Глава 4.

Ватик смущался, а Рик Арзанский выражал неодобрение. Мы стояли в том же полутёмном коридоре, граф смотрел на нас, Ватик на графа, а я в пол.

Неприятная ситуация, но вместо осуждения в адрес вояки или сочувствия невинной, между прочим, девушке, прозвучало ворчливое:

– Ватик, почему здесь? Другого места не было?

Я перестала разглядывать каменные плиты и возмущённо уставилась на это… парнокопытное с титулом.

Мой взгляд тут же поймали, но слов сочувствия опять-таки не последовало:

– Ой, только не надо, – фыркнул Арзанский. – Не надо строить из себя жертву. А то я не знаю вас, актрис.

Мои руки непроизвольно упёрлись в бока, поза из жертвенной превратилась в угрожающую.

– Сюзи очень хотела посмотреть старинную часть замка, – проблеял Ватик. – Вот я её и позвал.

К слову, до старинной мы ещё не дошли. Домогательства начались на подступах.

– Да-а-а? – его сиятельство повернулся, заметил мою позу кобры, и неприязненно скривился. – Иди отсюда, – бросил он Ватику.

Стражник умчался мгновенно. Только что стоял тут, и вдруг нет.

Мы остались вдвоём, и я опомнилась. Обняла себя за плечи, но, вместо приказания убираться подобру-поздорову, нарвалась на допрос:

– Ну и зачем тебе старинная часть?

– Да так…

– Что «так»? – граф сурово свёл брови.

– Интересно. Старинная архитектура… она так завораживает, – нервно выдала я.

Арзанский хмыкнул, в глазах мелькнуло этакое странное понимание. Но вывод, сделанный его сиятельством, был в корне неверным:

– Ко мне подобраться хотела?

И раньше, чем успела возразить:

– Ну ладно. Как там тебя? Сюзи? Пойдём!

В миг, когда граф ухватил меня за локоть и непреклонно потащил вглубь помещений, я во второй раз за вечер осознала, что совершенно отвыкла от простой человеческой жизни. От всех этих намёков, хватаний, оценочных взглядов.

У меня же медитации! Поиск истины! Высокие материи! А тут…

Но я всё-таки смолчала. То есть уже открыла рот в намерении завопить, но тут мы прошли мимо стены, добрую половину которой занимал устрашающего вида барельеф. Этакий безрогий демон, изрыгающий изо рта нечто.

Я узнала в этом барельефе схематичное изображение с карты, и всё внутри воспряло. Та-а-ак… Если эта морда тут, то вон там, справа, должен быть тупик и винтовая лестница, ведущая на крышу.

Мы прошли мимо, я заглянула в ответвление коридора и, когда ожидания совпали с реальностью, принялась восторженно вертеть головой.

Я отметила ещё два совпадения с картой, а потом граф неожиданно остановился. Он повернулся и спросил:

– Не понял. Почему не сопротивляемся?

– Мм-м, – ответила я.

Улыбнулась жалобно и, выдернув из захвата свой локоток, прошла чуть дальше. Там, за спиной Арзанского был ещё один барельеф, и его я тоже видела на схеме. К слову, сейчас содержимое свитка очень чётко, линия к линии, всплывало в моей голове.

Я посмотрела, потом заозиралась и поморщилась, отметив, что вон там, дальше, начинается перестройка.

– Не понял? – Рик недовольно сложил руки.

Пришлось очнуться и попробовать перевести разговор в более понятное хозяину здешних земель русло:

– Ой, у вас тут так красиво!

Угу, великолепно. Вот только понастроили разной, сбивающей с толка и с плана ерунды. Впрочем, я, кажется, поняла в каком направлении двигаться…

Три шага по самому широкому коридору, и в правой стене нашлась небольшая ниша, где стояла литая бронзовая статуэтка воина. Я улыбнулась, потому что статуэтка тоже была на карте – судя по основанию, утопленному в камень, её невозможно убрать.

А кроме прочего, на карте имелась особая отметка рядом с этим местом…

– Ой, какая прелесть, – сказала я, трогая пальцем остриё бронзового шлема.

Потом надавила на голову, подёргала за правую руку, понажимала на бронзовые неподвижные колени и снова вернулась к голове.

Резкий поворот, и голова в самом деле поддалась, выкрутилась на сто восемьдесят градусов. А в глубине стен что-то хрумкнуло, и рядом с первой нишей открылась вторая – неглубокий и совершенно пустой тайник.

– Ой! – воскликнула я, подпрыгивая. – Это ещё что?

Только Арзанский в случайность произошедшего не поверил. Он же видел, как я голову воину откручивала…

– Девушка, вы кто? – рявкнул граф, делая враждебный шаг навстречу.

Я сначала расстроилась – это ж надо было так засветиться, нетерпение меня погубит.

А потом порадовалась – ведь если этот рычаг сработал, значит моя карта верна. Следовательно, сработает и другой!

– Ой, да это ж не нарочно, – я продолжила партию дурочки. – А вообще знаете, я же очень люблю древние замки… У меня папа строитель и увлекается архитектурой. Сколько себя помню, он постоянно таскал домой какие-то книжки про… – я повела рукой, указывая на арку с характерными чертами винтийского периода, – вот это всё.

Арзанский не смягчился, и я продолжила:

– Я правда просила Ватика показать замок, а не то, за чем вы… его застукали.

– Его?

– Конечно. Ведь не нас! – воскликнула я возмущённо. – Я отбивалась как могла!

Граф подумал и уточнил:

– То есть и ко мне не хотела?

Я вежливо улыбнулась, а в голове пронеслось: да кому ты нужен? Грубый, самовлюблённый, неотёсанный тип из какой-то глухомани. Единственный твой плюс – это священное озеро в личном пользовании. Ну и… да, один любопытнейший тайник.

Я не произнесла ни слова, и лицо оставалось непроницаемым, но Арзанский мою насмешку словно почувствовал. Он сразу стал как будто выше и в плечах расширился. Угрожающий, кстати, манёвр.

Только я не испугалась!

Оглядевшись ещё раз, ткнула пальцем в сторону левого коридора и уточнила:

– А что там?

Граф неожиданно развеселился:

– Там моя спальня, Сюзи.

– Не возражаете, если я и там архитектуру посмотрю? – слетело с языка раньше, чем я осмыслила сказанное.

Щёк коснулся румянец, и я поспешила исправить положение:

– Ну то есть нет, конечно. Про спальню вам послышалось, коридора вполне достаточно! – И финальный комплимент: – У вас очень красивый замок.

С этими словами я сделала книксен и честно собралась уйти, проскользнув мимо графа. Но тот резко заступил дорогу и поинтересовался строго:

– Что ты здесь вынюхиваешь, Сюзи? Кто тебя подослал?

Большие глаза – наше всё! Я изобразила и удивление, и невинность, и Арзанский, кажется, поверил. Однако вместо логичного шага в сторону и пропускания девушки, прищурился и пробормотал задумчиво:

– А может всё-таки…

Шаг вперёд, захват, и мой рот оказался в плену его губ.

Поцелуй был внезапным и горячим, в нос ударил аромат дорогого терпкого парфюма, смешанного с запахом мужского тела. По коже прокатилась волна мурашек, а сознание накрыл этакий всеобъемлющий шок.

Что происходит? Что за наглость? Он… он…

Рик отпустил столь же неожиданно, как и напал. Он сделал тот самый шаг в сторону, а я превратилась в выброшенную на берег рыбу. Не будь я сейчас в образе Сюзи, точно бы устроила скандал, но безродные артистки ногами в графских владениях не топают.

Зато никто не запрещал взвиться:

– Да как вы смеете! Я честная девушка!

На этой визгливой ноте я из опасного места сбежала. Добралась до лестницы, пронеслась через половину замка, а очутившись возле наших шатров и справившись с пылающими щеками, поняла, что на луг всё-таки схожу.