Глава 57

Гар повернулся ко мне. Наши взгляды встретились. Он знал, что я всё слышала, и ждал вопроса. Недоговорённость зависла между нами, мы оба очень явственно её ощущали. Я открыла было рот, но сказала почему-то совсем другое:

– Как-то очень легко Дикрат попал в номер.

– Я ощутил его приближение и открыл замок, чтобы он смог нас застукать, – помедлив, ответил Гар.

– Неужели он купился? Ни за что не поверю. Допустим, он шёл сюда с чёткой целью застать нас, например, спящими в разных кроватях. Как он собирался это провернуть? Почему был уверен, что ты не наложил мощную защиту на номер? Нет, я-то помню, почему ты этого не сделал, но откуда знал он? Многовато несуразностей, на мой взгляд.

– Сейчас все основные фигуры в курсе, что идёт игра. Мы знаем, что они будут пытаться нас уличить в обмане. И они знают, что мы сделаем всё, чтобы создать побольше доказательств в свою пользу. Ведь в полном отсутствии доказательств мы с тобой тоже не заинтересованы. Дело слишком уж серьёзное. В любом другом случае чтобы принять решение в нашу пользу, было бы достаточно убедиться в том, что нет ни одного свидетельства обмана с нашей стороны. Но не сейчас. Как правильно сказал Дикрат, слишком многое стоит на кону. Поэтому нам было жизненно необходимо создать как можно больше случайных свидетельств того, что даже если бы ты не была переводчиком, всё равно помолвка бы состоялась. Соответственно, все отлично это понимают, как понимают и то, что комнату я основательно зачаровывать не буду, особенно накануне суда, не желая создавать впечатление, будто бы нам есть, что прятать.

– Уловила… – кивнула я. – Выходит, все знают или подозревают, что комната слабо защищена?

– Именно. Мои маячки в коридоре сообщили, что у Дикрата с собой было что-то, излучающее слабую магическую энергию. Думаю, это универсальный ключ. Штука простая, незамысловатая, но надёжная. Со сложной защитой он, конечно, не справится, но этого и не требовалось. План был прост. Либо застать нас в неподобающем виде и получить какие-нибудь доказательства для завтрашнего суда, либо же договориться о сотрудничестве. Увидев, что дверь не заперта, а только прикрыта, он, конечно, заподозрил, что его визит вовсе не является неожиданностью, но всё равно не мог упустить такую возможность вторгнуться в номер. Уверен, сейчас он тщательно изучает запись, просматривает положение всех вещей и предметов, чтобы найти хоть что-то подозрительное.

– Интересно, а он не предусмотрел, что если бы удалось нас застукать, ты не позволил бы ему выйти из номера? – призадумалась я. Учитывая то, как они боятся Гарграниэля, это действительно отчаянно смелый поступок.

– Конечно, в другое время он на такой риск не пошёл бы, – согласился мой жених. – Но сейчас на кону стоит невероятное, невообразимое могущество, а значит, всё то, к чему Дикрат стремился долгие годы, воюя за власть и плетя бесконечные интриги. К тому же он знал, что прямо накануне суда не в моих интересах убивать или калечить одного из главных действующих лиц и тем самым навлекать на себя лишние подозрения.

– Ясно…

Мы снова помолчали. И опять повисла та самая давящая недосказанность.

Я поняла, что сейчас он сам поднимет избегаемую мной тему.

Гар открыл рот, но, поймав мой испуганный взгляд, сжалился и сказал совсем другое:

– Разумеется, можно было его и не пускать под предлогом, что мы уже спим, но… нам и в самом деле нужно как можно больше доказательств.

«Дело только в этом? А не в том, что тебе хотелось зайти ко мне в душ, а тут подвернулся удачный повод?» – чуть не ляпнула я, но вовремя остановилась. Ну о чём я думаю! Дикрат очень жёстко и точно донёс, какая сложная задача нам предстоит! Гар делает всё, чтобы добиться успеха. Честно говоря, я сама поступила бы точно так же.

– Ты всё сделал правильно. Вот только вряд ли Дикрат захочет показать на суде магический отпечаток момента, свидетельствующий в нашу пользу, разве нет? Ведь в его интересах спрятать как можно дальше всё, что может нам помочь.

– За это не волнуйся. После того как кто-то вторгся сюда ночью, я запустил здесь свои записывающие чары. Так что у нас тоже есть отпечаток момента, снятый под благовидным предлогом, совершенно не связанным с грядущим судом. Ну и ещё отель автоматически записывает всё, что происходит вне номеров, в общественных зонах. Например, в коридорах, в обеденном зале, у стойки и в холле. Это часть охранной системы. Правда, доступ к этим записям могу получить только я. И Крампус. Опережая твой вопрос, замечу, что без моего разрешения удалить он их не сможет. Так что большая часть свидетельств сохранится в любом случае.

Ну конечно, Гар обо всём подумал. Как всегда.

– И что… теперь? – как-то растерянно уточнила я. – Мне снова надо одеться во что-то игривое на случай ещё одного вторжения?

– Нет. Хватит, – решительно сказал Гар. – Всё, что можно было, мы сделали. Можешь расслабиться, больше в комнату никто не ворвётся. Я позабочусь. Сейчас это уже не будет иметь особого значения. Дикрат, сам того не желая, оказал нам услугу. После его бесцеремонного вторжения в номер даже самого критичного судью не удивит поставленная на остаток ночи защита. Должны же мы выспаться перед ответственным мероприятием! Так что можешь спокойно ложиться.

Я кивнула и осталась на месте.

– Гар… на суд мы пойдём вместе?

– Нет. Ты останешься здесь. Как ни странно, хоть речь пойдёт и о тебе, но твоего присутствия там не требуется. И да, ещё кое-что. Завтра не получится меня вызвать. Суд проходит в изолированном во всех смыслах помещении. Пока я буду там находиться, всё, что снаружи, будет перекрыто для меня. В том числе доступ к твоим чувствам и возможность перемещений.

– Как? – испугалась я, резко ощутив беспомощность. Только сейчас мне стало ясно, насколько сильно успокаивала мысль, что Гар может почувствовать мои эмоции, появиться в самый острый момент и принять на себя удар.

– Не переживай, – непривычно мягко сказал он. – Одна ты не останешься. С тобой побудет Каркасарэль. Я полностью ему доверяю. Если возникнут любые неожиданности – он разберётся.

Не сказать, что это меня успокоило.

И дело было не только в том, что у меня-то не было никаких причин доверять этому загадочному персонажу – Карку.

С одной стороны, суд означал, что неопределённость подходила к концу. Завтра уже станет ясно, куда двигаться дальше. Наверное, это хорошо. Почему-то я не сомневалась, что даже если помолвку расторгнут, Гар обязательно придумает что-нибудь ещё.

С другой стороны… а что если вдруг всё получится наилучшим образом? Мы выиграем, и Гар вернёт меня домой? Предел мечтаний! Но тогда почему, представляя себе именно этот вариант развития событий, я ощущаю не только радость, а будто бы ещё и страх? Страх, что никогда больше не соприкоснусь с этим миром и потеряю что-то важное.

Мне казалось, что уснуть на фоне всех этих переживаний будет невозможно. Но я ошиблась. Кровать снова сработала как надо: едва голова опустилась на подушку, как я почувствовала, как уходят тревоги, сменяясь умиротворением…

Гар сказал, что ляжет чуть позже, пожелал мне доброй ночи и удалился то ли в другую комнату, то ли в ванную.

«Завтра игра закончится», – скользнула последняя ленивая мысль. А потом волной накатила вязкая и совершенно непреодолимая сонливость.

Я проснулась посреди ночи. В этот раз отсутствовали таинственные монстры, нежданные гости и даже подозрительные шумы. Чутьё молчало. В номере царила полная тишина.

Так что не было ни одной причины для резкого пробуждения.

Просто кровать рядом была пуста.

Я подняла голову.

Гар неподвижно сидел, откинувшись в кресле.

В неярком свете стоящего на столе ночника и бледном сиянии заглядывающей в окно луны я видела его на удивление отчётливо. Казалось, что могу различить каждую чёрточку его лица.

Сходство со статуей было настолько сильным, что мне стало жутко.

Я спустила ноги и села на кровати. Он не шелохнулся. Спросонья в голову полезли дурацкие мысли. Может, его околдовали враги? Или злоумышленник всё-таки добрался до него, пока я спала?

– Всё в порядке? – спросила я, вставая. Голос дрогнул.

– Ты постанывала во сне, – ровно сказал Гар вместо ответа. – Что тебе снилось?

Короткое облегчение сменилось смущением. Видимо, сцена в душе наложила свой отпечаток, поэтому сны были весьма откровенными.

– Да так… разное. Почему ты не ложишься?

– Во-первых, не хочу спать. Во-вторых, это небезопасно.

– Почему?!

«Неужели к нам кто-то всё-таки собирается вломиться?» – мелькнула испуганная мысль. Однако ответ был неожиданным.

– Сейчас я не очень хорошо себя контролирую.

Сказанная спокойным голосом, эта фраза звучала довольно странно.

– В каком смысле? – рискнула уточнить я.