Пролог

— Далеко собралась?

— Пустите меня! — разъяренно зашипела Белова, буквально испепеляя взглядом преподавателя. А после возобновила попытки вырываться из его объятий, в которых он сдавливал ее, как в тисках. — Да, отпустите же Вы!

В ответ Макаров лишь плотнее притянул брыкающуюся девушку к себе.

Обездвижил и раздраженно встряхнул, точно тряпичную куклу.

— Что это было? — утробно прорычал вдруг. И повторил, оскалившись зверем. — Что это, мать твою, сейчас было?!

— Не Ваше дело!

— Ошибаешься! — пронзил тяжелым малярийным взглядом. — С некоторых пор, мое!

— Позвольте напомнить, что Ваша личная жизнь меня совершенно не колышет! Можете трахать свою плоскую выдру, хоть на каждом углу! Но и я отчитываться перед Вами не планирую! Кому хочу, тому и да…

— Лена, сбавь обороты! — безбожно горячее и частое дыхание Виктора Эдуардовича обожгло скулу, заставляя ее непроизвольно вздрогнуть. Каждый нерв на теле оголился. — Лучше сбавь, иначе…

— Иначе, что? — воскликнула, она, теряя над собою всяческий контроль.

— …я за себя не ручаюсь! Даже у моего терпения есть предел!

Выдержав паузу, она с вызовом уставилась в его каре-зеленые глаза, сверкающие сейчас самым настоящим бешенством, и едва слышно прошептала:

— Так не ручайтесь!

Макаров невнятно ругнулся, а после процедил сквозь зубы:

— Чего ты добиваешься?

— А Вы?

— Отвечай мне!

— Вас студенты не заждались? — пропела ехидненько, начиная сходить с ума от их нечаянной близости. — Все же пара идет, как-никак!

— Не переживай! — отчеканил строго Виктор Эдуардович. — По твоей милости, им теперь и без экономического кризиса есть, что обсудить!

— Например?

— Задаются вопросом, глубоко ли ты запихивала свой язык в глотку их одногруппника, когда так жадно целовала парня при всех! — рявкнул он вдруг на весь коридор.

Благо, институт давно опустел.

Шла шестая пара, которая значилась сегодня в расписании лишь у трех групп.

Вздрогнув от неожиданности, Лена притихла, ибо ощутила опасность, исходящую от этого мужчины, каждой клеточкой собственного тела. Интуитивно почувствовала, что провоцировать его сейчас не стоит. И тем не менее, за каким-то чертом, холодно усмехнулась:

— Достаточно глубоко! Вы же сами видели — я старалась!

Теперь уже вздрогнул он, и выглядел при этом так, словно готов был придушить ее собственными руками. Тяжело прерывисто дыша, Макаров медленно отстранился, продолжая напряженно сверлить Белову взглядом. Получив долгожданную свободу, Лена поправила одежду.

— Ладно, мне пора! Всего доброго… Эй! Вы чего творите?

Никак не реагируя на протесты, Виктор Эдуардович мертвой хваткой вцепился в ее локоть, и решительно поволок в противоположном от кафедры и большинства аудиторий направлении.

Быстро. Стремительно. Неумолимо.

— Вы с ума сошли? Куда Вы меня тащите?

Его предупреждающий озлобленный рык эхом отразился от стен:

— Замолчи! Ни звука больше!

«Ну, все! — настигло запоздалое раскаяние. — Теперь мне точно крышка!»

Ее сердце ухнуло в пропасть. В чертову бездну.

Внутренности от волнения узлом скрутило.

Она едва успевала передвигать ногами, чтобы поспеть за ним, и не упасть. Узкая юбка-карандаш и туфли на высоком каблуке едва ли облегчали задачу. Приходилось практически бежать. К счастью, вскоре их «марафон» закончился. Они достигли пункта назначения, коим оказался…

— Я не пойду туда! — воспротивилась из последних сил. — Это же мужской туалет! Нет, ни за что на свете! Зачем Вы…

Макаров чуть ли не с пинка распахнул дверь уборной, и спешно затолкал Лену в пустое помещение. Далее, все так же молча, подвел к умывальникам.

Все еще не понимая намерений преподавателя, Белова нервно сглотнула.

— Виктор Эдуардович, зачем мы здесь? — уточнила крайне тихо.

Мужчина не ответил, только скривился, точно от зубной боли.

А после, заставил склониться над раковиной, включил кран, набрал пригоршню холодной воды и тщательно… умыл ее. Правда не всю.

Исключительно рот. Исключительно губы.

Только повторив манипуляцию несколько раз, Макаров немного успокоился.

Зато, теперь взбесилась Лена.

— Вы что, совсем «ку-ку»? — красноречиво покрутила пальцем у виска, раздраженно вытирая воду с подбородка. — Что все это значит?

Пауза. Совершенно ошалевший взгляд глаза в глаза.

Его непроизвольный шаг вперед. Ее — синхронный назад.

— А ты думала, я просто так прикоснусь к тебе после другого мужика, даже не смыв с тебя следы его поцелуя?

— Что Вы, что Вы! Я на это даже не наде… погодите-ка! ЧТО?

Лена захлебнулась яростью, когда до нее наконец дошел смысл его слов.

Пульс взревел, оглушая. Сознание помутилось.

— А с себя Вы ничего смыть не хотите? Например, следы поцелуев вашей лахудры? О! В этом деле я Вам даже помогу!

С трудом понимая, что творит, она смочила дрожащие пальцы под проточной водой, и тоже приложила ладонь к губам преподавателя, тщательно растирая влагу. Но в какой-то момент не смогла удержаться, и осторожно очертила подушечкой пальца контур его рта. Внезапно, он укусил ее.

Не больно. Чисто в воспитательных целях. Но вынуждая взвизгнуть от неожиданности.

— Ты все время забываешь кое-что! — пробубнил, сильно севшим голосом.

Буквально вибрируя от напряжения, Белова испуганно отдернула руку.

— И что же?

— Любые игры со мной имеют последствия! А ты… ты капитально заигралась, девочка!