал. Но процесс каждый раз затягивался. Как по закону подлости.

Я поморщилась – ведь длительные медитации я тоже периодически проводила. Рик вполне мог попасть на них. Однако это всё не объясняло вот чего:

– Имя-то моё ты как узнал?

Взгляд графа Арзанского потеплел, губы дрогнули в улыбке.

– Это было несложно, Самирина. Стоило вглядеться в твоё лицо, чтобы понять – ты не простолюдинка. Твои черты были смутно знакомы, и я метнулся в столицу, для начала за сплетнями. Там и узнал о побеге одной строптивой леди, а когда увидел портрет дочери лорда Чизленда, сразу опознал тебя.

Я кивнула – теперь ясно.

– О причинах твоего пребывания на территории графства узнать было сложнее, но слухами земля полнится. Один человек хорошо помнил устроенный тобою допрос, да и расспрашивала ты не только его.

Я не устыдилась. Да, что было – то было. Своего интереса к Искре я никогда не скрывала.

Но то, что граф, оказывается, на меня охотился…

– Ты подсунул мне свиток. – Сказала строго, сурово, даже обвинительно.

– Ну да, – отозвался он. – И что?