Глава 12

Алёна

Отодвинув шторку, стала свидетелем безобразной сцены, устроенной мужем. Он заметил мое внимание, и я взбесилась, увидев, как он с довольным видом вернулся внутрь.

– Я вот сейчас не поняла, Егор, – запыхтела, смерив взглядом этого довольного собой мужлана, – ты чем занимаешься, пока я себя в футляр для очков запихиваю?

– Какие у тебя ко мне претензии, Алёна Пална?  – оказался он рядом, скользя жадными глазами по узкому платью, в которое я влезла с трудом и кряхтением, а теперь еле дышала, выговаривая свои претензии.

Сглотнула, провела языком по губам и выдохнула воздух с сипением сквозь зубы. И ведь ничего против того, что он пялился, не скажешь, мы в этот бутик, который он сам же и выбрал, пришли именно за нарядами, которые он пока лишь браковал. А то, что от его взгляда у меня лицо красными пятнами пошло, так это от злости. Видимо…

– Думаешь, не должно быть их? Претензий? Я тут издеваюсь над собственным вкусом, примеряю эти футляры для изуверств над женскими телами, стою, жду, пока ты дашь добро, а ты ради каких-то мужиков ребенка бросил, – доводила я до его сведения претензии. – И кто это? Сослуживцы? Мог бы и пригласить их, может, дело шустрее пошло бы.

Конечно, увидев сцену недоделанной драки, я знала, что никакие это были не друзья, а какие-то типы, нарывавшиеся на конфликт, но я и без того была раздражена безрезультатной примеркой, и мне хотелось задеть источник своего плохого настроения.

И ни капли мне за свои слова стыдно не было. А что? Он же сам спросил, какие у меня претензии, я просто ответила на его вопрос. Правда, ума хватило голос понизить и тихо с глазу на глаз ругаться. Хоть опыта отношений у меня нет, но что-то подсказывало, что ни один мужчина не потерпит скандала на публике. А тем более мужчина с такой должностью.

– Хочешь, могу позвать их обратно? Ты еще и повернешься спиной, пусть все заценят твою задницу, – грубо рубанул словами и стиснул челюсти до желваков на скулах.

Не поняла? Он что, ревнует? Не может быть.

Открыла-закрыла рот, не найдя, что сказать, а затем заметила такое же любопытное лицо Кати. О черт, она же всё слушала и впитывала как губка.

– Здесь ребенок, – процедила сквозь зубы и зыркнула на мужчину предупреждающе. И удивилась, когда он покраснел, едва до него дошло. Чувство стыда ему не чуждо.

– Ну и? Как вам платье? – решила не продолжать пикировку, а перейти к делу.

– Платье… Пойдет, – дал свою оценку, но всё, как обычно, испортил: – Если хочешь собрать вокруг себя толпу глазеющих мужиков, – и обдал меня обвиняющим взглядом.

Невозможный! Можно подумать, я только об этом и мечтаю. Как он умудрился обычную примерку платья превратить в плацдарм для оскорбления моей персоны?

– Значит, не нравится платье? – скрипнула зубами.

– Сказал же, – жестко отрезал Драконов.

Скрипнула зубами и, несмотря на желание затеять спор, осеклась, помня про Катю.

Тряхнула волосами и чеканным шагом зашагала в сторону примерочной. Вот как ему удается выводить меня на раз? А нам еще несколько платьев нужно выбрать, а еще туфли, сумочки. И всё под бдительным взором грубого солдафона. Господи, подари мне терпение.

Егор браковал платье одно за другим. Девушка-консультант, которая поначалу флиртовала с ним напропалую, не обращая внимания на нас с Катюшей, уже готова была вцепиться ему в глотку и разодрать голыми руками, но сдерживалась и цепляла из раза в раз на лицо вежливую, холодную улыбку. И таскала новые платья. По итогу сошлись на трех, которые пришлись ему по вкусу, но что-то мне подсказывало, что выбирал он по принципу – не облегает, и уже шикарно.

Лично мне ничего не понравилось, и на кассу я шла с кислой миной, решив после заняться своим гардеробом сама. Несмотря на первое желание отказаться от протянутой им на расходы карточки, артачиться я не стала, посчитав, что это было бы глупо с моей стороны.

– Хотю кушать, – заканючила, наконец, Катюша, устало моргая и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Я была с ней солидарна, и мы обе посмотрели на Драконова как на последнюю инстанцию. У него не было ни единого шанса отказать нам.

– На третьем этаже фудкорт, сделаем перерыв.

– Ну наконец-то, – выдохнула и совсем по-взрослому произнесла дочка, и я чуть было не рассмеялась, видя настоящее страдание на ее лице.

– Я думал, все девочки любят шопинг.

– Все, не все, но, если бы мы три часа бродили по магазину с игрушками, ты бы удивился, как долго дети могут не уставать.

– Иглушки, – тут же загорелись глаза Катюши.

– О нет-нет…

– После еды зайдем, – кивнул Драконов, прежде чем я успела его остановить.

Траты тратами, но не хотелось быть ему должной сверх меры. Вот только он, и без того нагруженный пакетами из бутика, подхватил дочь на руки и, слушая ее мечты про куклу лол, хаги-ваги, киси-миси, потопал впереди, не обращая внимания, как лихо Катя крутила ему уши, перечисляя свои хотелки. А вот я со страдальческим выражением на лице плелась сзади, с ужасом представляя, что еще столько же времени придется провести в магазине детских игрушек.

Не покидало ощущение, что Егор не сможет устоять перед капризами маленькой девочки, которая, кажется, нашла к нему подход и собиралась сесть на шею. Так он мне ребенка избалует, а мне потом отдуваться, когда он исчезнет из нашей жизни. Под ребрами неприятно засвербело, но я отмахнулась, посчитав это признаком усталости.

Поскольку сегодня был особенный день, первый проведенный с новообретенным папой, для Катюши пришлось сделать исключение и разрешить фастфуд, особенно ее любимую картошку фри.

– Самый лутсий день, – зажмурившись, пролепетала дочка, заставив меня улыбнуться, и стала налегать на пиццу.

– Как мало ребенку нужно для счастья.

Драконов наблюдал за Катюшей с задумчивым видом и всё удивлялся, что она ходила за ним словно хвостик, пытаясь то залезть к нему на ручки, то схватить ладошкой его огромную лапищу. И всё время болтала с ним, рассказывая всё, что ей было важно в этом возрасте.

Я же удивлялась этому не меньше, видя, с каким вниманием он ее слушал. Взрослым, в частности мужикам, детский лепет был не особо важен. Никогда еще не встречала, чтобы отцы уделяли столько внимания даже родным детям.

– Это мы еще до магазина игрушек не дошли. Там-то твое мнение поменяется, – хмыкнула и принялась за еду, чувствуя, как сосущее чувство в животе стало, наконец, проходить.

Мы все были голодны, так что ели почти в тишине, если бы не Катины рассказы. Надо бы как-то выведать у Егора, как долго мы будем у него жить. Если несколько месяцев, то стоило бы найти Катюше садик, ведь теперь не будет нужды скрывать факт моей незаконной опеки над ней.

Периодически возникало странное ощущение, будто кто-то наблюдал за нами, но, сколько бы я ни осматривалась, никого знакомого не увидела.

– Ну, вы поели, мозно иглушки? – нетерпеливо заерзала на месте Катюша, расправившаяся со своей порцией первая.

Ее глаза горели предвкушением, и она чуть ли не ладони друг о друга потирала в ожидании лучшего момента всего дня. Кажется, даже аттракционы она не ожидала с таким же рвением и желанием.

– Попей сок пока, Катюш, – попыталась отвлечь ее внимание, видя, что Драконов еще не доел, но он на удивление просто встал и кивнул, словно и сам ждал этого момента с нетерпением.

– Идемте, пока самые крутые игрушки не раскупили.

В его глазах мне почудился азарт. И я оказалась права. Он будто сам впал в детство и предлагал Катюше радиоуправляемые машинки, танчики, даже присмотрел квадрокоптер. И что-то мне подсказывало, что с ее помощью пытался реализовать свои детские хотелки. Думаю, такой мужик точно хотел бы сына, ведь Катя была истинной девочкой и браковала все его предложения с такой же непримиримостью, с какой он отвергал платья по моему вкусу. Вот тут-то я и ощутила злорадство.

– О-о-о, – вдруг остановилась возле одного стеллажа дочка и запрокинула голову.

Проследив за ее взглядом, я увидела плюшевого мишку с вышитым на груди сердечком.

– Хотю, – заканючила она тут же и обратилась почему-то не ко мне, а к Егору, к которому, видимо, уже привыкла настолько, что считала своим личным волшебником.

Он не растерялся, отдал мне пакеты с моими вещами и быстренько подхватил ее на руки, вытянул те вверх и посадил Катюшу себе на шею. И в прямом, и в переносном, как я погляжу, смысле. Катя достала этого мишку и бережно прижала к себе, а вот у меня защемило сердце, когда я увидела ценник.

У меня не было финансов, чтобы баловать ее и покупать такие дорогие подарки, но Драконов выглядел таким уверенным, а Катюша счастливой, что идти против я не стала. Раз мужчина готов тратиться, то это его ответственность. Но до чего же мне вдруг захотелось, чтобы у нас с Катей появилась настоящая семья. Настоящий муж. Настоящий папа. Отвернулась, чтобы скрыть слезы.

Вдруг услышала механический голос из нутра мишки:

– Я тебя люблю.

Катюшка засмеялась и нажала еще раз на маленькое сердечко, а мишка повторял свое признание. Кажется, это теперь будет Катина любимая игрушка.

В этот момент мимо проходила пара молодоженов – это было видно по их обнимашкам, поцелуям и горячим взглядам, которые они бросали друг на друга.

– А вы пасему не селуетесь? – спросила Катюшка невинно, но ее вопрос заставил меня покраснеть, а вот какую реакцию вызвали у Егора, я не видела, не решаясь глянуть на него.

– Ну, – попыталась ответить. – Показывать чувства на людях не всегда…

– А правда, Алёна, мы ведь муж и жена, почему мы не целуемся?

Застыла и в шоке посмотрела на Драконова, взгляд которого был настолько нечитаем, что я не смогла понять, что же крутилось в его голове.

– Селуйтесь, селуйтесь, – тут же неуклюже захлопала в ладоши Катюша, пытаясь удержать в руках мишку, благо мужчина поддерживал его снизу, не давая упасть.

Не знаю, как бы я поступила, но Егор вдруг резко сделал шаг ко мне и иронично изогнул бровь.

– Я бы наклонился, жена, но у меня ребенок, так что вставай на цыпочки и поцелуй своего законного мужа.

Мне показалось или его голос прозвучал чересчур хрипло? Сглотнула, но под двумя парами требовательных глаз пришлось подчиниться и коснуться мужских губ. Меня будто прострелило током, и спустя несколько секунд я отскочила, пытаясь унять заполошное дыхание.

– Как по-детски, – хмыкнул мужчина, а затем тихо добавил, когда Катя, удовлетворившись увиденным, отвернулась, глядя куда-то вбок: – Придется учиться, Алёна Пална.

Драконов отвернулся и, не отпуская Катюшу со своих плеч, пошел вглубь бутика – осматривать игрушечные владения дальше.

– А давай всё-таки дрона возьмем, принцесса.

– Холосо, – вынужденно согласилась Катя с таким видом, мол, мужчины, что с вас взять.

Я ходила за ними следом и всё время прикасалась к горящим губам. Боже, и что это было? Конечно, никто мне не ответил, и всё остальное время я переваривала произошедшее, не сразу взяв себя в руки.

Благо на меня они вдвоем совсем не обращали внимания, настолько были увлечены покупками, и моих внутренних метаний никто из них не видел. По итогу из магазина мы вышли с очередными баулами.

– Я пока всё отнесу в машину, а вы тут меня подождите. Катя еще мороженое хотела, – проинформировал Егор и ушел, оставив меня в полном раздрае.

Прищурившись, посмотрела на веселую дочку, которая уже вовсю вертела папкой.

– А сто? Он зе папа, – почувствовала на себе мой взгляд и зашаркала ножкой, чуя неладное.

– Ничего, – качнула головой и присела на скамейку, отпуская ее в игровую зону, которую в торговом центре сделали прямо посреди этажа.

Там играли и другие дети, так что я наблюдала за Катюшей со стороны, впервые за долгое время ощущая себя в безопасности. Пока в какой-то момент спину не стало жечь. Будто кто-то смотрел на меня нехорошим взглядом. Снова. Как на фудкорте.

Оглянулась по сторонам, но в этот момент к моему плечу прикоснулась рука. И не нужно быть гадалкой, чтобы понимать, что это не Егор. Сглотнув, развернулась корпусом и наткнулась на ту, которую никак не ожидала увидеть. Кошмар из моего прошлого.

– Давненько не виделись, Алёнка, – хмыкнула тетя Вера, которую я давно не видела.

– Не скажу, что рада вас видеть.

В панике посмотрела на площадку и расслабилась, увидев, что Катюша подружилась с какой-то девочкой и не обращала на нас внимания. Не хотелось бы контакта ее с теткой. Вот только та проследила за моим взглядом и презрительно хмыкнула.

– А, приплод того отродья.

Она всегда не любила ни мою мать, ни ее дочь от первого брака, считая, что мама повесила Иру на отца. Вот только папа нас обоих любил одинаково и не ущемлял. Еще при жизни оставил сестре наследство в виде четырехкомнатной квартиры в центре города. И тем сильнее болело мое сердце, ведь я даже это сохранить не смогла.

– Не смейте так говорить о моей сестре, – сжав кулаки, встала, агрессивно и зло глядя на эту неприятную женщину, которую никогда больше не хотела бы видеть.

– Смелая стала. Будь мне благодарна, девочка, я воспитывала тебя и…

– Не нужно давить на чувство вины, тетушка Вера, – прищурилась, испытывая неподдельный гнев. – Отобрав мое наследство, вы с лихвой компенсировали те мизерные затраты, которые были вынуждены тратить на мое питание.

Промолчала про деликатесы, которые они с ее мужем сжирали одни и прятали в холодильнике, чтобы я не увидела и, не дай бог, посмела их объедать. Казалось бы, давно забытая горечь вновь растеклась по грудине, мешая дышать, но я старалась совладать с эмоциями, помня о Катюше и Егоре, который скоро должен был вернуться.

– Я забрала свое, – прорычала Вера, стискивая кулаки и чуть ли не брызжа слюной. – Мой брат основал бизнес на деньги наших родителей, и всё должно было остаться в семье, так что всё по-честному, а тебя еще не факт, что твоя мать не нагуляла.

Неверяще посмотрела на нее, но она и правда верила в то, что говорила. Я была полной копией отца, но тетка была слишком жадной, чтобы признать наше родство и то, что обобрала родственницу до нитки. Ни копейки мне не дала.

– Убирайтесь, – процедила сквозь зубы.

– Ты со мной так не разговаривай. А это не твой хахаль новый идет? Видела, как вы кушали вместе. Неужели сумела найти дурачка, который тебя с прицепом взял? – вытянула голову и посмотрела мне за спину.

Я обернулась и увидела приближающегося Егора. Нужно срочно выпроводить тетку, чтобы она ничего не испортила.

– Убирайтесь, – выплюнула повторно.

– Боишься, что этот богатенький буратино узнает, какая ты беспринципная тварь, и бросит тебя?

– Вы бредите, – произнесла неуверенно, а внутри всё похолодело. Не нравился мне хитрый теткин взгляд.

– А что? Забыла уже, почему отписала мне бизнес и квартиру? Забыла мою доброту? Это я жертва, Алёна, ведь пригрела на груди змею, которая ударила мне ножом в спину.

При воспоминаниях меня заколотило, а тело обдало испариной.

– Мы договаривались только на бизнес, а вы обманули меня, родную племянницу. Оставили без крыши над головой.

Шаги Драконова набатом отдавались в ушах, и он вот-вот подойдет, а у меня в голове в панике промелькнула тысяча мыслей.

– У меня сохранилась та статуэтка, Алёна, – по-змеиному растянула губы тетка, проигнорировав мои укоряющие слова.

– Вы уверяли меня, что выкинули ее, – побледнела.

Мне казалось, я сумела похоронить свое позорное прошлое, полное вины и стыда, но оно не желало меня отпускать.

– А ты такая наивная и поверила? Я думала, что воспитала тебя лучше. Умнее. Хитрее.

Тетка сделала паузу, а затем сказала то, зачем и подошла ко мне. Но меня не покидала мысль, неужели она следила за мной? В случайности я не верила.

– Ты ведь не хочешь, чтобы твой хахаль узнал, что ты сделала несколько лет назад?

Сестра отца ошибалась, считая, что я вышла замуж по любви, но всё равно попала в точку. Ведь Драконову нужна была добропорядочная жена без проблем, которую можно будет показать обществу, чтобы получить долгожданную должность. Но, если всплывет правда из моего прошлого, от которой я бежала как от огня, нашей договоренности придет конец, ведь замять ничего не получится. Я слишком хорошо знала тетю Веру. И тогда я потеряю Катю, ее заберут в детдом, а меня посадят в тюрьму. На этот раз по-настоящему.

– Денег у меня нет, а ты забрала всё, что у меня было. Так чего ты хочешь? Говори и уходи.

– Вижу, твой уже близко, – снова посмотрела мне за плечо. – Приходи завтра в три в кафе на перекрестке около моего дома. Обсудим мои условия.

Дождавшись моего кивка, она быстро ушла как раз к тому моменту, когда со мной поравнялся Драконов.

– Кто это был? Знакомая?

– Нет, – постаралась ответить без заминки, помня о его должности. – Пристала просто с разговорами. Сектантка какая-то.

Увидев Егора, Катя сразу же забыла и про новую подружку, и про игры, побежала к нему со всех ног. Мужчина присел на корточки, раскрыл руки и подхватил ее, подбрасывая вверх под детский заливистый смех.

Нет. Я не могла лишить ее этого счастья. Пусть временного, но прекратится оно не по моей вине. Стиснув кулаки, гадала, чего же хочет тетя, но никаких идей на ум не приходило. Но ее появление не сулило мне ничего хорошего. Одни неприятности.